Читаем Малавита полностью

Ходил ли Джои когда-нибудь в школу? Если подумать, то может, он пропустил что-то приятное, что ждало его на скамье общественной школы в Черри-Хилл, штат Нью-Джерси, которую он огибал каждое утро, чтобы присоединиться к своей банде на Ронольдо Террас. Никогда не видал он так близко классной доски, запах мела ничего ему не говорил. Он скрипнул куском мела по черной поверхности, незнакомый звук отозвался мурашками на коже. Вот, значит, все отличие в этом белом тюбике? Белом тюбике, таящем в себе всю мировую премудрость? Способный доказать что угодно, доказать, что Бог существует — или нет, что параллельные сходятся в бесконечности, что поэты знают истину? Не зная, что оставить — слово, цифру, рисунок, — он секунду колебался и написал большими буквами ЗДЕСЬ БЫЛ ДЖОИ, как часто делал в туалетах баров.

Пройдя насквозь двор, Бонгусто вошел в спортивный зал и проорал несколько ругательств, которые отдались эхом. Скручивая сигарету, он обошел спортивные снаряды — подтянулся на шведской стенке, повисел на пятиметровой веревке с узлами, проинспектировал полки с майками, потом схватил баскетбольный мяч и стал рассматривать его со всех сторон: ни один предмет в мире так не напоминал глобус. Самое невероятное было то, что Ник никогда не держал его в руках. Матчей он перевидал неизвестно сколько, в любом возрасте. Он поджидал молодых игроков на выходе с площадок, предлагал им кучу разных изделий и в тюбиках, и в пакетиках, — но ни разу не присоединился к ним, чтобы попробовать дриблинг. Позже, на стадионах, он организовывал ставки и видел, как играли звезды, к некоторым он даже приближался, чтобы подкупить их или запугать до смерти, это зависело от полученных приказов. Правила, игроков он знал лучше, чем кто-либо, и на площадке выглядел бы вполне им под стать — метр восемьдесят, ладони широкие, как лопаты, голова обрита наголо, — и однако же он никогда не чувствовал пальцами шершавый каучук красного мяча. Он подержал его в руке, шагнул на баскетбольную площадку во дворе, встал под кольцом и сделал последнюю глубокую затяжку. Он оказался перед непростым выбором: первый раз в своей жизни забросить мяч в корзину или бросить его и остаться единственным американцем, который не забил ни одного очка. Стоя с мелом в руке, Джои посмотрел в окно, где его напарник принимал позы заправского игрока, и ободряюще свистнул.

А Пол Джицци и Джулио Гузман, без устали патрулируя пустые улицы и разгуливая мимо закрытых магазинов, потерялись в городе-призраке. Таких улиц они не видели никогда — узкие, слегка под уклон, по краям дороги пырей и плющ, иногда ветви яблонь свешиваются из-за ограды, улицы пахучие и тенистые, с невообразимыми именами. Они остановились перед единственной лавочкой, название которой поняли: сувениры.

В свои сорок лет Джицци по-прежнему выглядел как мальчишка-хулиган — светло-каштановые волосы, вихром торчащие надо лбом, светло-карие глаза, ямочка на подбородке. Он вытащил из внутреннего кармана своей ярко-зеленой куртки маленький фотоаппарат, с которым никогда не расставался, навел его на какую-то безделушку, что-то вроде колодца из белой керамики, и снял его в нескольких ракурсах.

— Ты чего это? — спросил Гузман.

— А что, не видно? Хочу в качестве сувенира привезти фото сувенира. Кое-кому это может доставить удовольствие.

Гузман, маленький крепыш со взглядом бульдога, непоседа от рождения, схватил рукоятку своего оружия, стукнул по витрине и меньше чем за десять ударов разнес ее в куски.

— Давай бери.

— Гузман, ты больной.

— Это я-то больной?

Пол делал снимки для Альмы, своей сестры, которая была старше его на пятнадцать лет и осталась в девках из-за того, что ее жених покинул город, узнав, что у семьи Джицци очень тесные отношения с семьей, которая правит островом Стейтен. Он неохотно достал сувенир из-под осколков стекла и сдул с него пыль. Он уже предвкушал улыбку Альмы.

Перейти на страницу:

Все книги серии Малавита

Похожие книги