Брюки оказываются облегающими, они отлично подчеркивают мои ноги, бедра и то, что выше. Вот то, что выше, они подчеркивают лучше всего. Сверху рубашка и приталенный китель. На ногах удобные высокие сапоги.
Рассматриваю себя в зеркало. Симпатично, но необычно. Живя здесь два года, отвыкла от брюк.
— Тебе идет форма, Ана, — делает комплимент Луи, неотрывно смотря на…
— Благодарю, Ваше Величество, —
— Не сопи.
Начинаю сопеть громче. Нет, характер у меня и правда испортился, Луи разбаловал. Ручки целует, в кровати обнимает и тискает, разбаловал, определенно разбаловал.
— Ана, — Луи подходит ближе и сжимает мои маленькие ладони в своих больших.
— Что, Луи? — слуги исчезли из спальни, словно их и не было, поэтому можно расслабиться.
— Пора отравляться на завтрак, — и ухмыляется, странно так, необычно. Смотрю на Луи с подозрением и медленно киваю.
Мы входим в обеденный зал последними, и абсолютно все реагируют на мою форму, местная аристократия ужасается брюкам, послы в замешательстве, Ангелина злорадствует. Луи помогает мне сесть в кресло.
— Ваше Величество, на вашей супруге военная форма? — елейно спрашивает Ангелина.
Наблюдаю за бледным и осунувшимся
— Да, принуждаю ее служить, — произносит беззаботно Луи, а я для убедительности утвердительно киваю.
— А разве леди Ана не королева?
— В Артани нет королев, есть лишь король.
Ангелина сникает, мысли о привлекательности Луи наталкиваются на суровую реальность, что королевой ей не стать, даже если от меня избавится. А план по избавлению у нее есть, она его всю ночь разрабатывала. Неприятный план и действенный, но нужна ли она будет Луи, другой вопрос.
— Ана, ты знаешь, что делать, — спокойно произносит Луи не открываясь от завтрака.
— Ваше Величество, стереть им память?
— Нет, — Луи откидывает тканевую салфетку в сторону и улыбается. — Перейдем к переговорам?
Часть 37 «Сеть»
Проводить время под теплым боком у Луи хорошо и приятно, но службу никто не отменял. С раннего утра отправляюсь в Департамент, перебирать оставшиеся дела.
— Эспен, ты разговариваешь на всеобщем? — перевожу взгляд на помощника. От пыли в носу щекочет и руки грязные, но стойко терплю неудобства.
— Да.
— Мне нравится твой ответ, Эспен, — перекладываю просмотренные папки в сторону, — будешь моим помощником, пока не падешь смертью храбрых.
Эспен хмыкает и ничего не отвечает. С таким количество пыли падем лишь от аллергии. Как в магических мирах лечат от аллергии? Или ее здесь не бывает? Классический вопрос для размышлений в четыре утра.
— Ни одного похожего дела, а у тебя? — потягиваюсь до хруста позвонков.
— Ничего.
— И что мы имеем? Множество трупов, ни одной улики и ни одного подозреваемого. Мы даже не знаем расу убийцы.
А если добавить заговор, что плетется в мирах, то можно начать бегать и орать. Всплывает больше новых имен и мест, а распутывать предстоит мне, ведь больше никто мысли не слышит. С одной стороны маньяк, с другой заговор, а мне только восемнадцать лет, и единственное, что хочу лично я, лечь в постель с собственным супругом и сделать вид, что мира не существует. Чихаю. Правду думаю.