— Этого требовал мой долг перед родом! Сожалею, если вы не можете этого оценить, — огрызнулся я.
— Если судить по вашей необыкновенной наглости, то вы действительно являетесь виновником конфликта с мистером Грандисоном'!
Так вот по какому поводу меня зовут общаться. Ну-ну, ожидаемо. А некоторые брюнетки уже и результаты «предсказали».
— Вы можете идти сами, или мне нужно вас взять за руку? — брезгливо уточнила Фокс.
Если бы источаемый деканшей яд был магическим даром, я бы себя пересилил и за ее руку подержался бы. Но дара у нее не было точно. Если только крайнюю «говнистость» характера не считать за особую магию.
— Благодарю вас, профессор. Я услышу ваши шаги, если вы будете рядом. И смогу дойти самостоятельно.
— Ваша гордость обязательно сослужит вам плохую службу!
Извиняйте, барышня! Странно предлагать не особо нужную помощь как милостыню.
А у Дуннагола нас уже поджидали Джеймс Грандисон и его декан, профессор Хайтауэр. Если «золотце» Джеймс на меня бросал яростные взгляды, то Хайтауэра, по-моему, бесила вся ситуация в целом. Ко мне — он точно никакого негатива не испытывал.
— Регул, Джеймс настаивает на том, что ты вел себя неподобающе! И практически развязал драку, невзирая на свою травму. Но я не могу в это поверить. В тебе тоже есть светлое…
Если он о пиве, то мне его пока не продают. Зато обошлось без обращений, типа «мой мальчик» — уже хорошо!
В остальном, если опустить словесные кружева директора, меня подводили к тому, чтоб мы с Джеймсом принесли друг другу взаимные извинения. Принципиально я против этого не возражал. Мне-то — что оскорбления Грандисона по барабану, что его извинения. Я видал всё вместе в одном гробу.
Но проблема была в другом. Наш конфликт был публичным. И по меркам родовой аристократии — если бы я принес извинения в такой ситуации, это было бы унижением для рода Шэдоу.
Все умасливания директора «во имя факультетской дружбы» и необходимости быть «хорошим мальчиком» меня никак не устраивали. О чем я директору и сообщил.
Но бородатого козла Дуннагола это никак не смутило. Ему и лисице Фокс нужно было хотя бы формально выставить на показ мою «агрессивность» и «неосмотрительность».
Это совсем не нравилось профессору Хайтауэру, но он почему-то отмалчивался. Ладно, он человек подневольный. Наверное, поэтому и рвется обратно — на паладинскую службу. Так-то наш профессор Боевой магии — нормальный дядька.
И директор выставил ситуацию в самом «волшебном» свете. Будто это не он разрешил вызов на поединок незрячего ученика. Нет, это «злобный» Шэдоу отказался от «примирения» и вынудил директора с деканами дать согласие на дуэль!
Видимо, Дуннагол что-то новенькое замутил с Министерством, о чем я и сообщил адвокату Гудвину. Но здесь мы могли только ждать развития чужой интриги.
Дуэль же была согласована «с учетом», что один участник ранен и ограничен в своих возможностях, пусть и неисправимый гордец. Поэтому нам разрешили использовать по три Абсолюта.
К этому ожидаемо продавили использование родовых артефактов. Ведь мы были оба представителями древних родов. Но победой в дуэли считалось простое снятие чужих Пологов, и на этом поединок заканчивался.
Вот только проигравший был обязан принести публичные извинения. В случае ничьей — взаимные. Получалось, что конкретно эта дуэль — для меня исключала все исходы, кроме победы. Еще и Тед подлил масло в огонь:
— Рег, там в министерстве вокруг тебя опять что-то начинается. Мой отец это даже с Гровенором обсуждал. Но тот сказал, что в курсе. И тебя, если что, предупредит. А ты понимаешь, чему тебя подводит Дуннагол?
— Если честно, то не очень.
Другой мой консультант по «заморочкам аристо», Купер — «проспал» момент нашей перепалки с «золотым трио», в своем футляре. Да я и не придавал этому особого значения.
— Такие вещи могут плохо отразиться на тебе. Когда, в скором будущем, встанет вопрос о подтверждении твоего места в Совете Лордов. Если ты помнишь, на него же претендуют и Латимеры
Охренеть. По «случайному совпадению», Фрэнк и Джеймс нежно дружат в составе одной школьной «банды». Еще и Дуннагол согласовывает какие-то странные условия дуэли…
— Это что, из-за одного извинения перед Грандисоном — я могу место в Совете потерять?
— Осадочек останется и может накопиться. А для каких-нибудь древних консерваторов — одно это может стать решающим фактором.
А ведь среди той фракции — далеко не все были сторонниками Карнажа. И на их голоса я вполне мог бы рассчитывать. По сути, в их кругу не прощалось только одно — отступление от старых родовых традиций и кодексов…
На дуальной площадке передо мной горделиво прохаживался Джеймс Грандисон, кривясь в презрительной ухмылке. По силам мы сейчас были примерно равны. Может быть, он чуть дальше продвинулся по уровню синиор-Адепта.
Но у него была двойная стихия — Огня и Земли, что делало его неприятным противником. А я не мог светить на полную своими Дарами.
Только на фоне моих схваток с чемпионами тварей, мафиозным Монти и «железным» архимагом — Грандисон не канал совсем! У меня есть Ускорение, и я хорошо видел противника в инфракрасном спектре.