— Хорошо. — ответил Стив, который сидел в кресле и держал руки перед собой в замке и упирался ими в подбородок.
Я отвела от него глаза и подошла к Климу, положила свою руку на его и сжала. Тихонько нагнулась и поцеловала в висок. Прислонила свою голову к его и закрыла глаза. Не знаю, сколько я так простояла, но когда я их открыла, никого в комнате не было. Взяла его руку и поцеловала.
— Клим, — обратилась я, — открой, пожалуйста, свои глаза. Я так хочу вновь утонуть в этом сером омуте, не оставляй меня одну… ты мне нужен, очень нужен. Не превращай в ад то время, что мне выделено быть с тобой, пожалуйста… Не уходи, только не уходи…
Мои глаза заволокли слёзы, я уткнулась ему в плечо и тихо заплакала. Судьба нещадно проверяет меня на прочность, подкидывая одно испытание за другим. Словно любуясь, а сможет ли она это вынести, а вот это или это? А я сжимаю зубы и иду вперёд. Я подняла голову, вытерла слёзы, и снова поцеловав его, решила не плакать, слезами я тут ничем не помогу. Его надо вытаскивать, доктор сказал разговаривать, значит, будем разговаривать.
— Знаешь, я никогда не рассказывала тебе, что мне нравится из стихов. У меня есть одно очень любимое, его написал: Эдуард Асадов — Я могу тебя очень ждать. Хочешь послушать? Наверное, да… Так вот, слушай: Я могу тебя очень ждать, долго-долго и верно-верно. И ночами могу не спать… Год, и два, и всю жизнь, наверно! Пусть листочки календаря облетят, как листва у сада. Только знать бы, что всё не зря, что тебе это вправду надо!
На этих строках мой голос дрогнул, я подавилась воздухом, но сделав глубокий вдох, продолжила:
— Я могу за тобой идти: по чащобам и перелазам, по пескам, без дорог почти, по горам, по любому пути! Где и чёрт не бывал ни разу! Всё пройду, никого не коря! Одолею любые тревоги…Только знать бы, что всё не зря, что потом не предашь в дороге.
На этих строчках мой голос задрожал, мне стало очень трудно, я давилась слезами, и сердце так болело… Слова застревали где-то там, в глубине, но я заставляла себя говорить! И я собиралась сказать то, чего не должна, никогда…
— Я могу для тебя отдать всё, что есть у меня и будет! Я могу за тебя принять горечь злейших на свете судеб. Буду счастьем считать, даря целый мир тебе ежечасно. Только знать бы, что всё не зря, что люблю тебя не напрасно! Я люблю тебя Клим и буду любить всю свою жизнь, всегда, где бы я не была…
Мою ладонь сжали, и я поняла, что меня слышат. В какой-то момент стало страшно, я призналась ему… А правильно ли я сделала? В принципе, что себя мучить? Что сделано, то сделано, назад уже не вернуть.
Я поселилась в этой комнате, постоянно что-то ему рассказывала из своего прошлого, что-то нейтральное. Читала книги, ставила капельницу. С его лица сошли все ссадины, но он не просыпался. Врач говорил, что он идёт на поправку и полностью здоров, но почему не открывает глаза, он не знает. Пошла уже третья неделя, как он в отключке и я не знала что делать. Потом, однажды утром, встав, вспомнила, куда я всегда бежала, когда в жизни всё было плохо? Кого я просила о помощи? Я бежала в церковь, и мне всегда отвечали, и сейчас, найдя в интернете православную церковь в Женеве, я ехала туда….
Мы приехали быстро, я попросила охрану подождать снаружи, надела на голову платок и зашла внутрь, предварительно, перекрестившись. Мне было некогда рассматривать убранство церкви, я пошла сразу к Иисусу. Поставила свечку, помолилась, перекрестилась и начала говорить:
— Я знаю, что сейчас живу не своей жизнью и обманываю многих, но так сложилась судьба. И не ты ли сам мне её послал? Вы там наверху знаете всё наперёд, всё вам известно. И ты уже знаешь, чего я попрошу. Я знаю, что ничего в этой жизни просто так не делается, для того чтобы что-то получить, надо чем-то пожертвовать. Вытащи его, верни его целого и невредимого, я готова пожертвовать своим спокойствием и счастьем ради него. Отдать всё, что у меня есть. Я исполню обещание, что дала, уеду, исчезну из его жизни, ты только верни. Я не смогу ходить по этой земле зная, что его больше нет…
На этой фразе я перекрестилась и вышла из церкви, в спину подул ветерок, и мне даже показалось, что до моего лица дотронулись и погладили. Вернулись обратно в дом, я быстро поела, приняла душ и снова пошла к Климу. Снова читала ему книгу и не заметила, как заснула глубоким снов. Очнулась от того, что мои волосы перебирают, открываю глаза и встречаюсь с любимыми серыми глазами, которые смотрят с такой нежностью и теплом.
— Привет, Малышка, соскучилась?
Глава 14-2