– Это точно, – опекунша рассмеялась. Поправила на Ксюше белую шапку. Неожиданно получилось так, что девочка, вдруг, передумала, и решила ехать с ними тоже. А вот Олег остался твердым в своем решении. Он покидать усадьбу не собирался.
– Вы позвоните, как приедете, – попросил рыжеволосый парнишка.
– Обязательно, – Настя улыбнулась брату.
– Давайте прощаться, – опекунша грустно вздохнула.
Еще каких-то несколько минут, и Ангелина, сдерживая слезы, наблюдала в окно за тем, как черная, сверкающая машина увозит её любимых людей. Девушка всхлипнула. Сын в ответ захныкал. Ангелина опустила взор на него. Заставила себя улыбнуться – и, чудо, первый раз в жизни, Габриэль улыбнулся ей в ответ.
Одна только улыбка, но она, как яркое солнце, прогнала тучи переживаний, что совсем недавно наполняли сердце Ангелины.
– Артур! – позвала девушка мужа. – Наш сын улыбается!
Артур подбежал к жене. Окинул внимательным взглядом румяное личико сына и рассмеялся:
– Правда! Улыбается!
И счастливая улыбка – полная любви и нежности – осветила лица Ангелины и Артура.
Настя уставилась в окно поезда. Там, напротив, стоял Ян. Сидящая рядом с сестрой Ксюша, поднялась на ноги и подошла вплотную к окошку. Ян, заметив её, улыбнулся. Он ждал, что девочка, как раньше, тоже улыбнется ему в ответ, но Ксюша сдержанно смотрела на него. Огромные, серые глаза пронизывали Яна, словно заглядывая в его душу. Никогда. Никто. Прежде так не смотрел на него. Это завораживало и выбивало из равновесия.
Поезд тронулся с места, и только тогда Ксюша, вдруг, приложила к пыльному стеклу ладошку, и губы её, зашевелившись, беззвучно произнесли: «Пока, Ян».
Полтора года спустя.
Маленькие, ловкие пальчики потянули за светлые волосы. Ангелина, ахнув, распахнула глаза. Взгляд её уперся в улыбающееся лицо сына. Румяные щечки, пушистые, русые волосы и яркие, сине-зеленые глаза, Габриэль смешал в себе красоту своей матери и отца. Но вот характер озорника целиком и полностью был в папочку.
– Сын, маму надо будить вот так, – Артур наклонился и, обдавая жену ароматом ледяной свежести, чмокнул в щеку. – Теперь ты.
Малыш повторил за папой. Он поцеловал маму в щеку, а потом… присосался к ней.
– Ой, – Ангелина рассмеялась.
– Видишь, как мы тебя любим, – самодовольно заявил Артур.
– Вижу. Поэтому вы так рано меня разбудили?
– Нет. Для этого есть повод, – Артур улыбнулся. – Звонили твои. Настя с Ксюшей едут в Питер.