Как мы добежали до леса, не очень хорошо помню. Немного пришла в себя, только когда обхватила шершавый ствол дерева. В груди жгло, ноги дрожали, да и вообще хотелось сесть и немедленно умереть. Но как только за спиной послышался глухой вой шакалов, это желание пропало, сменившись здоровым жизнелюбием. Отлипнув от ствола, я нашла глазами своего оборотня.
– Мне перекинуться?
Он чуть склонил голову набок, сощурил красноватые глаза и… чихнул.
– Понятно, не буду, – улыбнулась я, рассматривая недовольную морду. Странно, как я его сразу не узнала. Сейчас схожесть с привычным полукровкой просто очевидна.
Снова недовольно рыкнув, он в последний раз кинул взгляд на иссохшую равнину и развернулся к лесу.
Лес тоже был весьма специфичным – голые стволы деревьев, взмывавшие ввысь, редкие рябины да совсем низкие кустарники, названия которых я не знаю. Вот как раз последние и причиняли больше всего неудобств – в их зеленых недрах скрывались шипы, которым позавидовал бы самый злобный розовый куст. А если учесть, что росли они чуть ли не стенами, вытянувшись в ряд, то ноги я себе подрала и поколола знатно. Перекидываться тоже не было смысла – поломанное крыло насобирает еще больше колючек, чем голые ноги. В остальном бежать по ковру из листьев и хвои было неплохо. Жаль, что и ползти тоже приходилось.
Как же я ненавижу бегать!
Ну да… надо было видеть, как ухмылялся, глядя в мою сторону, наглый волчара, у которого явно зубы лишние. А вот мне бегать, придерживая грудь, было не очень весело.
Со временем растительность стала куда разнообразнее, ноги уже утопали в травах, колючие кусты сменились обычным ежевичником, от которого я тоже была не в восторге. Мои предположения подтвердились, только когда кусты разошлись, открывая перед нами русло иссыхающей реки. Широкие берега сейчас подставляли желтый песок под солнечный жар, то тут, то там виднелись пятна ила или корки высохшей тины. Из воды выглядывали сучья, а иногда и целые древесные стволы. Странное и жуткое зрелище. Хотя чему удивляться: земли между двумя пустынями питали тающие горные ледники. По весне речушка наверняка полноводна, а вот ближе к лету едва заметна.
Порассуждать о географии родного края мне опять-таки не дали. Наглая волчья голова ткнула меня пониже спины, подталкивая с песка в воду.
– А может, вверх по течению? Чтоб никто не догадался.
Взгляд у оборотня стал такой снисходительный, впору было покраснеть, что я, разумеется, и сделала.
Идти по колено в мутной воде тоже оказалось нелегко, куда ступаю – совсем не видно. Пару раз я поскальзывалась на мокрых камнях или склизких ветках и падала, сбивая колени и руки. Грязь разъедала царапины, отчего ноги жутко чесались. А я шла и подбадривала себя мыслью, что загар должен прилипнуть хорошо.
Свалившись в очередной раз, я нечаянно выпустила из рук свой топор. Как назло, вокруг валялся разный мусор, что затрудняло поиски. Оборотень зарычал, намекая, что на это совсем нет времени. От обиды и усталости по щекам потекли слезы, которые я тут же смыла студеной водой. Ни к чему это. Нытьем делу не поможешь, а судя по настойчивости, с которой прет вперед Рейвар, у него есть план, как уйти от погони.
Подойдя ко мне, он подставился под руку так, что я смогла на него опираться.
– А потом будешь говорить, что я опять на тебе висну.
Волчья морда умудрилась нагло ухмыльнуться – прямо хоть нос задирай и отказывайся от помощи. Но к тому моменту у меня совсем не осталось сил, и пришлось соглашаться на предложение. Ну не садиться ж верхом, чай, не Серый Волк.
Так потихоньку мы выбрались к другой реке, полноводной, достаточно широкой и, судя по всему, глубокой.
– Думаешь, змеюки через нее не поплывут? – догадалась я. – Ну да, они не дураки… типа нас.
Вареник фыркнул, с сомнением глянул на меня и вошел в воду.
Вода оказалась не такой холодной, как в реках Сенданского графства, а вполне пригодной для купания. Но и тут не обошлось без сюрпризов. Мы прошли пару десятков метров, а Вареник еще даже не плыл, просто переставлял лапы, разрезая могучей грудью водную гладь. Я нашла пару ракушек и уже строила планы о том, как бы съесть их содержимое, когда оборотень рыкнул и ускорил шаг – на берегу показались змеюки.
На этот раз мой желудок куда спокойнее перенес вид их ездовых тварей. И чего я в первый раз так испугалась, словно голливудских фильмов не видела? Ой, а если они еще и плавают, как анаконды?
Эта мысль подстегнула меня сильнее, нежели пинки Рейвара, и я даже обогнала его. Так что в глубину проваливаться первой пришлось тоже мне.
Испугалась жутко. Вроде несколько шагов назад мне было по пояс, а сейчас уже и не понять, где верх, где низ, кругом одна вода. Хорошо хоть там, в своей прежней жизни, я любила плавать, так что теперь не особо паниковала. Перестав бултыхаться, просто позволила воде подхватить свое тело. Дальше было дело техники, несколько сильных гребков – и голова моя торчит на поверхности. Рядом кто-то чихал и тявкал.
– Извини, Рей, я не хотела, правда.
Ну вот, напугала нашего непоколебимого лэй’тэ.