Даша вспомнила, как впервые познакомилась с мамой Егора. Это не было спонтанным событием, но не было и каким-то фурором, поскольку и сама Даша, и ее будущий муж уже успели побывать в браке. И жизнь показала, что церемонное знакомство с родителями — никакая не гарантия долгой и счастливой жизни по направлению к отметке «и умерли в один день».
В общем, люди были уже взрослые, самостоятельные, понимающие, что жить им друг с другом, а не с мамами-папами. И потому спокойно настроенными на нормальное общение в кругу новой семьи. Без свершений, чудес, излишних фейерверков, «красных дорожек» и прочей ерунды.
И все же к «торжественному приему дорогой Мамы» готовились заранее, Даша ждала в гости действительно важного человека, поэтому постаралась привести квартиру в порядок (они с Егором к тому моменту уже больше трех месяцев жили вместе) и приготовить что-то незатейливое, но действительно вкусное.
— Ничего себе, — вместо приветствия сообщила мама Егора, — это ж как ты так готовишь, что вся кухня загажена?
Но Даша уже знала этот «прикол»: в первом браке она потратила слишком много сил на «войну» с мамой мужа и повторять этот путь не собиралась, хотя справиться с раздражением было нелегко. И все же она сдержала автоматическую негативную реакцию, ответила на все улыбкой (в конце концов, ее дом — ее правила, а мама Егора тут в гостях, у нее своя жизнь, у них — своя) и пригласила всех к столу.
Провокаций в тот вечер было еще предостаточно: от справедливых замечаний по планировке и мебели до нелепых подсчетов, скольки-слойные салфетки позволительно ставить на стильно сервированный стол. Со стороны могло показаться, что Даша сознательно отстранилась, чтобы ее не задевали эти колкости, но на самом деле она была занята совершенно другим. Она во все глаза смотрела на маму Егора, впитывала ее особенности и разглядывала за ними любимого человека. Ведь перед ней сидела совершенно особенная женщина — женщина, подарившая ей Егора. Женщина, сделавшая возможной ее Любовь. И это осознание вводило ее в какой-то счастливый транс, хотелось плакать от счастья и повторять только: спасибо, спасибо, спасибо…
— У тебя железная выдержка, Дашка, — восхищенно выпалил сам же Егор, едва успев закрыть за мамой дверь, — я сам уже на стенку лез от ее придирок, хотелось сказать грубость, хотя это же моя любимая мама.
— Да? Я как-то не особо заметила. То есть заметила, конечно, но это все такая ерунда. Вот честное слово. Разве все эти колкости можно сравнить с тем, что за подарок она мне сделала, даже еще не будучи со мной знакомой.
— Какой еще подарок?
— Ну, а как же: «Лучший мой подарочек — это ты!»
— Да ну тебя, я уж испугался, она и правда что-то подарила (потом бы припоминала еще лет сто). А ты заметила, как она к вечеру снизила градус страстей? Как-то расслабилась, потеплела? Как будто подтаяла, — Егор уже и сам веселился вовсю.
— Вот видишь. Волшебная сила признания ее величия. Так, чем черт не шутит, она меня еще и полюбит…
Так и случилось. Не сразу, постепенно, со временем, но случилось. А все началось с улыбки и понимания, что мама второй половинки не должна соответствовать никаким параметрам, ведь она уже сделала лучшее, что только можно: родила вашего партнера…
Теперь Даша считала, что свекровь — один из самых близких ей людей. Часто она с ней советовалась, особенно в отсутствие Егора (как будто его мама помогала Даше смотреть на ситуацию, на мир глазами мужа). Вот и сейчас она решила позвонить еще и свекрови, чтобы выяснить ее мнение относительно ситуации с влюбленностью Иришки…