Читаем Любовь моя полностью

– Сам-то он пишет достаточно кратко или лихо и размашисто? – спросила Инна.

– Теперь кратко.

– Видно, боится не успеть. Я это так понимаю.

– А может, это факт наличия мастерства, – сказала Лена.

– С возрастом стал философом. Тоже, видно, прошел все фазы становления писателя, – предположила Жанна.

– Самый жесткий и беспощадный судья – ты сама?

– Конечно. Но не самый грамотный. И все же я редко обкатываю свои тексты на ком-то, больше доверяю своему чутью. – ответила Лена Ане.

– Тебе в твоем творчестве добавить бы еще один сектор: «нет большой заслуги в том, чтобы любить ближнего своего, попробуй научиться любить и уважать чужих людей», – посоветовала Жанна.

– Мне бы разобраться с проблемами в семьях на данном этапе развития нашего общества. Это еще далеко не проработанная тема ни в социуме, ни в литературе. Мне надо систематизировать свои знания. Но одно я твердо знаю: нам надо поднимать статус семьи. Молодежь должна осознавать, что дети не обуза, а счастье, и в соответствии с этим расставлять жизненные приоритеты. Понятие семьи закладывается в детстве. А твое предложение – отдельная тема для «расследования». Я пока что не рискую глубоко в нее погружаться, только слегка затрагиваю.

– В Библии есть слова: «И пойдет брат на брата». Знать подобные факты многократно проходили через историю человечества, что не говорит в пользу бесконечной любви людей друг к другу. Еще есть неплохая тема: «Как научиться любить себя»? Это звучит нескромно, непривычно для нашего советского уха. Но в Библии говорится: «Возлюби другого как себя самого». А если не получается себя несовершенную полюбить? – спросила Аня.

– Остается любить других больше. Как мать своих детей. Не эгоистично, – за Лену ответила Инна.

– Это противоестественно, что любовь к себе у нас более требовательная, чем к другим? Зато не приходится ломать свою женскую суть, да? Ты подвела меня к мысли, что под этим знаменем мы и живем? – спросила Аня.

Но Инна уже другие вопросы задала Лене:

– О чем будет твое следующее произведение? Оно обещает быть грустным? Книга уже на сносях, на подходе? Если она состоится, я буду рада. Знаю, для макулатуры не пишешь.

– Не спеши с выводами. Время – главный критик.

– А я так уж совсем не в счет? Этот роман тоже будет о постижении и для постижения?

– Секрет. Я суеверная. Не предвосхищай события, спугнешь удачу. Без денег каждая книга – как ложная беременность. Так твой любимый мультипликатор Бардин выразился.

– Следующая книга о подростках?

– Наводящие вопросы? Ты представляешь себе школьника, читающего тридцать томов одного и того же пусть даже очень любимого автора? Чтобы распробовать и оценить чье-то творчество, достаточно двух-трех книг.

– Значит, сначала детей воспитывала, теперь всерьез за взрослых взялась? Растрогать, вдохнуть жизнь, расшевелить? Не поздно ли им меняться? – Инна исподтишка взглянула на подругу.

– Никогда не поздно над чем-то призадуматься и что-то в себе переделать. Даже если у тебя уже есть внуки. Ты же знаешь знаменитую фразу: «Себя воспитывай, а дети с тебя пример возьмут». Никто не лишен такой возможности. И в этом тоже каждому дана своя мера таланта и мера его реализации.

– Второе тоже очень важно. У тебя, наверное, есть мечта: «Меня нет, а мои книги читают». Да?

– А ты как думаешь? – вопросом на вопрос вяло ответила Лена. Бороться со сном ей становилось все труднее.

25

– Лена, я слышала, что ты любишь рыбалку. Чем она тебя привлекает? – справившись с зевотой, спросила Жанна.

«Наконец-то соскочили с литературной темы», – обрадовалась Лена и с удовольствием ответила:

– «Грибалку» люблю. По жизни я трудоголик. «Пашу» и на работе, и в семье. У меня же патологическое чувство ответственности. С ним нелегко жить. Наверное, поэтому любое общение с природой – какое я могу себе позволить – является для меня лучшей формой активного отдыха и самой полноценной «душевной терапией». Оно снимает стрессы и дарит умиротворение. С годами, я стала испытывать физическую потребность в нем.

На природе я отрешаюсь от быта, забот и волнений. В душе истаивает всё сиюминутное, мелочное, суетное. Остается красота и покой. Я там обновляюсь. Из меня уходит все отрицательное, что накопляется в городе. Природа вдохновляет. Войду хотя бы в сквер – и потекли в голове то стихотворные, то прозаические строчки… Тишина в часы отдыха приобретает первостепенное значение. Люблю музыку насыщенной природной тишины луга, поля, леса, когда чувствую великую сущность бытия, нахожу ее следы…

А сколько положительных эмоций я получаю на рыбалке! Бывало, выуживаю леща или щуку – от волнения перехватывает дыхание, все внутри дрожит от возбуждения и радостного азарта, адреналин «шибает» в голову. Незабываемые, непередаваемые чувства!

А «тихая» охота! Иду по лесу, глубоко вдыхаю пряный воздух, насыщенный запахами деревьев и цветов. Птицы заливаются на все лады, насекомые стрекочут. Душа поет! Увижу гриб, допустим, пламенеющую головку подосиновика или цвета молочного шоколада у белого – и сразу к сердцу приливает горячая волна радости. Она прибавляет мне день жизни, счастливый день…

Перейти на страницу:

Похожие книги

Ты не мой Boy 2
Ты не мой Boy 2

— Кор-ни-ен-ко… Как же ты достал меня Корниенко. Ты хуже, чем больной зуб. Скажи, мне, курсант, это что такое?Вытаскивает из моей карты кардиограмму. И ещё одну. И ещё одну…Закатываю обречённо глаза.— Ты же не годен. У тебя же аритмия и тахикардия.— Симулирую, товарищ капитан, — равнодушно брякаю я, продолжая глядеть мимо него.— Вот и отец твой с нашим полковником говорят — симулируешь… — задумчиво.— Ну и всё. Забудьте.— Как я забуду? А если ты загнешься на марш-броске?— Не… — качаю головой. — Не загнусь. Здоровое у меня сердце.— Ну а хрен ли оно стучит не по уставу?! — рявкает он.Опять смотрит на справки.— А как ты это симулируешь, Корниенко?— Легко… Просто думаю об одном человеке…— А ты не можешь о нем не думать, — злится он, — пока тебе кардиограмму делают?!— Не могу я о нем не думать… — закрываю глаза.Не-мо-гу.

Янка Рам

Короткие любовные романы / Современные любовные романы / Романы