Читаем Любовные истории актеров полностью

Приближался первый Новый год, который они должны были встретить вместе. Накануне вечером они пошли в гости к одной из Сашиных подруг художнице Фиалке Штеренберг. Сколько ей было тогда уже лет, если она еще в юности дружила с четой Бриков и Маяковским? Сначала зашли в антикварный магазин, и Саша купил для Фиалки изумительный браслет. Попросил Инну примерить, чтобы убедиться в том, как он хорош. Инна впервые примеряла настоящее украшение, глаза у нее загорелись. Вкус Александра и умение разбираться в женских безделушках поразили ее. Видя ее волнение, он предложил: "Выбери что-нибудь и себе". Инна совершенно растерялась, и тогда он выбрал сам: серебряный браслет с гранатами. Вечер у Фиалки прошел чудесно. Прощаясь, та сказала Инне: "Я хочу написать ваш портрет". Впоследствии этот портрет был выставлен и кем-то куплен.

Кайдановский был одним из тех редких мужчин, которые умеют дружить с женщинами. Подруги были гораздо старше его, они были очень образованны, с аристократическими манерами, будто олицетворяли собой давно ушедшую эпоху. Да он и сам был, скорее, из века девятнадцатого, а не двадцатого. В прошлом жил, как в настоящем, и когда рассуждал о чем-либо, то возникала полная иллюзия того, что он мог бы быть современником и Пушкина, и Достоевского. Кайдановский был тонким ценителем классической музыки, изучал философию, историю религии, собрал уникальную библиотеку, писал картины, сценарии, сочинял и сам исполнял песни. Кажется, не существовало ничего на свете, чего бы он не знал. Какова же была радость Инны, когда случайно выяснилось, что Саша не читал дневников Достоевского, а у Инны как раз была эта книга. Она принесла ее из своей скромной домашней библиотеки, и Саша с жадным нетерпением сразу же стал читать. С того момента Инна почувствовала, что между ними началось взаимопонимание.

Несмотря на мужественную внешность, Кайдановский был раним душой. Прекрасное, настоящее, высокое могло заставить его даже заплакать. Однажды они собирались посмотреть кассету с фильмами Чарли Чаплина, и Саша признался: "Ты только не удивляйся, когда я смотрю его фильмы, то не могу удержаться, всегда плачу". Нежнейшим образом он любил и своих животных: собаку-дворняжку Зину и кота Носика. Бывало, звонит из Испании (он был там на съемках): "Здесь прекрасно, изумительно! Не хватает только Зины и Носика!" Или звонок из Парижа, уже при Инне: "Как Зина, Носик? С ними ничего не случилось?" Когда его спрашивали: "Ты действительно любишь Зину больше любимой женщины?" - Александр совершенно серьезно отвечал: "Конечно, ведь Зина нуждается во мне куда больше". Носик вырос в атмосфере обожания. Из комнаты Александр его не выпускал, однако тот не раз дрался с соседским котом так, что их водой разливали, и трижды сигал в окно с третьего этажа.

Инна и Саша переехала с Поварской - сняли квартиру на Бауманской. На Поварскую, которая в самом центре, к ним ежедневно кто-нибудь заходил, на Бауманскую стали приезжать изредка, не по пути. Однажды приехал из Санкт-Петербурга Сергей Курехин. Конечно, засиделись за полночь - о стольком нужно было переговорить. Много выпили, сильно накурили. Сергей приоткрыл дверь на лестничную площадку, чтобы выветрился дым, а то они уже почти не различали друг друга за столом. Александр вначале не заметил, что дверь открыта, а когда это обнаружилось, Носика дома уже не было. Что тут началось! Обыскали подъезд, двор, весь квартал. Саша был вне себя. Курехин, виноватый и расстроенный, тоже искал, бегая по двору. Искали до трех часов ночи и не нашли. Пришлось возвращаться домой. Вечер был испорчен, радость от встречи с другом прошла из-за пропажи любимого кота. Когда вошли в подъезд, Инна сказала, что не станет ждать лифт, а поднимется на седьмой этаж по лестнице и там их встретит. Ей, мастеру спорта по легкой атлетике, сделать это было нетрудно. Между шестым и седьмым этажом она вдруг обнаружила Носика. Тот сидел, вжавшись в стену, за мусоропроводом. Взяв на руки обмякшего сразу кота, она прижала его к груди и, когда Саша вышел из лифта, протянула ему его любимца. Саша просиял от радости и посмотрел на Инну долгим признательным и любящим взглядом.

Свадьба

Время шло, а с фильмом ничего не получалось. Александр знал, что у него больное сердце, он уже перенес два инфаркта, и все это сильно выбивало его из колеи. Так ведь можно и не успеть. И потом, он тяготился жизнью, если не была заполнена творчеством, его угнетала повседневность, раздражал быт. Инна чисто по-женски хотела ему помочь. Ей доставляло огромное удовольствие бегать за мясом в гастроном, варить ему борщ, гладить рубашки. Саша больше одного раза рубашку не надевал, так что стирать и гладить приходилось без конца. Но она не знала, что все это мало имеет для него значения, если нет главного - кино.

Перейти на страницу:
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже