Читаем Мерьем Узерли. Актрисы «Великолепного века» полностью

Ибрагим, у которого глаза были зорче, уже увидел девушку. Она сидела по ту сторону двух светильников, кажется, под нею тоже был коврик, а может, толстая циновка; вся закутана в черное, с черным покрывалом на голове и с непрозрачным чарчафом[2] на лице, девушка воспринималась как часть этого темного, затхлого пространства, точно какая-то странная окаменелость, призрачный темный предмет без тепла, без движения, без малейшего признака жизни.

Свет гарема. Художник Лорд Фредерик Лейтон

Синам-ага шагнул к темной фигуре и сорвал покрывало. Буйно потекло из-под черного шелка слепящее золото, ударило таким неистовым сиянием, что даже опытный Луиджи, которого трудно было чем-либо удивить, охнул и отступил от девушки, зато Ибрагима непостижимая сила как бы кинула к тем дивным волосам, он даже нагнулся над девушкой, уловил тонкий аромат, струившийся от нее (заботы опытного Синам-аги), ему передалась тревога чужестранки, ее подавленность и – странно, но это действительно так – ее ненависть и к нему, и к Грити, и к Синам-аге, и ко всему вокруг здесь, в затхлом мраке Бедестана и за его стенами, во всем Стамбуле.

– Как тебя зовут? – спросил он по-гречески, забыв, что девушка не может знать его язык.

– У нее греческое имя, эфенди, – мигом кинулся к нему Синам-ага. – Анастасия.

– Ho ведь в ней нет ничего, что привлекало бы взгляды, разочарованно произнес Грити, уняв свое первое волнение. – Ты, старый обманщик, даже ступая одной ногой в ад, не откажешься от гнусной привычки околпачивать своих заказчиков.

– O достойный, – снова заскулил Синам-ага, – не надо смотреть на лицо этой гяурки, ибо что в том лице? Когда она разденется, то покажется тебе, что совсем не имеет лица из-за красоты того, что скрыто одеждой.

– Так показывай то, что скрыто у этой дочери диких роксоланов! Ты ведь роксолана? – обратился он уже к девушке и протянул руку, чтобы взять ее за подбородок.

Девушка вскочила на ноги, отшатнулась от Грити, но не испугалась его, не вскрикнула от неожиданности, а засмеялась. Может, смешон был ей этот глазастый турок с толстыми усами и пустой бородой?

– He надо ее раздевать, – неожиданно сказал Ибрагим.

– Ho ведь мы должны посмотреть на эту роксоланку, чтобы знать ее истинную цену! – пробормотал Луиджи. Он схватил один из светильников и поднес его к лицу пленницы.

– He надо. Я куплю ее и так. Я хочу ее купить. Сколько за нее?

<…>

– Я хочу, чтобы Синам-ага заработал, поэтому даю тысячу. – Ибрагим заслонил собой девушку от Грити и турка, шагнул к ней, она засмеялась ему еще более дерзко и с еще большим вызовом, чем перед тем Луиджи. Смеялась ему в лицо неудержимо, отчаянно, безнадежно, стряхивала на него волны своих буйных волос, полыхавших золотом неведомо и каким, райским или адским, не отступала, не боялась, выпрямилась, невысокая, стройная, откинула голову на длинной нежной шее, рассыпала меж холодных каменных стен Бедестана звонкое серебро прекрасного голоса: «Ха-ха-ха!»

Османский базар

Ибрагим вздрогнул от мрачного предчувствия, но поборол это движение души, заставил себя улыбнуться в ответ на смех загадочной чужестранки, которая не плакала, как все рабыни, не стонала, не ломала в отчаянье рук, а смеялась, точно издеваясь не только над ним, но и над всем этим жестоким миром, стремившимся покорить ее, сломать, уничтожить. Ибрагим заговорил с ней на ломаном языке – смеси из славянских слов, выученных от султана Сулеймана, хочет ли она к нему, именно к нему, а не к кому-либо другому. Девушка умолкла на мгновение. Словно бы даже посмотрела на Ибрагима пристальнее. Хотела ли бы? Еще может кто-то спрашивать в этой земле, хотела ли бы она? Ха-ха-ха!»

<p>Мерьем Узерли: новая Хюррем. Биография актрисы</p>

Сыгравшая в сериале «Великолепный век» Хюррем Султан (Роксалану) актриса Мерьем Узерли проснулась знаменитой, как только сериал вышел на экраны. Мерьем Caxpa Узерли (тур. Meryem Sahra Uzerli) – немецкая актриса турецкого происхождения; играет в театре, кино, на телевидении.

Златовласая, как и описанная большинством авторов историческая героиня, актриса родилась 12 августа 1983 года в городе Касселе, что в Германии. Мерьем довольно высокая девушка, ее рост составляет 170 или 172 сантиметра.

Ee отец по национальности турок, а мать Урсула – немка. Также в этой семье у Мерьем есть два сводных брата Денни и Кристофер от первого брака матери, и сестра Джанан, которая на год младше ее и которую актриса называет своим самым близким человеком. Джанан – тоже творческая личность, она – джазовая солистка.

Венецианская гравюра с изображением Роксоланы-Хюррем

Ha вопрос о себе и своих родителях Мерьем отвечает так:

Перейти на страницу:

Все книги серии Женщина, покорившая мир

Коко Шанель. Я и мои мужчины
Коко Шанель. Я и мои мужчины

Коко Шанель – ярчайшая звезда на небосклоне Высокой моды XX столетия.В ее жизни было много интриг, романов, зависти и сплетен, страданий и, конечно же, любви. В ее объятиях были великие князья, герцоги, графы и сеньоры, а еще – поэты, режиссеры и актеры, ставшие знаменитыми. В этом пространном списке – Сергей Дягилев, Игорь Стравинский, великий князь Дмитрий Павлович, герцог Вестминстерский, граф Лукино Висконти, Пикассо, Реверди, Поль Ириб и даже бригаденфюрер СС Вальтер Шелленберг. Одних делала Она, другие делали Ее.Шанель – личность, возведенная в культ. Спустя десятилетия после смерти ее образ будоражит умы, а стиль Chanel все еще остается на вершине Высокой моды. Как же права была кутюрье, когда на предложение руки и сердца ответила очередному поклоннику: «На свете полно всяких герцогинь, но только одна Коко Шанель!»Впервые так честно и пронзительно рассказано обо всех любовных связях великой Шанель.

Софья Бенуа

Биографии и Мемуары / Документальное
Грета Гарбо. Исповедь падшего ангела
Грета Гарбо. Исповедь падшего ангела

Грета Гарбо – одна из самых романтических и самых загадочных фигур в мировом кинематографе. Гарбо была необыкновенно красива: пропорции ее лица соответствовали пропорциям лиц античных статуй, а пропорции тела – образцу античной красоты Венеры Милосской. Эта северная женщина с классическими чертами лица, стала символом той женственности, которую мужчинам не дано постичь.Гарбо никогда не давала интервью, не подписывала автографы, не присутствовала на премьерах своих фильмов и не отвечала на письма поклонников. Полвека она одиноко прожила в Нью-Йорке, избегая репортеров и выходя на улицу в темных очках, закрывающих лицо. Великая актриса так и осталась «таинственной Гарбо». И только немногим авторам удалось рассказать всё о её многочисленных любовных связях. Эта книга-сенсация о личной жизни звезды Мирового кинематографа ХХ столетия.

Софья Бенуа

Биографии и Мемуары / Документальное
Хюррем. Знаменитая возлюбленная султана Сулеймана
Хюррем. Знаменитая возлюбленная султана Сулеймана

Через 500 лет эта женщина вновь покорила весь мир! Популярный сериал «Великолепный век» стал очередной удачей турецких кинематографистов. Еще до окончания первого сезона он был закуплен многими странами. Так мир вновь познакомился с Хюррем, славянской рабыней Роксоланой, ставшей супругой султана Османской империи.Исторические справочники и авторы художественных книг утверждают, что эту девочку некогда звали Александра Лисовская. Однако совсем недавно в тайных архивах Ватикана нашлось подтверждение совсем иной версии происхождения загадочной рыжеволосой красавицы.Так кто она, знаменитая возлюбленная великого султана Сулеймана – Хюррем? Книга-сенсация С. Бенуа раскроет и эту тайну! А вместе с тем вы узнаете все о полюбившемся сериале «Великолепный век» и актрисе Мерьем Узерли, чей образ навсегда останется в нашей памяти как образ «милой сердцу» Хюррем…

Софья Бенуа

Биографии и Мемуары / Документальное

Похожие книги

Адмирал Советского Союза
Адмирал Советского Союза

Николай Герасимович Кузнецов – адмирал Флота Советского Союза, один из тех, кому мы обязаны победой в Великой Отечественной войне. В 1939 г., по личному указанию Сталина, 34-летний Кузнецов был назначен народным комиссаром ВМФ СССР. Во время войны он входил в Ставку Верховного Главнокомандования, оперативно и энергично руководил флотом. За свои выдающиеся заслуги Н.Г. Кузнецов получил высшее воинское звание на флоте и стал Героем Советского Союза.В своей книге Н.Г. Кузнецов рассказывает о своем боевом пути начиная от Гражданской войны в Испании до окончательного разгрома гитлеровской Германии и поражения милитаристской Японии. Оборона Ханко, Либавы, Таллина, Одессы, Севастополя, Москвы, Ленинграда, Сталинграда, крупнейшие операции флотов на Севере, Балтике и Черном море – все это есть в книге легендарного советского адмирала. Кроме того, он вспоминает о своих встречах с высшими государственными, партийными и военными руководителями СССР, рассказывает о методах и стиле работы И.В. Сталина, Г.К. Жукова и многих других известных деятелей своего времени.Воспоминания впервые выходят в полном виде, ранее они никогда не издавались под одной обложкой.

Николай Герасимович Кузнецов

Биографии и Мемуары
100 великих гениев
100 великих гениев

Существует много определений гениальности. Например, Ньютон полагал, что гениальность – это терпение мысли, сосредоточенной в известном направлении. Гёте считал, что отличительная черта гениальности – умение духа распознать, что ему на пользу. Кант говорил, что гениальность – это талант изобретения того, чему нельзя научиться. То есть гению дано открыть нечто неведомое. Автор книги Р.К. Баландин попытался дать свое определение гениальности и составить свой рассказ о наиболее прославленных гениях человечества.Принцип классификации в книге простой – персоналии располагаются по роду занятий (особо выделены универсальные гении). Автор рассматривает достижения великих созидателей, прежде всего, в сфере религии, философии, искусства, литературы и науки, то есть в тех областях духа, где наиболее полно проявились их творческие способности. Раздел «Неведомый гений» призван показать, как много замечательных творцов остаются безымянными и как мало нам известно о них.

Рудольф Константинович Баландин

Биографии и Мемуары
100 великих интриг
100 великих интриг

Нередко политические интриги становятся главными двигателями истории. Заговоры, покушения, провокации, аресты, казни, бунты и военные перевороты – все эти события могут составлять только часть одной, хитро спланированной, интриги, начинавшейся с короткой записки, вовремя произнесенной фразы или многозначительного молчания во время важной беседы царствующих особ и закончившейся грандиозным сломом целой эпохи.Суд над Сократом, заговор Катилины, Цезарь и Клеопатра, интриги Мессалины, мрачная слава Старца Горы, заговор Пацци, Варфоломеевская ночь, убийство Валленштейна, таинственная смерть Людвига Баварского, загадки Нюрнбергского процесса… Об этом и многом другом рассказывает очередная книга серии.

Виктор Николаевич Еремин

Биографии и Мемуары / История / Энциклопедии / Образование и наука / Словари и Энциклопедии