Вот только их много, а я один. И Аме ещё непонятно, когда придёт в себя. Я испытывал дежавю, вспоминая, как полдня таскал за собой обессиленного ворона. Что питомец, что хозяйка, блин…
Ладно, будь, что будет!
Пока волк рядом, попробую припугнуть этих мелких, но приставучих паразитов магией. Главное, чтобы тенеклык не воспринял это как угрозу в свою сторону. Поэтому я выбрал целью самого дальнего от него шакалёнка.
Стрела сорвалась с моих пальцев и стремительно настигла цель. Очевидно, зверёныш этого не ожидал, потому что даже не пытался уклониться, лишь взревел от удивления и боли, инстинктивно отшатнувшись назад.
Его соратники тоже заволновались, ощетинились копьями и подняли тявкающий гвалт.
Это, в свою очередь, нифига не понравилось волчаре, потому что он тоже принял угрожающую позу и зарычал.
А я стоял по центру, как меж двух огней и думал, как мне выбраться из этого долбаного цирка со зверями живым.
Так, ладно. Мне как минимум стоит потихоньку отодвинуться к какому-нибудь дереву. Главное не спровоцировать волка. Но, похоже, он сейчас сосредоточился исключительно на шакалятах и не обращал внимания, на то, как я медленно отступаю к ближайшему дубу.
Что касается шакалят, то я видел, что они не очень-то жаждут связываться с огромным зверем, но и так легко сдаваться тоже не собираются. Видимо надеются на своё численное преимущество.
Я не мог точно сосчитать, сколько их здесь было, потому что часть из них скрывалась за деревьями, но точно больше, чем, когда я встретил их в первый раз.
Продолжая перекрикиваться на своём шакальем языке, они начали издалека запускать в волка копья. Причём силы в броске оказалось достаточно, чтобы некоторые из них пробили его шкуру. Волк взревел и прыгнул в сторону ближайших противников, но они тут же разбежались в разные стороны, запутывая и усложняя ему задачу.
В конце концов, он всё-таки догнал и повалил одного шакалёнка на землю, но в него тут же полетели ещё копья, а затем и сами зверёныши толпой накинулись на тенеклыка, вгрызаясь в него зубами и раня ножами.
Зверь отчаянно сопротивлялся. И его силы хватало на то, чтобы отмахиваться сразу от нескольких шакалят разом, но он был слишком лёгкой мишенью для их атак. И он был один.
И, глядя на это, я понимал, что меня ждёт та же участь, если прямо сейчас как-то не вмешаюсь.
Что ж, выбора нет. Я крепче сжал в руке копьё, и, прикрываясь щитом, рванул на помощь волчаре.
Глава 10
Я вывел для себя два правила в этом бою. Во-первых, держаться подальше от горячей лапы тенеклыка. Во-вторых, бить в спину. Вот вообще не тот случай, чтобы думать о том, насколько это подло с моей стороны. Подло это, блин, окружать и мочить нас толпой.
Так что пока они полностью сконцентрировались на волке, очевидно решив, что я представляю гораздо меньшую угрозу, я начал выцеплять шакалят, которых тенеклык, сопротивляясь, отшвыривал от себя. Он кружился вихрем, стараясь стряхнуть с себя всех тех, кто не упускал ни единого шанса его зацепить. Как рой пираний они оставляли мелкие, но болезненные раны на его теле. И мне оставалось лишь надеяться, что волчара продержится подольше.
Первый шакалёнок до которого я добрался отлетел от боя дальше остальных. Крепко приложившись позвоночником, он не успел быстро встать. И я, понимая, что времени на сомнения нет, со всей дури вбил копьё ему в живот. А потом резко выдернул и повторил, надеясь, разворошить хотя бы часть его органов. Шакалёнок заскулил и задёргался, как в агонии. Но дальше наблюдать я не стал. Нужно скорее переключаться на следующего, пока они сами не переключились на меня.
Увы, но пока другой такой же удобной цели не было, так что я просто подобрался сзади к ближайшему из врагов и прицелился ему в шею. Вот чёрт! Всё-таки не пробил, а лишь поцарапал. Шакалёнок быстро обернулся, отпрыгнул от меня и что-то заорал.
Часть его соратников тоже на мгновение отвлеклись от волка. И одному из них это стоило жизни. Тенеклык воспользовался заминкой и быстрым, но точным рывком повалил шакалёнка на землю, сразу сминая его голову мощными челюстями.
Я по его примеру тоже рванул на своего врага, но понимал, что так легко проткнуть его уже вряд ли получится, так что просто со всей силы опустил копьё на мерзкую шакалью морду, словно обычную дубинку.
Шакалёнок охнул и упал, как подкошенный. А моё оружие от такого обращения сразу треснуло примерно по центру. Но острие ещё держалось! Не раздумывая долго, я воткнул его в живот упавшего и так и оставил. А сам тут же достал запасное копьё, попутно отступая к ближайшему дереву, чтобы враги не смогли окружить меня, если захотят переключиться.
Щит придавал мне уверенности, да и шакалята, похоже, начали переоценивать обстановку и упускать инициативу. Они потеряли уже четверых бойцов. И, хотя, их всё ещё оставалось не менее шести, они уже понимали, что не могут одновременно давить волка толпой и прикрывать тыл от меня.