Мы с мужем переглянулись. С тех самых пор, как магия подарила мне крылья, родственники Редьки поверили, наконец, что я его истинная пара. Мы даже уговорили часть из них вернуться. Редьярд распределил между ними земли, чтобы у каждого дракона была территория, где он отвечает за порядок. И людям хорошо, и нам попроще. Правда, из больших городов еще иногда приходили рыцари, чтобы «сразиться с тварью чешуйчатой и освободить красавицу из его лап», но ими занималась я. Обожаю смотреть, как вытягиваются лица этих самых рыцарей, когда «плененная монстром» прекрасная дева вдруг оборачивается драконом и начинает сыпать в них ледяными стрелами. Сначала стоят как вкопанные, а потом лишь пятки сверкают. Умора, да и только.
— Я готова! — провозгласила Карамелька, вальяжно выходя из комнаты и направляясь к нам. Мы с Редькой одновременно прыснули.
— Что это на тебе? — спросила я, давясь от смеха.
И было от чего: на дочери красовалось нелепое ярко-розовое одеяние из кусков ткани, криво-косо скрепленных большими стежками. На плечах лежало что-то типа боа из связанных между собой толстенными нитками страусиных перьев. И я даже знаю, откуда она их взяла: это недавно рыцарь заезжал, весь из себя такой, перья на шлеме, волосы назад, все дела. А деру дал от меня с такой скоростью, что шлем тот слетел и у ворот остался. Вот дочурка перья и прикарманила.
Но это все ничего, главное, что на голове у нее красовалась ни дать ни взять корона. Склеенная из каких-то ракушек, камушков и прочего. И как еще голова до пола не опустилась под такой тяжестью. Подол кривого «платья» волочился по полу, на ногах у Кары красовались босоножки, на которые она навязала кучу бантиков. В общем, настоящая девочка.
— И по какому поводу ты так вырядилась? — спросила я, еле сдерживаясь, чтобы не расхохотаться в голос.
— Ну я же принцесса!
— Это понятно, — Редька присел перед ней на корточки, — но принцесса ты всегда, а нарядилась только сегодня.
Дочка смущенно потупилась, а потом ответила:
— Ну там же будет Кир.
Ах вот оно что… Кирриан — сын Яратаны и Дилана — был всего на год старше Карамельки, и она в нем души не чаяла, бегала, как хвостик. Видимо, это не просто любовь сестры к брату.
— Милая, но он же твой брат, — мягко пояснила я.
— Но не родной же! Я вырасту и обязательно выйду за него замуж.
— Хорошо, — согласился Редька, перерастет еще, сто раз передумает, — но пока что давай ты переоденешься во что-то более удобное, а то как же ты мне на спину сядешь в таком наряде? Еще корону потеряешь.
Дочь оглядела себя и кивнула, хоть и видно было, что недовольна.
— И поторопись, бабушка уже заждалась, — крикнул муж ей вслед и покачал головой, посмотрев на меня. А я что? Пожала плечами. Мы, девочки, все такие.
Таньяра и правда уже ждала нас. Вместе с Форелем, который ласково обнимал ее за плечи и все время косился на огромный живот. Наверное, боялся, что родит сразу взрослого дракона. Мы с Ярой лишь смеялись. Знали, что у дракониц всегда так.
Оставив наших мужей и детей на попечение Таньяры, решили проведать Малию. Она, как и хотела, стала верховной жрицей древнего храма. Того самого, где несколько лет назад мы наконец разобрались с Дарланом. Редьярд возвел там новое здание, жители ему помогали, и древняя вера благодаря всем нам возродилась.
Мы с Ярой взяли подношения и полетели к храму. Поблагодарив богов, отправились к Малии. Она была очень рада нас видеть. Рассказала, что все чаще приходят в храм не только древние расы, но и люди, и это не могло не радовать. Наконец-то на наших землях воцарятся мир и благоденствие. Малия же рассказала, что бывшая жена Дарлана счастливо родила еще одного ребенка от своего любимого — того самого изуродованного человека, который работал у них в замке. Я видела его лишь однажды, но хватило ума понять: мне крупно повезло, что удалось сбежать от этого психопата. И за эту пару была рада. Они поселились на самом дальнем острове, чтобы их никто не трогал, и живут припеваючи, насколько мы могли судить.
Посидев еще немного, засобирались обратно.
— Пора, а то наши мальчики и одна несносная девочка замок в щепки разнесут, — усмехнулась я, кивая Яратане.
— Да уж, они могут. Правда, думаю, что к ним и мама присоединится, она в последнее время сущий ребенок.
— Гормоны, — сказала Малия, и мы все рассмеялись. За прошедшие годы акцент почти исчез, и теперь она говорила почти так же, как и все остальные.
— Прилетайте еще, девочки, — помахала она нам вслед, а мы взяли курс на замок.
Три дня пролетели как один миг, и вот мы уже летим обратно. Карамелька в этот раз сидела у меня на спине и без конца трещала, рассказывая, что они с Киррианом делали, пока взрослые занимались своими делами.
— Чем бы дитя ни тешилось… — начал Редька.
— ...лишь бы не забеременело, — закончила я, и муж расхохотался. А смех дракона, знаете ли, то еще приключение.
У ворот нас встретила Мазя.
— Вернулись, мои хорошие, как я рада. Карамелька моя сладкая, иди ко мне, поцелую. — Ньяша схватила Кару и крепко сжала.
— Отпусти, я уже большая!