Имоджин поднялась по лестнице просторного дома Вивьен, построенного в викторианском стиле. На первом этаже располагались три спальни и ванная комната, деревянная лестница вела на второй этаж, где находились еще две небольшие комнаты. На мгновение ей показалось, что в комнатах на первом этаже звучит смех. Она вспомнила, как они с Анной любили играть здесь в детстве – носиться по лестнице, прятаться в платяных шкафах и под кроватями. Сестры привыкли к тесноте семейного коттеджа, и огромный бабушкин дом представлялся им настоящим королевским замком. Вивьен знала, что девочкам нравятся две комнаты на верхнем этаже, поэтому всегда держала их свободными специально для внучек – это была их территория.
Она прошла в спальню бабушки. Эту комнату они с Томом и Мартином практически не трогали, и большая часть вещей Вивьен осталась на своих привычных местах. На каминной полке стояла свадебная фотография Вивьен и Стэнли, сделанная в начале пятидесятых. Вивьен было, вероятно, около двадцати, а Стэнли на год больше. Имоджин взяла фотографию в руки и вгляделась в их улыбающиеся лица. Странно осознавать, что она уже старше, чем была Вивьен, когда вышла замуж за человека, с которым потом прожила большую часть жизни. Это было так прекрасно и романтично, но Имоджин никогда бы не пожелала себе подобной участи. Ее неугомонная натура требовала бесконечных перемен, и, возможно, так будет всегда. Она, конечно, скучала по Люка, но сама мысль о том, чтобы оставаться в одном месте – даже на экзотическом острове – с одним и тем же человеком, когда перед ней лежал огромный неисследованный мир, вызывала у нее приступ клаустрофобии.
Девушка подошла к туалетному столику. Броши, которые так любила носить Вивьен, все еще лежали на своем месте, яркие нитки стеклянных бус висели на зеркале. Ее расческа, инкрустированная перламутром, выглядела так, будто ждала, что хозяйка вот-вот возьмет ее в руки.
Имоджин вновь оглядела спальню. Она не смогла бы спать здесь или в соседних комнатах – тех самых, в которых так часто ночевали друзья и гости Вивьен. Она поднялась на второй этаж, в мансардные комнаты, которые они с Анной считали своими. Здесь ничего не изменилось, правда, теперь голова Анны почти касалась потолка, но Имоджин, не унаследовавшая высокий рост матери, не испытывала никаких неудобств. Она села на односпальную кровать и скинула туфли с гудящих от усталости ног – это был долгий, полный разочарований день.
Сегодня она проведет ночь в этой спальне.
Глава 8
– Знаешь, Имоджин вовсе не нужно было уезжать отсюда, – сказал Джон, разбирая свою коллекцию DVD-дисков и откладывая самые старые для благотворительной акции. Он был свежевыбрит и одет в джинсы и серую футболку.
– Все в порядке, – ответила сидящая на диване Анна. – Она не возражает. Просто это неправильно, если бабушкин дом будет пустовать. Теперь, когда мы работаем бок о бок целый день, это даже хорошо, что у каждой из нас есть свой угол.
Анна погрузилась в воспоминания о первой неделе работы в кафе. Они с Имоджин изо всех сил старались подбадривать друг друга – отвратительной погоде не было видно конца. Единственными постоянными посетителями стали Эви, забегавшая в перерыв на чай, и пожилая пара, заходившая пообщаться со старым знакомым Хепберном. За целую неделю только трое пополнили их кассу.
– Знаешь, что тебе нужно? – Джон подошел к дивану, присел рядом с Анной и нежно погладил ее по волосам.
– Понятия не имею, – ответила она, посмотрев ему в лицо с улыбкой, полной надежды. Может быть, Джону придет в голову какое-нибудь нестандартное решение, с помощью которого можно было бы выманить потенциальных покупателей из теплых сухих домов и завлечь их в дальний конец набережной отведать мороженого. Они не могли повлиять на погоду, но, может быть, они что-то упустили в своей рекламной кампании?
– Пора тебе сделать перерыв, – сказал Джон, нежно целуя ее в щеку. – Давай куда-нибудь съездим в эти выходные.
– Ты уверен? – спросила она. Раньше Анна запрыгала бы от радости при мысли о том, чтобы провести время наедине с Джоном. Но не сейчас, когда на карту был поставлен их новый бизнес. – А как же магазин? – начала она. – И куда мы денем Элфи?
– Родители Мии приедут погостить в эти выходные, и она спрашивала, нельзя ли ему остаться у нее, чтобы повидаться с ними. Поэтому я свободен, как ветер. А за магазином может присмотреть Имоджин, так ведь? Ты же говоришь, что сейчас практически нет покупателей.
Это была сущая правда, и все же прямота Джона неприятно задела ее.
– Ну, не знаю… – протянула Анна с сомнением.
– Давай уедем куда-нибудь вместе на выходные. Я забронирую номер в гостинице. Мы отправимся в пятницу вечером и будем наслаждаться обществом друг друга весь уикенд. Представь – только ты и я. Никакого мороженого, никаких детишек… Как тебе такая идея?
– Звучит довольно заманчиво, – ответила Анна, прижимаясь к нему. Как ни нравилось ей проводить время с Элфи, мысль о том, чтобы на все выходные остаться наедине с Джоном, определенно казалась привлекательной. – Куда ты хочешь поехать?