«Голос Ландау мгновенно достиг столь родного нам форте: “Ах, теорией поля? Так вы — модник! Но ведь только бабам пристало гоняться за модами. Стыдитесь!” После чего спокойным голосом он объяснил мне, что заниматься теорией поля позволительно, лишь когда имеешь определенную серьезную идею. Пастись же на этом поле в надежде, что случайно повезет, аморально».
Другой начинающий научный работник попал в еще более трудное положение: он совершил непростительный грех — очень плохо сделал доклад о своей работе на весьма представительной конференции с участием иностранцев.
В перерыве на него набросился Дау:
— Это черт знает что! Как у вас хватило совести отнимать у людей время подобной бессмыслицей?
— Но, Дау, я, ей-богу, сделал все, что мог. Я болен. У меня сейчас тридцать девять и пять.
— Так вы еще и эксгибиционист! Вы готовы пожертвовать своим здоровьем ради того, чтобы десять минут покрасоваться у доски!
И все-таки поразительно, что на Дау никогда не обижался почти никто из «теорфизического братства». Он не особенно подбирал выражения, когда ему что-то не нравилось. Разумеется, лица, не слишком близко его знавшие, порой чувствовали себя оскорбленными. Однажды Дау с недоумением воскликнул:
— Почему Н.Н. на меня обиделся?! Я ведь не сказал ему, что он дурак, я только сказал, что его работа идиотская…
Борис Лазаревич Иоффе, сдавший теоретический минимум вслед за Алексеем Абрикосовым и значившийся в списке учеников, составленном Дау, под номером тридцать, вспоминает:
«…Я с течением времени все острее ощущаю, как мне, да и не только мне, а всей физике не хватает “мэтра” с его четкостью оценок, умением мгновенно прояснить ситуацию и выделить разумное из моря заблуждений. Сам Ландау именно так и считал: глупостей много, а разумного мало. Один из любимых им афоризмов, к которому он часто прибегал был: “Почему певцы глупые? Отбор у них происходит не по уму, а по другому признаку!”»
Ландау очень скептически относился ко всяким рассчитанным на рекламу сенсациям в науке. Типичным для него высказыванием по такому поводу было: «Люди, услышав о каком-то необыкновенном явлении (в науке или в жизни), начинают предлагать для его объяснения малоправдоподобные гипотезы. Прежде всего рассмотрите простейшее объяснение — что это все вранье».
Ландау считал, что научный лидер обязательно должен иметь свои собственные и значительные научные результаты, только в том случае он имеет моральное право руководить людьми и ставить перед ними задачи. Он говорил: «Нельзя делать научную карьеру на одной порядочности: это неминуемо приведет к тому, что не будет ни науки, ни порядочности».
По мнению Иоффе, «Ландау очень был бы нам нужен сейчас не только как физик, прокладывающий новые пути в науке, научный лидер, но и как человек, поддерживающий своим авторитетом чистую моральную атмосферу в науке, бескомпромиссный враг всякой фальши и суесловия».
22 мая 1974 года на фасаде Института физических проблем была открыта мемориальная доска:
Москва, которую Дау так любил, отметила этот день торжественно. Доску открыли под звуки оркестра при огромном стечении народа. По старинной липовой аллее — его любимой липовой аллее, по которой он так часто ходил, — со стороны университета все подходили студенты.
Жизнь его была прекрасна…
Эту книгу мне хочется закончить словами академика Александра Федоровича Андреева:
«Имя Ландау произносится сейчас далеко за пределами круга людей, связанных с наукой, произносится как выражение высокого класса нашей науки. И это не только благодаря его собственным работам в физике, но и потому, что он научил физике не одно поколение своих учеников. Именно Ландау является создателем теоретической физики в Советском Союзе».
Приложения
«Десять заповедей Ландау»
1. В 1927 году Ландау ввел понятие матрицы плотности. Это понятие употребляется в квантовой механике и статистической физике.
2. Если металл поместить в магнитное поле, то движение электронов в металле меняется таким образом, чтобы в какой-то мере компенсировать это поле. Возникает магнитный момент, направленный против внешнего магнитного поля. В 1930 году Ландау создал квантовую теорию диамагнетизма электронов. Теперь это явление во всем мире называют «диамагнетизмом Ландау», а квантовые уровни, соответствующие движению электрона в магнитном поле, называются «уровнями Ландау».