Читаем Максим Горький в моей жизни полностью

Вам скажут, что это ссылка на обьективные причины? Да нет, не обьективные причины, а этот самый субьект Балмесов. Нужно пожалеть человека, пожалеть Балмесова. Больше "плохо" он получить не может.

Его насилуют, ему измочалил нервы, его ненавидят, потому что он мешает целому классу, он сделался отщепенцем коллектива, предметом ненависти учителей, учеников, родителей, предметом собственной ненависти к самому себе.

Какой смысл это имеет? Зачем вы держите его в 9 классе, заведомо зная, что он программы не сможет освоить? Несите ответственность, не обманывайте ни учеников, ни себя.

Вот такая опасность ждет и нас.

Вторая опасность - очень серьезная. У нас часто любят говорить: "Создадим людей закаленных!"

Ну, давайте создавать. Что такое закалка?

Можно ли закалить человека, если его обмотать ватой, чтобы он не простудился? Сознательно надо рисковать (я говорю, конечно, в переносном смысле). Нельзя закалить человека, если не ставить перед ним трудных задач, на которых иногда можно и сорваться. Если вы будете бояться, что он сорвется, не поставите трудных задач, - значит, он сорвется обязательно.

Директору одной школы, которому я помогаю по-товарищески и которого люблю как человека, я говорю: "Заведи ты сторожевой отряд, чтобы охранять школу; конечно, с пустыми винтовками.? Составь его из старших учеников 10 класса, 8, 7, 6 и потом из вторых классов. И пусть этот отряд с 8-9 часов вечера занимает свои посты, пусть дежурят по два часа поочередно. Одни дежурят, другие ожидают в караульном помещении".

А директор возражает: "Но таких маленьких ведь мать не пустит". А я беседовал с маленьким, и он говорит: "Пусть только мать не пустит, я убегу!" Правильно, он убежит! Он будет воодушевлен мыслью о том, что он охраняет свою школу, да еще под командой десятиклассника, с которым он волей-неволей должен будет подружиться. Конечно, мальчик будет стоять на посту. Тут ночь, жутко, собаки бегают, помещение далеко. Пусть подрожит, испугается, в крайнем случае переполох будет.

Во всяком случае, я не знаю, до сих пор я не встречал еще иного способа закалки, как закалка. Это единственный способ, и на такую закалку надо идти. И знайте, что у ребят аппетит к этой закалке страшно большой, и никакого сопротивления со стороны ребят вы не встретите. Наоборот, встретите полную поддержку. Тот мальчик, который будет стоять на посту и побаиваться, никогда не скажет, что он трусил. Придет, ты его спрашиваешь: "Чего, боялся?"

А он отвечает: "Нет! Чего там бояться!"

Храбрый - это не тот мальчик, который не боится, а храбрый тот, который умеет свою трусость подавить. Другой храбрости и быть не может. Вы думаете, идти на смерть под пули, под снаряды - это значит ничего не испытывать, ничего не бояться? Нет, это именно значит и бояться, и испытывать, и подавить боязнь. А вы мне говорите: "А если он будет бояться?" Так он и должен бояться, и пускай боится, чтобы было, что преодолевать.

Но директор, конечно, не согласился поставить сторожевой отряд.

Другой пример из той же школы. Прекрасная школа, новостройка, односменная, паркет в коридорах, широкие коридоры. Паркет грязный, т.е. цвета грязи.

"Почему, - спрашиваю, - такой грязный паркет? Ведь паркет здесь не для того укладывали паркетчики, чтобы его сверху покрыть грязью. Ведь паркет для того укладывали, чтобы он блестел". Говорят: "Ну что же мы можем сделать Натираем два раза в месяц, но его же нельзя натереть, его нужно мыть, а потом натереть. Что же делать?" Я говорю: "Пускай ученики натирают". - "Как ученики?" - "Обыкновенно. Вот по утрам, перед занятиями, приходит какая-то очередная группа во главе со старшим, становится на щетки и натирает паркет".

Вы думаете, это детям не понравится? Мало того, что надо натирать, надо, чтобы за десять минут до звонка приходил какой-нибудь товарищ из какого-нибудь 5 класса, с каким-нибудь краснокрестовским знаком, знаком санитарии, и говорил старшему десятикласснику: "Сдавай паркет. Как ты натер? Что это? А вот это - что? Не принимаю работы!" И с рапортом к директору: "Такая-то группа под руководством такого-то десятиклассника паркет не натерла". Вы вызываете десятиклассника и говорите ему: "Как же так?" И начинается уже последующая педагогическая работа.

Это что - закалка или нет? Закалка. Для этого нужно на час раньше встать и проделать другую работу. И это полезно знать. Очень полезно уметь натирать паркет.

Вот та самая девушка, о которой я говорил, что она заканчивает исторический факультет, рассказывает мне: "Я живу с четырьмя девушками в студенческом общежитии. Только одна беда - они не умеют натирать паркет, а я умею. Коммунары все умеют. Так они меня заставляют натирать паркет, чтобы было чисто". - "Что же ты сделала?" - спрашиваю. "Я их уговорила, что нужно натирать паркет".

Перейти на страницу:

Похожие книги

12 великих трагедий
12 великих трагедий

Книга «12 великих трагедий» – уникальное издание, позволяющее ознакомиться с самыми знаковыми произведениями в истории мировой драматургии, вышедшими из-под пера выдающихся мастеров жанра.Многие пьесы, включенные в книгу, посвящены реальным историческим персонажам и событиям, однако они творчески переосмыслены и обогащены благодаря оригинальным авторским интерпретациям.Книга включает произведения, созданные со времен греческой античности до начала прошлого века, поэтому внимательные читатели не только насладятся сюжетом пьес, но и увидят основные этапы эволюции драматического и сценаристского искусства.

Александр Николаевич Островский , Иоганн Вольфганг фон Гёте , Оскар Уайльд , Педро Кальдерон , Фридрих Иоганн Кристоф Шиллер

Драматургия / Проза / Зарубежная классическая проза / Европейская старинная литература / Прочая старинная литература / Древние книги