Читаем Массовая культура 08.05.2008 полностью

Вначале декабря мне позвонили с Первого канала - пригласили вручить приз прессы на новогоднем концерте в Кремле. Что такое новогодний концерт Первого канала и откуда берется приз прессы - я не знал, но голос в трубке сказал, что приз нужно будет вручить то ли Пугачевой, то ли певице Максим - и оба варианта показались мне справедливыми, к тому же у меня плохо получается отказывать незнакомым людям, если они просят о чем-то безобидном; в общем, в назначенный вечер я оказался в Кремлевском дворце. По скользкому паркету фойе прохаживались дамы, заставляющие вспомнить строчку из песни Ларисы Долиной «Я надену все лучшее сразу», в буфете подавали жюльены и семгу, девочки-подростки пили шампанское, в воздухе было разлито предчувствие праздника. Раздался третий звонок, ведущий Галкин объявил Кобзона, и началось.

На сцене было много удивительного - красные сапоги Леонтьева, похожее на яйцо Фаберже платье Маши Распутиной, обдуваемые искусственным ветром куклы-несмеяны из группы «Серебро». Музыка, под которую выступали эти люди, напоминала звуковое сопровождение в недешевом столичном ресторане - она не отвлекала от разглядывания сапог, в ней не было страсти, восторга или ужаса, она существовала на правах необязательного и не раздражающего фона - как если бы трещали дрова в камине. Ни одна мелодия не застревала в голове, ни за одну строчку невозможно было зацепиться; когда Ирина Аллегрова выдала нелепый, в стилистике лихих 90-х, припев - «Улетали принципы под откос», - это было хотя бы что-то. Я списывал собственное равнодушие на слабое знание материала, но потом огляделся - оказалось, что публика, мягко говоря, тоже не бьется в экстазе. Никто не подпевал, не танцевал, не вскакивал с мест. Люди смотрели на сцену немигающими пустыми глазами, многие достали видеокамеры и наблюдали за концертом через видоискатель - будто репетируя новогодний телепросмотр. Зал оживился лишь однажды, и «оживился» - слабо сказано, это была массовая истерика: выступала Ротару, и впавшим в исступление зрителям удалось даже выпросить не положенную по регламенту вторую песню. На исходе шестого (!!!) часа представления меня вызвали за сцену, выдали почетную грамоту и сообщили, что вручить ее нужно вовсе не Пугачевой и не Максим (которых, собственно, и не было), а некоей Вике Дайнеко, чье имя я слышал во второй раз в жизни - до этого я мельком видел Дайнеко в каком-то телешоу, там она каталась на коньках. Но на исходе шестого часа было уже все равно.

В самом слове «поп» нет ничего дурного - это музыка для развлечения (застолья, танцев, секса), которая нравится большому количеству людей. И ничего более. Челентано, Нино Феррер, Вадим Мулерман и даже Жанна Агузарова - это все поп, попс, попса, как угодно. Шестнадцатилетний Лагутенко, спевший клейким лукавым голосом: «Алло, попс, я выхожу на связь!» - явно имел в виду нечто такое, к чему стоит стремиться. Поп требует не столько мастерства или таланта, сколько интуиции, прирожденной точности, дзенского умения попасть в яблочко, не целясь. В англоязычных источниках это называется pop sensibility - чувство попа - и в смысле этой самой сенсибилити, способности создать легкий, совершенный в своей простоте и точности продукт - Юрий Шевчук и группа «Гости из будущего» мало чем отличаются (я прекрасно представляю почему-то, как Ева Польна поет под хаус-аккомпанемент шевчуковскую «Осеннюю» - «Люби всех нас, Господи, тихо, люби всех нас, Господи, громко»). Если уж мы заговорили об англоязычных источниках - гипотетическое противостояние Шевчука и Евы Польны на этой территории давно осталось в прошлом, последние рецидивы конфликта относятся ко времени возникновения панка и индастриала, сейчас вся неакадемическая англосаксонская музыка - это, в некотором смысле, поп. Манифест новой поп-эпохи - книга бывшего журналиста New Musical Express Пола Морли Words and Music. Вся современная музыка выводится в ней из двух произведений - ультраавангардного опуса Элвина Люсье I am Sitting In My Room и песни Кайли Миноуг Can‘t Get It Out Of My Head. С точки зрения вечности они равнозначны и в равной степени прокладывают дорогу в будущее. Поп может не быть оригинальным, но не может не быть модным, поп обязан учитывать звук и образ, который «сейчас носят». В этом смысле идеальным российским поп-музыкантом является, конечно, Виктор Цой, - который, кстати, во всех интервью настаивал, что «Кино» играет поп-музыку, и не гнушался передирать The Smiths и The Cure, а в посмертном альбоме коллеги и вовсе положили две его песни на эйсид-хаусный синтетический ритм и басовый рифф, позаимствованный с пластинки New Order Technique.

Перейти на страницу:

Похожие книги

1993. Расстрел «Белого дома»
1993. Расстрел «Белого дома»

Исполнилось 15 лет одной из самых страшных трагедий в новейшей истории России. 15 лет назад был расстрелян «Белый дом»…За минувшие годы о кровавом октябре 1993-го написаны целые библиотеки. Жаркие споры об истоках и причинах трагедии не стихают до сих пор. До сих пор сводят счеты люди, стоявшие по разные стороны баррикад, — те, кто защищал «Белый дом», и те, кто его расстреливал. Вспоминают, проклинают, оправдываются, лукавят, говорят об одном, намеренно умалчивают о другом… В этой разноголосице взаимоисключающих оценок и мнений тонут главные вопросы: на чьей стороне была тогда правда? кто поставил Россию на грань новой гражданской войны? считать ли октябрьские события «коммуно-фашистским мятежом», стихийным народным восстанием или заранее спланированной провокацией? можно ли было избежать кровопролития?Эта книга — ПЕРВОЕ ИСТОРИЧЕСКОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ трагедии 1993 года. Изучив все доступные материалы, перепроверив показания участников и очевидцев, автор не только подробно, по часам и минутам, восстанавливает ход событий, но и дает глубокий анализ причин трагедии, вскрывает тайные пружины роковых решений и приходит к сенсационным выводам…

Александр Владимирович Островский

Публицистика / История / Образование и наука
10 заповедей спасения России
10 заповедей спасения России

Как пишет популярный писатель и публицист Сергей Кремлев, «футурологи пытаются предвидеть будущее… Но можно ли предвидеть будущее России? То общество, в котором мы живем сегодня, не устраивает никого, кроме чиновников и кучки нуворишей. Такая Россия народу не нужна. А какая нужна?..»Ответ на этот вопрос содержится в его книге. Прежде всего, он пишет о том, какой вождь нам нужен и какую политику ему следует проводить; затем – по каким законам должна строиться наша жизнь во всех ее проявлениях: в хозяйственной, социальной, культурной сферах. Для того чтобы эти рассуждения не были голословными, автор подкрепляет их примерами из нашего прошлого, из истории России, рассказывает о базисных принципах, на которых «всегда стояла и будет стоять русская земля».Некоторые выводы С. Кремлева, возможно, покажутся читателю спорными, но они открывают широкое поле для дискуссии о будущем нашего государства.

Сергей Кремлёв , Сергей Тарасович Кремлев

Публицистика / Документальное