Гумберт выбегает следом и видит, как она, нажимая педали, удаляется на велосипеде по улице. Держась одной рукой за сердце, Гумберт заворачивает за угол, направляясь в молочный бар, который Лолита часто посещает. В свете уличных фонарей ее велосипед, прислоненный к фонарному столбу, стоит одинокий и смущенный. Гумберт входит в бар. В его отдалении сквозь стекло телефонной будки он видит свою Лолиту, юную русалку в прозрачном резервуаре. Она продолжает говорить. С кем? Держа трубку в горсточке и конфиденциально сгорбившись над ней, она глядит на Гумберта, прищурившись, затем вешает трубку и выходит из будки.
ЛОЛИТА
(бойко) Пробовала тебе позвонить домой.ГУМБЕРТ:
Правда? Странно. Я видел, что ты с кем-то разговаривала. Твои губы двигались.ЛОЛИТА:
Да. Ошиблась номером. Слушай, я не хочу, чтобы ты злился на меня. Теперь все изменится к лучшему. Принято большое решение.ГУМБЕРТ:
Ах, Лолита. Если только я все еще могу тебе доверять.Она улыбается ему и взбирается на свой велосипед.
Обратный путь по Тэеровской улице.
Блестящая от дождя ночь. Лолита тихо подвигается на своем велосипеде вдоль мокрой панели, толкаясь ногой, поджидая Гумберта, вновь отталкиваясь. Он идет позади, взволнованный, с влажными глазами, рывками догоняя ее. Собака тянет поводок, и ее хозяин, отпуская, позволяет ей обнюхать фонарный столб. КИНОАППАРАТ сопровождает Лолиту и Гумберта до их дома. Сирень стоит в цвету. В окне соседнего дома гаснет свет.
Прихожая. Лолита и Гумберт входят.
ЛОЛИТА:
Понеси меня наверх, я что-то в романтическом настроении.Он поднимает ее на руки. Телефонный звонок.
ЛОЛИТА:
(подняв указательный палец) Телефон.ГУМБЕРТ:
Ах, пусть звонит.ЛОЛИТА:
Отпусти, отпусти меня. Никогда не стоит разочаровывать звонящего.ГУМБЕРТ:
Моя афористичная душенька! Хорошо.По телефону говорит Куильти — приглушенным, квакающим голосом.
КУИЛЬТИ:
Как поживаете, профессор?ГУМБЕРТ:
Хорошо. А кто это…КУИЛЬТИ:
Простите, что беспокою вас так поздно. Вам нравится ваша жизнь в Бердслее?ГУМБЕРТ:
Вполне. Могу узнать, кто говорит?КУИЛЬТИ:
Это лучшее время в году, только дожди досаждают.ГУМБЕРТ:
Простите, кто говорит?КУИЛЬТИ:
(с вежливым смешком) Мы не знакомы, но я за вами уже некоторое время дружески наблюдаю. Можем ли мы поговорить немного?ГУМБЕРТ:
Вы имеете какое-то отношение к колледжу?КУИЛЬТИ:
В некотором роде. Я что-то вроде студента-заочника. Видите ли, я изучаю ваше дело.ГУМБЕРТ:
Какое дело? Не понимаю.КУИЛЬТИ:
А Долорес уже в постельке?ГУМБЕРТ:
Ах, вот оно что. Ты, значит, изменил голос, Рой Волкер?КУИЛЬТИ:
Нет, нет. Вы ошибаетесь.ГУМБЕРТ:
Хорошо. Все, что я имею сказать вам, это что ни я, ни Лолита не вступаем в разговоры с незнакомцами.КУИЛЬТИ:
(весьма учтиво) Это недоразумение. Все совсем не так, как вы думаете. Люди, которых я представляю, озабочены только тем, чтобы дети вовремя ложились спать. Видите ли, мистер Гумберт, я состою внештатным сотрудником Департамента общественного благоденствия.ГУМБЕРТ:
Как ваше имя?КУИЛЬТИ:
О, это такое обыкновенное, ничем не примечательное имя. Мой департамент, сэр, хотел бы проверить некоторые довольно странные слухи, касающиеся отношений между вами и этой хорошенькой девочкой. Мы имеем определенные виды на нее. Мы знаем одного почтенного джентльмена, весьма состоятельного одинокого господина, который был бы счастлив ее удочерить.Во время этой речи Гумберт достает из кармана жилета коробочку с пилюлями и глотает одну.
ГУМБЕРТ:
Это неслыханно.