- Конечно! Но хочется свой угол! Теплоты, уюта… Шторки там… Подушки… Про детей я уже, конечно, не думаю, но… Крепкое мужское плечо, — грустно улыбнулась она.
- Да у тебя ж тут этих крепких плеч! Вон, хоть Майский… За ним, как за каменной стеной…
Её улыбка стала ещё более грустной, и она возразила:
- Это мой самый преданный друг! С ним хоть в горы, хоть в разведку…
- Ну вот! Тогда зачем что-то менять? — Оживился Николай Петрович. - Тебе, наверно, просто взгрустнулось… Ты и… Ну, вот подумай, что такое семейная жизнь! Носки, стирка, готовка! Он, кстати, знает, что ты готовить не умеешь?
- Я ему для другого нужна, — отозвалась руководитель.
- Галь! Ну, ты хорошо подумала?
- И много раз! Подписывай! — Скомандовала она.
- Дома ты ему тоже приказы отдаешь? — Командный голос снова вызвал раздражение.
- Он использует в этих случаях наручники и кляп…
- Да он у тебя с фантазиями! — Бесцеремонно издевался Круглов. - Хотя с твоим характером и за хлыст возьмешься!
- Он же не профессионал, как ты, — с язвительной усмешкой осадила товарищ полковник обнаглевшего зама.
- Ты его хоть хорошо знаешь? Мало ли что за проходимец! — Он пытался скрыть своё состояние, уткнувшись в документ.
- Я все проверила не раз!
- Все равно странно! Все так быстро…
- Мы давно знакомы, — уклончиво ответила она.
- Знать-одно… Жить с человеком - другое! — Николай все ещё ждал чуда.
- Так мы и жили…
- Когда ж вы успели? Ты ж до сих пор была замужем только за работой! — С сарказмом произнес он.
- Вот потому и решила все бросить и посвятить себя любимому!
У её зама все поплыло перед глазами, едва нащупав место для подписи, он поставил быстрый росчерк и кашлянул.
- Что ж! Желаю счастья! Надеюсь, хоть на свадьбу пригласишь?
- Мы об этом пока не думали, — миролюбиво улыбнулась она, принимая документ. - Но, если что, ты будешь нашим почетным гостем!
- Галя… Смотри, захочешь вернуться, будем рады, — в его голосе вновь прозвучала надежда.
- К хорошему быстро привыкну!
Николай Петрович отрешенно смотрел на прозрачные стены, за которыми мелькали сотрудники. Облокотившись на кресла начальницы, а вернее, теперь уже на своё, он старался не потерять равновесие. Ушла… И чемодан увезла… Сколько раз он стоял также, вдыхая аромат её духов, разглядывая волосы в аккуратной прическе, даже позволял себе иногда коснуться её руки или края одежды… Так, будто случайно… Невзначай…
От одной мысли о том, что этого больше никогда не будет, мужчина приходил в отчаяние, хотелось завыть, догнать… Остановить… Внутренняя робость или почти священный ужас перед начальницей снова сковал льдом… Хотя… Какая она теперь ему начальница! Брови майора шевельнулись, осознавая действительность… Частенько стоял он в этом кабинете, как нашкодивший школьник, под ее пристальным взором цвета стали и холодел, как студент не сдавший зачет, от каждого отчеканенного слова! Трус? Нет… Коля гордо расправил плечи. Майор полиции не может быть трусом! Это невозможно! Хотя приходилось признать очевидное: лучше десяток пуль над головой, чем ее выговоры, от которых он тушевался, мямлил и сам путался!
Усы недовольно задергались на лице. Нет, нет! Она же начальник! Он должен соблюдать перед ней субординацию… И вообще! Зато теперь он сам начальник… Майор снова приосанился и только тут заметил, что за стеклом за ним наблюдают любопытные лаборантки. Его брови сошлись на переносице, тяжелый кулак опустился на столешницу, девочек тут же ветром сдуло…
========== -Да мне это безразлично! ==========
Все произошедшее, казалось почти невероятным.
— Это невероятно! Этого просто не может быть, потому что быть не может! — Бушевала Белая по лаборатории.
— Ну почему же? — Не побоялся вставить Андрей.
— Да потому что, Круглов прав, она замужем за работой! И вообще, ты видел, как Галина Николаевна на него смотрит?
— Как? Ну, ээээ…
— Станцуй фуэте! — Не унималась Таня. — Помнишь, он ей букет на день рождения вручал?
-Ну… Помню, он ещё у них упал, и…
-Вот именно! А все почему? Да потому что Рогозина не цветы держала, а его за руки! И после этого ты сможешь поверить, что она другого любит и посвятит ему всю жизнь?!
— Насчет любит, — медленно начал размышлять мужчина, — я не знаю… Чужая ж душа, как известно, потемки… А вот… что бы Галина Николаевна посвятила себя кому-то, кроме дела…
— Да ну тебя! Андрей! Ты вообще совсем не романтик! Давай-ка лучше посмотрим… где её телефон ночует, с кем время проводит… Кто он?
-Тань, ты совсем уже с этими своими фантазиями! Ты представляешь, что нам будет, если узнают, что мы за главой службы…
— Уже не главой! Смотри!
Белая вывела на экран карточку Рогозиной, где крупным шрифтом значилось «бывший сотрудник ФЭС».
— Хорошо, убедила! Но если что, это была твоя идея!
— Давай уже!
На экране высветился довольно объемный список телефонных номеров.
— И дальше что? Ты будешь тут каждого абонента проверять? Жизни не хватит! — Расхохотался Холодов.
— Вот ещё! Отбери тех, с которыми за месяц больше, чем один созвон!
Мужчина застучал по клавишам и список значительно уменьшился.
— Теперь выкинь всех сотрудников службы!