Читаем Меня называют Капуцином полностью

За прочтение номера «Тапира» читатель платит Д. И. Хармсу 5 копеек. Деньги поступают в кассу Д. И. Хармса. Об этих деньгах Д. И. Хармс никому отчет не дает.

За Д. И. Хармсом сохраняется право повышения и понижения гонорара за принятые в журнал вещи, а также повышение и понижение платы за прочтение номера, но с условием, что всякое такое повышение и понижение будет оговорено в номере предыдущем.

Желающие могут заказать Д. И. Хармсу копию с «Тапира». I-ая коп. с одного № стоит – 100 руб., II-ая коп. – 150, III – 175, IV – 200 и т. д.

<1936–1938>

Статья

<для журнала «Тапир»>

Прав был император Александр Вильбердат, отгораживая в городах особое место для детей и их матерей, где им пребывать только и разрешалось. Беременные бабы тоже сажались туда же, за загородку, и не оскорбляли своим гнусным видом взоров мирного населения.

Великий император Александр Вильбердат понимал сущность детей не хуже фламандского художника Тенирса, он знал, что дети – это, в лучшем случае, жестокие и капризные старички. Склонность к детям – почти то же, что склонность к зародышу, а склонность к зародышу – почти то же, что склонность к испражнениям.

Неразумно хвастаться: «Я – хороший человек, потому что люблю зародыш или потому что люблю испражняться». Точно так же неразумно хвастаться: «Я – хороший человек, потому что люблю детей».

Великого императора Александра Вильбердата при виде ребенка тут же начинало рвать, но это нисколько не мешало ему быть очень хорошим человеком.

Я знал одну даму, которая говорила, что она согласна переночевать в конюшне, в хлеву со свиньями, в лисятнике, где угодно – только не там, где пахнет детьми. Да, поистине, это самый отвратительный запах, я бы даже сказал: самый оскорбительный.

Для взрослого человека оскорбительно присутствие детей. И вот, во времена великого императора Александра Вильбердата показать взрослому человеку ребенка считалось наивысшим оскорблением. Это считалось хуже, чем плюнуть человеку в лицо, да еще попасть, скажем, в ноздрю. За «оскорбление ребенком» полагалась кровавая дуэль.

<1936–1938>

<Мелочи>

Ищи то, что выше того, что ты можешь найти.

Зря слов не пиши.


Стихи надо писать так, что если бросить стихотворением в окно, то стекло разобьется.


Даниил Ххармс


Жила была девочка по имени Катя. И была у девочки собачка которую звали Гынмынфынбын.

Вот однажды девочка купила виноград.


Читая французов, я всегда чувствую некоторое раздражение и возмущение. Глупая раса!


Вот рядом, на соседней скамейке сидит дура в коверкоте и читает «Теорию литературы» демонстративно подчеркивая на страницах карандашом. Дура!


Ваш доктор похож на головы с очками выставленные в оптических магазинах.


Ах, иметь бы лакея, который в шею бы выставлял непрошеных гостей!


Однажды я вышел из дома и пошел в Эрмитаж. Моя голова была полна мыслей об искусстве. Я шел по улицам, стараясь не глядеть на непривлекательную действительность.


Моя рука невольно рвется схватить перо и


Удивительная голова у Михаила Васильевича!


Морозов, Угрозов и Запоров пришли к Ивану Петровичу Лундапундову.


Ненавижу людей которые способны проговорить более 7 минут подряд.


Нет ничего скучнее на свете чем если кто-нибудь рассказывает свой сон, или о том, как он был на войне, или о том, как ездил на юг.


Многословие – мать бездарности!


Человек с глупым лицом съел антрекот, икнул и умер. Официанты вынесли его в коридор ведущий к кухне и положили его на пол вдоль стены, прикрыв грязной скатертью.


Брабонатов

Сенерифактов

Кульдыхонин

Амгустов

Черчериков

Холбин

Акинтентерь

Зумин

Гатет

Люпин

Сипавский

Укивакин


На замечание: «Вы написали с ошибкой». Ответствуй: «Так всегда выглядит в моем написании».


Два человека разговорились. Причем один человек заикался на гласных, а другой на гласных и на согласных.

Когда они кончили говорить, стало очень приятно – будто потушили примус.


Один человек зевнул, да так неудачно, что обратно закрыть рта уже не мог.

И случилось это в очень неудобном месте, в трамвае.


[Три бабы лучше чем одна, так же как восемь рублей лучше, чем один рубль.]


Я не люблю детей, стариков, старух благоразумных пожилых.

Травить детей – это жестоко. Но что-нибудь ведь надо же с ними делать!


Я уважаю только молодых, здоровых и пышных женщин. К остальным представителям человечества я отношусь подозрительно.


Старух, которые носят в себе благоразумные мысли, – хорошо бы ловить арканом.


Всякая морда благоразумного фасона вызывает во мне неприятное ощущение.


Что такое цветы? У женщин между ног пахнет значительно лучше. То и то природа, а потому никто не смеет возмущаться моим словам.


Он был так грязен, что однажды, рассматривая свои ноги, он нашел между пальцев засохшего клопа, которого видно носил в сапоге уже несколько дней.



Соловей пел в саду. И барышня Катя мечтательно смотрела в окно. Какая-то букашка заползла к барышне Кате на шею, но ей было лень шевелиться и согнать букашку рукой.


Говорят скоро всем бабам отрежут задницы и пустят их гулять по Володарской.


Это не верно! Бабам задниц резать не будут.


Перейти на страницу:

Похожие книги

На льду
На льду

Эмма, скромная красавица из магазина одежды, заводит роман с одиозным директором торговой сети Йеспером Орре. Он публичная фигура и вынуждает ее скрывать их отношения, а вскоре вообще бросает без объяснения причин. С Эммой начинают происходить пугающие вещи, в которых она винит своего бывшего любовника. Как далеко он может зайти, чтобы заставить ее молчать?Через два месяца в отделанном мрамором доме Йеспера Орре находят обезглавленное тело молодой женщины. Сам бизнесмен бесследно исчезает. Опытный следователь Петер и полицейский психолог Ханне, только узнавшая от врачей о своей наступающей деменции, берутся за это дело, которое подозрительно напоминает одно нераскрытое преступление десятилетней давности, и пытаются выяснить, кто жертва и откуда у убийцы такая жестокость.

Борис Екимов , Борис Петрович Екимов , Камилла Гребе

Детективы / Триллер / Проза / Малые литературные формы прозы: рассказы, эссе, новеллы, феерия / Русская классическая проза