- Мне неловко говорить, господин ди Элрой, учитывая, что вы мой шеф, но я не могу позволить себе платить налог на дракона. Мы за кота ещё с прошлого года не заплатили. Скоро приставы будут в дверь стучаться…
- На кошек не введен налог, - уличил он хитрость.
- Зато введен на драконов.
- Я прибавлю вам жалование, – немедленно предложил Таннер. - На сто шиллингов. С этой недели.
А он знал, как уговорить девушку сделать то, что ей совершенно не хотелось! В конце концов, ну, подумаешь, будет в доме дракон жить. Он же не змея. Глядишь, тапочки научится приносить. Кота–то так и не удалось выдрессировать. Как с рождения пузо набивал и в родительской кровати спал, так и продолжает.
- Давайте сюда ваши яйца! – буркнула я и вдруг из-за двусмысленности покраснела: - В смысле, яйцо. Оно… Одно…
Не показывая, насколько доволен исходом, Элрой протянул ко мне руки, и мы оба явственно услышали, как раздался хруст разорванных ниток. А я еще и увидела! Плечи пиджака расползлись, рукава держались «на честном слове», а в прорехе виднелся набивочный материал от подплечника.
- Боюсь, что вы сегодня не попадаете на благотворительный бал, - чувствуя, как вспыхнули щеки, тихо вымолвила я.
- Я и не собирался, - спокойно отозвался Элрой и втиснул мне в ледяные руки теплое яйцо.
- Тогда зачем вы приехали в парадном костюме? – насторожилась я.
- Было интересно узнать, как вы отреагируете.
Я сглотнула. Он откинулся на сиденье, сложил ногу на ногу. Учитывая, что при этом пиджак красовался отодранными рукавами, зрелище казалось странным, не сказать комичным, но мне смешно не было.
- Знаете, где вы прокололись? - иронично вымолвил он. – Вы пропустили одну бирку. Я не проверял ярлыки на одежде, но бирка царапалась.
Проклятье, он его на голое тело примерял, что ли?
– Зато пуговицы пришиты на совесть! – выпалила я и жалобно добавила: - Правда?
Некоторое время мы в молчании изучали друг друга. Сжимая в руках драконье яйцо, я ловила себя на идиотской мысли, что теперь будет нечем кормить деточку, когда она вылупится. Говорят, что новорожденные драконы ужасно прожорливы.
- Я уволена?
- Даже не надейтесь, – отозвался Элрой. – Мне любопытно, куда делся тот пиджак, который вы забрали из ателье.
- Висит у меня в шкафу. Я вам его верну… - от взгляда шефа стало так неловко, что последние слова пробормотала себе под нос: - После того, как дыру залатаю. Я и пуговицы могу перешить обратно…
- Не напрягайте глаза, - не преминул подковырнуть он, - у вас и так плохое зрение.
К счастью, мы подъехали к родительскому дому, и из кареты, превратившейся в камеру пыток, можно было сбежать. Когда кучер открыл дверь и разложил ступеньку, то Элрой кивнул:
- Благодарю, госпожа Амэт.
- Меня? За что? – Нижнее веко задергалось.
- Впервые за много лет у меня случился столь захватывающий вечер.
- Не за что, – пролепетала я. – Обращайтесь… Если что…
- Спокойной ночи, Тереза, - с загадочной улыбкой попрощался он, неожиданно назвав меня по имени.
***
Когда на следующее утро я спустилась в кухню, то нашла родителей в страшной задумчивости. На столе лежала отцовская шляпа, куда накануне я определила драконье яйцо, а сверху свернулся клубком рыжий кот.
- Что случилось? - осторожно уточнила я.
- Кажется, Франки снес яйцо… - пробормотал отец. - И теперь высиживает. Думаешь, он превращается в курицу, потому что мы его куриными лапками кормим?
- Страшно представить, что из этого яйца вылупится, - завороженно кивнула Летиция.
- Дракон из него вылупится, – закатила я глаза. - Элрой в отместку за пиджак заставил меня забрать яйцо.
- Чего? - изогнула брови мачеха. – Какой еще пиджак?
Тут я осознала, что едва не прокололась и брякнула первое, что пришло в голову:
- У нас дело в конторе было о пропавшем пиджаке за тысячу шиллингов, так вот от него… яйцо осталось. Там все так закрутилось … Да и Франки, я вижу, проникся.
- Пингвин недоделанный, - фыркнула Летиция, очевидно, отчаявшись что-то понять в объяснениях падчерицы. - Налог платить будешь сама.
- Может, мы его продадим, когда вылупится? – пожала я плечами.
Тут появились приодетые для выхода сестры, о чем-то яростно спорящие. Сегодня у Ароны планировалось очередное свидание с претендентом в мужья, лично одобренным матушкой, и Эзра страшно злилась. Удивительно, но факт: из двух сестер ярче и красивее была старшая, но женихи почему-то увивались за младшей, невысокой, полнотелой и зачастую не к месту прямолинейной, как рельса.
- Тесса, свидание в шесть, – объявила Арона. - Не смей красить губы.
- Угу. – Мысленно я ругнулась. Ужасно хотелось дочитать «Гадкого утенка», но меня ожидал поход в парк с сестрой.