Нос лодки рассекает водную гладь. Я сижу на нём по-турецки, подставляя лицо струям тёплого воздуха, дурманяще пахнущего рекой, цветущими растениями и свободой. Мой спутник молчалив, и это радует. Вот он приглушил мотор, и мы по инерции двигались вперёд, по узкому коридору из тростника. Стены камыша неожиданно (как это всегда бывает в дельте реки) расступились, и мы, окончательно замедлив ход, въехали в великолепный ковёр из лотосов, покрывающий речную поверхность на сотни метров вокруг. И у меня опять захватило дыхание от восхищения этим чудом природы.