Читаем Марина Цветаева — Борис Бессарабов. Хроника 1921 года в документах. Дневники Ольги Бессарабовой. 1916—1925 полностью

Марина Цветаева — Борис Бессарабов. Хроника 1921 года в документах. Дневники Ольги Бессарабовой. 1916—1925

Р' книге приведены уникальные, ранее не публиковавшиеся материалы, в которых представлена культурная среда начала и середины XX века. Р' письмах и дневниках содержится рассказ о событиях в жизни Марины Цветаевой, Бориса Бессарабова, РђРЅРЅС‹ Ахматовой, Владимира Маяковского, Даниила Андреева, Бориса Зайцева, Константина Бальмонта, Льва Шестова, Павла Флоренского, Владимира Фаворского, Аллы Тарасовой, Р

Наталья Александровна Громова

Биографии и Мемуары18+

Марина Цветаева — Борис Бессарабов. Хроника 1921 года в документах

Дневники Ольги Бессарабовой. 1916—1925

Предисловие

Ольга Бессарабова много лет вела дневник, на страницах которого представлена культурная среда начала и середины XX века. Ее дневники содержат уникальные свидетельства о Леониде и Данииле Андрееве, Павле Флоренском, Владимире Фаворском и др.

Здесь подробно описаны известные московские семьи: Добровых, где рос сын Леонида Андреева Даниил, Бориса Зайцева и Константина Бальмонта, Кудашевых, овдовевшей Татьяны Скрябиной.

Книга состоит из двух частей: материалов из архива Бессарабовых, в которые включены фрагменты писем и дневниковых записей Марины Цветаевой, и дневников Ольги Бессарабовой.



Цветаева и Бессарабов

С молодым красноармейцем Борисом Бессарабовым Марина Цветаева познакомилась в доме доктора Филиппа Александровича Доброва в русский Новый год (то есть в канун 14 января 1921 года). Об этой известной московской семье в своей мемуарной повести вспоминал старший сын писателя Леонида Андреева Вадим:

«Дом Добровых в Москве, — номер пятый по Малому Левшинскому переулку, около самой Пречистенки — это целая, уже давно ушедшая в прошлое эпоха русской интеллигентской семьи — полупровинциальной, полустоличной, с неизбежными "Русскими ведомостями", с бесконечными чаепитиями по вечерам, с такими же бесконечными политическими разговорами <…>»[1].

Видимо, Цветаева не раз бывала в этом дружелюбном доме в 1920–1921 годах. В эти же годы у Добровых жил Борис Бессарабов. В тот зимний день Борис, вернувшись со службы, застал в комнате Шурочки Добровой большую компанию. Среди гостей были Марина Цветаева, Владимир Маяковский, Лиля Брик, Татьяна Скрябина. Вечером Борис пошел провожать Татьяну Скрябину и Марину Цветаеву. Сначала они дошли до дома Скрябиных в Николопесковском переулке. Потом свернули в Борисоглебский, стояли, долго разговаривали — Цветаеву заинтересовало, кто такие большевики. На прощание она попросила Бориса помочь Татьяне Скрябиной справиться с метровыми кряжами дров, которые ей выделило советское правительство. Бессарабов согласился, он уже делал это для других знакомых. Стал приходить, колоть дрова, а вдова композитора играла ему на рояле, рассказывала о Скрябине.

Борис Бессарабов показался Цветаевой настоящим русским богатырем, а ему, как выяснилось, были хорошо знакомы стихи Цветаевой.

В Борисоглебском Бессарабов стал бывать почти ежедневно. Завязалась пылкая дружба: юноша просиживал у Марины днями и ночами, переписывал красивым почерком «Царь-девицу». Тогда же Цветаева начинает писать, как она выражалась, «в пару Царь-девице» поэму «Егорушка», прототипом которой стал Борис Бессарабов.

В конце февраля он уехал комиссаром с инспекцией на запад к польской границе, а потом, вернувшись в Москву, ушел из многонаселенного дома Добровых к Цветаевой в Борисоглебский переулок. В апреле 1921 года Бессарабов выполнил поручение Марины Цветаевой, которое считал для себя очень знаменательным, — лично передал Ахматовой письмо и иконку, о чем сначала написал сестре в письме, а спустя годы — в своих воспоминаниях.

В доме Бессарабовых Ахматова был а любимым поэтом, и Борис незамедлительно сообщает о каждом слове их кумира сестре Ольге. Заметим, что встреча поэта и красноармейца происходит на фоне только что закончившегося Кронштадтского мятежа, в подавлении которого участвовал младший брат Бориса Всеволод, едва там не погибший.

Через несколько месяцев Цветаева охладела к Бессарабову, а вслед за ним и к своей поэме «Егорушка», оттого, видимо, так и не окончила ее.

Летом после тяжело перенесенной малярии Бессарабов демобилизовался из армии. Не желая «второй раз вступать в партию», не прошел партийную «чистку» и, таким образом, выбыл из партии. Его смущало введение нэпа. Он вернулся в Воронеж, где занялся организацией художественных мастерских. Письма и вещи Бессарабова из дома Цветаевой забирала его сестра Ольга Александровна, которая к тому времени уже была в Москве.

Кем же был на самом деле герой цветаевской поэмы «Егорушка»?

Борис Александрович Бессарабов родился в Воронеже 2(14) декабря 1897 года. Его мать, Анна Петровна Косцова, происходившая из семьи рязанских старообрядцев купеческого звания, была домашней учительницей. Отец работал на железной дороге машинистом, в 1903 году умер от чахотки. В семье было пятеро детей — четыре брата и сестра.

Перейти на страницу:

Похожие книги

След в океане
След в океане

Имя Александра Городницкого хорошо известно не только любителям поэзии и авторской песни, но и ученым, связанным с океанологией. В своей новой книге, автор рассказывает о детстве и юности, о том, как рождались песни, о научных экспедициях в Арктику и различные районы Мирового океана, о своих друзьях — писателях, поэтах, геологах, ученых.Это не просто мемуары — скорее, философско-лирический взгляд на мир и эпоху, попытка осмыслить недавнее прошлое, рассказать о людях, с которыми сталкивала судьба. А рассказчик Александр Городницкий великолепный, его неожиданный юмор, легкая ирония, умение подмечать детали, тонкое поэтическое восприятие окружающего делают «маленькое чудо»: мы как бы переносимся то на палубу «Крузенштерна», то на поляну Грушинского фестиваля авторской песни, оказываемся в одной компании с Юрием Визбором или Владимиром Высоцким, Натаном Эйдельманом или Давидом Самойловым.Пересказать книгу нельзя — прочитайте ее сами, и перед вами совершенно по-новому откроется человек, чьи песни знакомы с детства.Книга иллюстрирована фотографиями.

Александр Моисеевич Городницкий

Биографии и Мемуары / Документальное
Третий звонок
Третий звонок

В этой книге Михаил Козаков рассказывает о крутом повороте судьбы – своем переезде в Тель-Авив, о работе и жизни там, о возвращении в Россию…Израиль подарил незабываемый творческий опыт – играть на сцене и ставить спектакли на иврите. Там же актер преподавал в театральной студии Нисона Натива, создал «Русскую антрепризу Михаила Козакова» и, конечно, вел дневники.«Работа – это лекарство от всех бед. Я отдыхать не очень умею, не знаю, как это делается, но я сам выбрал себе такой путь». Когда он вернулся на родину, сбылись мечты сыграть шекспировских Шейлока и Лира, снять новые телефильмы, поставить театральные и музыкально-поэтические спектакли.Книга «Третий звонок» не подведение итогов: «После третьего звонка для меня начинается момент истины: я выхожу на сцену…»В 2011 году Михаила Козакова не стало. Но его размышления и воспоминания всегда будут жить на страницах автобиографической книги.

Карина Саркисьянц , Михаил Михайлович Козаков

Биографии и Мемуары / Театр / Психология / Образование и наука / Документальное