Читаем Ловец теней полностью

Похоже, у них имеются к нему какие-то претензии. Интересно, какие?…

«Только бы не узнали про книгу», — мелькнуло в голове у Яна, но он тут же взял себя в руки.

— Знаете, что-то у меня аппетит пропал. — Он отложил столовые приборы и поднялся с места. — Ну уж давайте, ведите на расстрел, что уж медлить!

Их процессия действительно напоминала группу, сопровождающую осужденного, и Яну вовсе не нравилась уготованная ему роль.

Они молчали всю дорогу, пока наконец не зашли в комнату Глеба и Северина, где традиционно проходили все совещания.

Здесь каждый занял свое привычное место. Глеб — на стуле, Динка и Свеверин — на кроватях, Саша прислонилась спиной к стене. Ян остался стоять посреди комнаты, разглядывая уже давно изученные обои.

— Итак, — сказал Ян, нарушая напряженную тишину, — мне будет предъявлено обвинение или сразу перейдем к этапу чтения приговора?

— Мы все знаем, — тихо, но четко сказал вдруг Глеб.

У Яна нехорошо закололо в желудке. Интересно, откуда бы они могли узнать о книге? Неужели Маша все же является двойным агентом?… Тем не менее ни один мускул на лице парня не дрогнул.

— Оставь свои кэгэбэшные штучки, Глеб, — сказал Ян беспечно. — Это только в прошлом веке был обычай вызывать сам знаешь в какое здание, а там многозначительно произносить эту сакраментальную и совершенно пустую фразу. Может, на нее и попадались в те времена, но теперь, честное слово, не катит!

— Значит, ты не хочешь признаться сам. — Глеб недобро усмехнулся. — Ну что же, будут тебе подробности. Мы знаем, что ты один посещал Брюсов дом и вынес оттуда кое-что ценное.

— Правда? — Ян поднял брови в нарочитом удивлении. — Сломанный стул или ножку дивана?

— Довольно! — Глеб поднялся со стула. Остальные молчали, Ян видел, как напряглись мышцы на руках у Северина, а Саша буквально побелела. — Ты вынес оттуда Брюсов календарь, за которым мы сюда приехали! И как же ты собирался распорядиться им дальше?

На миг, всего на миг, Ян усомнился. Вдруг та самая книга, что спрятана у него в номере, и есть знаменитый Брюсов календарь. Да, он выглядит по-иному, чем ожидалось… Нет, бред! Конечно, это бред! Ему в руки попала книга, какая бывает у любого мага. Вот и у Учителя тоже была, правда, не черная, а обычная толстая синяя тетрадка… Такие книги полезны только тем, кто непосредственно занимается магией, для остальных они не имеют никакого значения.

— Откуда же вы знаете, что я вынес календарь? — спросил парень.

— Тебя видели, — на этот раз ответил Северин. — Мы с Глебом сами тебя видели.

— Ага, — кивнул Ян, понимая, что уже ничего не понимает. — А можно узнать подробности? Дату, время, место? А то никак не могу представить себе эту писанную маслом картину.

Динка и Саша по-прежнему слушали, не принимая участия в беседе. Но Яну не нравился взгляд Александры, вернее, то, с какой настойчивостью она избегала встречаться с ним глазами, уставившись в пол.

— Сегодня в восемь, — сказал Глеб. — И, может быть, все же хватит ломать дешевую комедию?

— А на дорогую вам денег на билеты не хватит, — привычно огрызнулся Ян и продолжил уже другим тоном: — Вообще-то в это время я был у себя в номере и спал. Так что либо мы имеем дело с редким случаем дневного лунатизма, либо видели вы все-таки не меня. Кстати, вы меня хотя бы окликнули?

— Да, но ты не оглянулся и скрылся.

— Интересное кино! — Ян встряхнул челкой. — Вы мимоходом видите кого-то. Как понимаю, патлатого и в черном, и сразу пытаетесь обвинить во всех грехах меня?

— Я тебя хорошо разглядел, — ответил Северин глухо. — Извини. Ты спас меня, и я тебе очень благодарен, но не пойду против команды. Лучше бы тебе просто отдать нам календарь.

— Я же говорю: меня там не было! Я спал! Я вообще весь день сегодня проспал! — повторил Ян, начиная терять терпение.

— Мы к тебе стучали. И не говори, что не слышал ни стука, ни звонков, — заявил Глеб.

Ян промолчал: других вариантов ответа у него не было.

— Днем? Ты спал весь день? Чем же ты занимался прошлой ночью?

От заданного Александрой вопроса Ян вздрогнул. Вот вам шах и мат.

Как они его сейчас обкладывают — со всех сторон. Понятно, что ждать от людей благодарности — напрасный труд. Но ведь надеешься же на наличие у них хотя бы каких-то мозгов?! На их взгляд, он один забрался в Брюсов дом, договорился там с местным демоном, забрал календарь, вылез обратно и, зная, что его заметили как минимум двое членов партии, преспокойно спрятал похищенный артефакт и отправился ужинать. Видимо, специально, чтобы быть уличенным. Превосходный план! Почти безупречный!

— Тебя интересуют интимные подробности? — тем не менее спросил он Александру, прекрасно понимая, что оправдываться бесполезно.

Девушка покраснела.

— Ян, оставь, пожалуйста, свои штучки. Ты не на цирковом представлении, — напомнил Глеб. — Если все это неправда, позволь нам осмотреть твою комнату и вещи.

— А что, если я уже передал артефакт своим негодяям-сообщникам? — Ян и не собирался сдаваться.

— А что, если не передал?…

Вопрос завис в воздухе.

Перейти на страницу:

Все книги серии Похитители древностей

Похожие книги

Белеет парус одинокий. Тетралогия
Белеет парус одинокий. Тетралогия

Валентин Петрович Катаев — один из классиков русской литературы ХХ века. Прозаик, драматург, военный корреспондент, первый главный редактор журнала «Юность», он оставил значительный след в отечественной культуре. Самое знаменитое произведение Катаева, входившее в школьную программу, — повесть «Белеет парус одинокий» (1936) — рассказывает о взрослении одесских мальчиков Пети и Гаврика, которым довелось встретиться с матросом с революционного броненосца «Потемкин» и самим поучаствовать в революции 1905 года. Повесть во многом автобиографична: это ощущается, например, в необыкновенно живых картинах родной Катаеву Одессы. Продолжением знаменитой повести стали еще три произведения, объединенные в тетралогию «Волны Черного моря»: Петя и Гаврик вновь встречаются — сначала во время Гражданской войны, а потом во время Великой Отечественной, когда они становятся подпольщиками в оккупированной Одессе.

Валентин Петрович Катаев

Приключения для детей и подростков / Прочее / Классическая литература