Читаем Медведев полностью

В городе сохранилось также много бандитских притонов, воровских «малин», тайных домов терпимости, квартир, где можно было с одинаковой легкостью сбыть партию кокаина, приобрести маузер или бразильский паспорт. По-прежнему жили в Одессе крупные негоцианты, ворочавшие с давних пор всей контрабандой на юге России. У них имелись свои люди по обе стороны границы, тайные склады, давние и широкие связи, перевалочные пункты на суше и воде. Контрабандисты поддерживали тесные отношения с уголовным миром, влиятельными лицами из корпорации ломовых извозчиков, именуемых в этом городе биндюжниками, и закордонными спецслужбами.

Подпольный мир Одессы был опытен и изворотлив. Его посыльные проникали в советский аппарат губернии и города, захватывали важные хозяйственные посты и должности, им удавалось иногда втереться и в уголовный розыск, и даже в ЧК. Если это не удавалось сделать, они стремились отыскать морально неустойчивого человека, которого подкупали взятками и дорогими подарками, а порой брали и шантажом. И всегда за уголовниками, бандитами, контрабандистами маячили тени антисоветчиков и шпионов. Это обстоятельство осложняло работу чекистов в Одессе, как ни в одном другом городе.

Порты часто называют морскими воротами страны. В описываемую пору эти ворота, применительно к Одессе, можно сказать, были без надлежащих засовов. Пограничная охрана побережья только налаживалась, ей не хватало надлежащего количества плавсредств. Имеющиеся в распоряжении пограничников катера были дряхлыми тихоходами. Конечно, ни контрабандисты, ни тем более вражеские агенты с «того берега» не были настолько сумасшедшими, чтобы высаживаться на одесский причал прямо напротив «главного трапа» города — подножия знаменитой Потемкинской лестницы. Но уже в районе Аркадии или дачи Ковалевского принять глухой ночью на борт или, наоборот, спустить на сушу пассажира особого труда не составляло.

Наконец, чекистам приходилось считаться и с наличием одесских катакомб — выработанных штолен, где добывался многие десятилетия ракушечник — камень, из которого были построены почти все дома в городе. Протяженность катакомб, по слухам, достигала едва ли не ста верст. Точного их плана никто никогда не составлял. Эти рукотворные пещеры представляли надежное убежище всем, кому требовалось на время укрыться от уголовного розыска или ЧК.

К моменту прибытия Медведева в Одессу местные чекисты уже уничтожили крупнейшие городские банды, возглавляемые «королями» Молдаванки Михаилом Виницким, Николаем Масальским и Симеоном Сторожинским. Но их остатки еще долгое время продолжали держать в напряжении население города, изрядно отравлять ему жизнь и пополнять агентуру обосновавшихся за кордоном белогвардейских центров и иностранных разведок.

По ордеру коменданта ГПУ Медведев поселился на улице Бебеля, 4, на втором этаже высокого дома, в котором жили многие одесские чекисты. Холостяки образовывали своеобразные поэтажные коммуны. Медведеву, однако, предоставили отдельную квартиру — потому что в Одессу он приехал из Бахмута уже семейным человеком. Его жена, Марьяна Александровна, к поре их знакомства тоже работала в ЧК, машинисткой.

Обставить мебелью две комнаты с высоченными потолками Дмитрию помог новый сослуживец Марк Штаркман. Невысокого роста, худощавый, темноволосый парень был коренным одесситом, отличался живостью характера и энергией. В свои двадцать лет Марк был комсомольцем со стажем, успел повоевать на польском фронте, получил там ранение в ногу. Теперь он уже второй год работал в Одесском ГПУ.

Жизнь в доме на улице Бебеля была веселая и шумная, иногда даже слишком шумная, потому что народ в нем обитал молодой и заводной. Hо соседи Медведеву нравились. Он и сам в быту был человеком общительным, любил шутку и ценил юмор в других. Да и кому неведомо, что человеку, лишенному чувства юмора, жить в Одессе, даже если ты работаешь в таком серьезном учреждения, как ГПУ, никак невозможно.

До службы было из дома-коммуны рукой подать. Стоило только выйти из подъезда, свернуть налево к Канатной и на стыке ее с улицей Бебеля войти через комендантскую в служебную дверь. И вот оно — огромное, на целый квартал здание, бывший доходный дом Гойнинген-Гюне, в котором размещалось ГПУ. Почти рядом, налево через Канатную, в особняке — клуб чекистов. Напротив ГПУ — Михайловское подворье, тайное скопище враждебно настроенных церковников и контрреволюционеров. Левее — сильно запущенный Александровский сад, еще совсем недавно одно из самых опасных мест города, где могли запросто раздеть и ограбить не только с наступлением темноты, но и средь бела дня.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Адмирал Советского Союза
Адмирал Советского Союза

Николай Герасимович Кузнецов – адмирал Флота Советского Союза, один из тех, кому мы обязаны победой в Великой Отечественной войне. В 1939 г., по личному указанию Сталина, 34-летний Кузнецов был назначен народным комиссаром ВМФ СССР. Во время войны он входил в Ставку Верховного Главнокомандования, оперативно и энергично руководил флотом. За свои выдающиеся заслуги Н.Г. Кузнецов получил высшее воинское звание на флоте и стал Героем Советского Союза.В своей книге Н.Г. Кузнецов рассказывает о своем боевом пути начиная от Гражданской войны в Испании до окончательного разгрома гитлеровской Германии и поражения милитаристской Японии. Оборона Ханко, Либавы, Таллина, Одессы, Севастополя, Москвы, Ленинграда, Сталинграда, крупнейшие операции флотов на Севере, Балтике и Черном море – все это есть в книге легендарного советского адмирала. Кроме того, он вспоминает о своих встречах с высшими государственными, партийными и военными руководителями СССР, рассказывает о методах и стиле работы И.В. Сталина, Г.К. Жукова и многих других известных деятелей своего времени.Воспоминания впервые выходят в полном виде, ранее они никогда не издавались под одной обложкой.

Николай Герасимович Кузнецов

Биографии и Мемуары
100 великих гениев
100 великих гениев

Существует много определений гениальности. Например, Ньютон полагал, что гениальность – это терпение мысли, сосредоточенной в известном направлении. Гёте считал, что отличительная черта гениальности – умение духа распознать, что ему на пользу. Кант говорил, что гениальность – это талант изобретения того, чему нельзя научиться. То есть гению дано открыть нечто неведомое. Автор книги Р.К. Баландин попытался дать свое определение гениальности и составить свой рассказ о наиболее прославленных гениях человечества.Принцип классификации в книге простой – персоналии располагаются по роду занятий (особо выделены универсальные гении). Автор рассматривает достижения великих созидателей, прежде всего, в сфере религии, философии, искусства, литературы и науки, то есть в тех областях духа, где наиболее полно проявились их творческие способности. Раздел «Неведомый гений» призван показать, как много замечательных творцов остаются безымянными и как мало нам известно о них.

Рудольф Константинович Баландин

Биографии и Мемуары
100 великих интриг
100 великих интриг

Нередко политические интриги становятся главными двигателями истории. Заговоры, покушения, провокации, аресты, казни, бунты и военные перевороты – все эти события могут составлять только часть одной, хитро спланированной, интриги, начинавшейся с короткой записки, вовремя произнесенной фразы или многозначительного молчания во время важной беседы царствующих особ и закончившейся грандиозным сломом целой эпохи.Суд над Сократом, заговор Катилины, Цезарь и Клеопатра, интриги Мессалины, мрачная слава Старца Горы, заговор Пацци, Варфоломеевская ночь, убийство Валленштейна, таинственная смерть Людвига Баварского, загадки Нюрнбергского процесса… Об этом и многом другом рассказывает очередная книга серии.

Виктор Николаевич Еремин

Биографии и Мемуары / История / Энциклопедии / Образование и наука / Словари и Энциклопедии