Читаем Медицина и сострадание. Советы тибетского ламы всем, кто заботится о больных и умирающих людях полностью

Есть два подхода к тренировке открытого и непредвзятого ума, проникнутого состраданием. Первый метод предполагает сознательное усилие. Мы начинаем с того, что зарождаем отчётливое желание стать сострадательнее, затем устремляем свой ум к состраданию, охватывающему всех без исключения. Этот метод называется «упражнение в концептуальном сострадании». Второй метод состоит в том, чтобы просто позволить состраданию возникнуть автоматически, без предварительных рассуждений. Мы просто отпускаем все представления о том, каким всё должно быть, и позволяем себе быть открытыми и полными сострадания. Этот метод называется «упражнение в неконцептуальном сострадании». Хотя может показаться, что этот путь легче, неконцептуальное сострадание не получится испытать без применения определённых методов и упражнений. Оно не приходит спонтанно. И всё же, хотя сейчас нам нужно прилагать сознательное усилие, наша цель – испытывать сострадание как естественное и открытое, не требующее усилий.

Когда мы проявляем сострадание, специально прикладывая для этого усилия, мы можем обнаружить, что по отношению к некоторым людям нам легче быть сострадательными. Например, нам кажется, что совершенно естественно проявлять доброту к людям, которых мы знаем, которые нам нравятся и которые ценят нас. Однако в других ситуациях наше сострадание становится более избирательным. В зависимости от настроения мы можем быть добры к одним людям и грубы с другими. Иногда стресс ограничивает нашу способность к состраданию: в этом состоянии мы теряем желание и силы помогать кому-либо за исключением самых близких. Когда наше сострадание зависит от сознательного усилия, оно может быть неустойчивым.

Нам хорошо знакомо сострадание, испытываемое намеренно. В буддизме мы называем его «концептуальным состраданием». В этом случае мы думаем о конкретном человеке, оказавшемся в конкретной ситуации, и намеренно зарождаем доброту и сострадание. В течение жизни мы могли достаточно много упражняться в этом виде сострадания или, напротив, не прикладывать особенных усилий для его развития, но в любом случае этот тип сострадания нам известен.


Нам хорошо знакомо сострадание, испытываемое намеренно. В буддизме мы называем его «концептуальным состраданием». В этом случае мы думаем о конкретном человеке, оказавшемся в конкретной ситуации, и намеренно зарождаем доброту и сострадание.

Такое основанное на размышлении сострадание можно сравнить с более естественным, свободным от любых концепций состраданием – выше я описывал его как «неконцептуальное сострадание». Как я уже говорил, неконцептуальное сострадание произрастает из открытого ума. Оно естественным образом возникает из определённого состояния, называемого «пробуждённость, свободная от мыслей». Пребывать в пробуждённости, свободной от мыслей, означает сохранять осознанность без цепляний за мысли. Сострадание и забота, спонтанно проявленные в этом состоянии ума, безграничны. Они не сводятся к проявлению доброты по отношению к определённым людям в определённых ситуациях. И тем не менее пока мы не переживём это состояние на собственном опыте, спонтанное сострадание кажется нам непостижимым или по меньшей мере недостижимым.

Сострадание и любящая доброта, которые мы ассоциируем с буддами и бодхисаттвами, возникают из пробуждённости, свободной от мыслей. Когда я использую такие слова, как «будда», вы, возможно, думаете о конкретном учителе, жившем на территории Непала и Индии много веков назад. Я объясню, что это слово значит на самом деле. Слово «будда» дословно переводится как «очистившийся и достигший полного совершенства». Оно обозначает чистое и совершенное состояние, естественно проявленное в результате очищения. Любое живое существо может достичь чистого и совершенного состояния, обозначаемого словом «будда», и это удалось уже бесчисленным живым существам. Исторический Будда – это лишь один из примеров.

Умственные построения, мешающие нам распознать нашу основополагающую природу, называются «омрачения». Есть два типа омрачений. Первый называется «негативные эмоции», их в общей сложности 84 000. Не буду перечислять их все, назову три основные, которые я упоминал выше, – это привязанность, отвращение и неведение. Есть также несколько других весьма значимых эмоций, например зависть и гордость. Эти негативные эмоции иногда называют «ядами ума». К ним можно относиться как к особенностям человеческой природы, но для нашего ума они являются негативными эмоциями, поскольку ведут к страданию.

Перейти на страницу:

Все книги серии Самадхи (Ориенталия)

Похожие книги

Как я воевал с Россией
Как я воевал с Россией

Уинстон Черчилль — «имя Англии» XX века, являлся самым ярким представителем английской политики в двадцатом столетии. Одним из ее направлений была борьба против России с целью не допустить нашу страну в число великих держав или, по крайней мере, ослабить русское влияние в мире.В своих произведениях У. Черчилль достаточно полно и откровенно описал все стороны этой антирусской деятельности. Двуличная позиция Англии в отношениях с Россией в годы Первой мировой войны, откровенно враждебное отношение к РСФСР и СССР, военные и шпионские операции против советской державы в 1920-е–1930-е гг., попытки направить первый германский удар на Советский Союз — все это нашло отражение в книге У.Черчилля, представленной вашему вниманию.Кроме того, в ней рассказывается о политике Черчилля в годы Второй мировой войны, когда союзническая помощь Советскому Союзу со стороны Англии сопровождалась стремлением затянуть военные действия на Восточном фронте, чтобы обескровить СССР. Наконец, здесь говорится и о начале «холодной войны», в которой У. Черчилль сыграл ведущую роль.Книга содержит множество интересных подробностей, неожиданных фактов, значимых деталей от человека, входившего в высшие круги английского «истеблишмента».

Уинстон Спенсер Черчилль , Уинстон Черчилль

Биографии и Мемуары / Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / История / Педагогика / Образование и наука / Документальное