Читаем Между Гитлером и Сталиным. Украинские повстанцы полностью

Тремя течениями ОУН, конечно же, не исчерпывалось все многообразие политических, культурных и общественных движений украинцев диаспоры. Со времен Хрущёва и в УССР возникали различные диссидентские организации и партии. Нередко бывшие бойцы УПА и члены ОУН принимали активное участие в создаваемых заново диссидентских движениях и Сопротивлении. Борьба ОУН и УПА служила также идеологической опорой различных украинских национальных движений, как в годы коммунистического правления, так и в начале 1990-х.

Но это была уже несколько другая история — а история вооружённой борьбы закончилась в начале 1950-х.

Раздел 2.

ПОВСТАНЧЕСКОЕ ДВИЖЕНИЕ В ГОДЫ НАЦИСТСКОЙ ОККУПАЦИИ УКРАИНЫ

2.1. Украинская повстанческая армия

Тараса Бульбы-Боровца, 1942–1943

«Коллаборационизм в обыденном сознании ассоциируется обычно с таким одиозным понятием» как “предательство”» и представляется антиподом патриотизма. Чаще всего бывает именно так» но не всегда и не везде»[137].

Академик Михаил Семиряга, 2000 г.

Эта глава посвящена возникновению и существованию УПА, но не той, которая была создана бандеровцами и о которой в основном рассказывает эта книга, — а о другой УПА. Под таким названием, — как уже кратко сообщалось чуть выше, — существовало две разные армии.

Само название «УПА» возникло благодаря деятельности националиста-демократа Тараса Боровца. Его фамилия происходит от слова «боров» — то есть свинья мужского пола, предназначенная, в отличие от оставленного на размножение хряка, для откорма на сало, т. е. на убой. Боровец решил взять себе псевдоним поизящнее, и назвался именем одного из героев классика русской литературы Николая Гоголя «Тарас Бульба» («бульба» переводится как «картошка»).

Боровец входил в ОУН в 1930-е годы, но потом его пути с бандеровцами разошлись, хотя он и оставался националистом по политическим убеждениям.

Родился он еще в Российской Империи, в 1908 г. в селе Бистрини на Волыни (сейчас Березневский район Ровенской области) в семье крестьянина-бедняка. Уже в Польше вырос и получил профессию каменотеса. По подозрению в антипольской деятельности Боровец угодил в уже упоминавшийся концлагерь Береза Картузьска, но вышел оттуда еще до начала Второй мировой войны, после чего открыл вместе с отцом собственную каменоломню. Пришедшие в 1939 г. коммунисты каменоломню отняли, и Боровец ушел на территорию Украины, контролируемую немцами, то есть в Генерал-губернаторство. В своей деятельности Боровец ориентировался на правительство УНР в изгнании, которое тогда возглавлял проживавший в Варшаве Андрей Ливицкий.

В поисках союзников Боровец в 1939–1941 гг. установил связи с немецкой военной разведкой — Абвером — и до начала советско-германской войны вернулся в СССР.

Повстанцы Боровца в первые дни войны в Ровенской области вели бои с отступающими деморализованными частями Красной армии и войсками НКВД[138], то есть делали то же самое, что и оу-новцы.

Когда линия фронта переместилась на Восток, а до Полесья еще не дошло влияние немецкой оккупационной администрации, группа Боровца была оформлена в качестве части коллаборационистской вспомогательной полиции под названием Полесская сечь (ПС). С целью обеспечения своего тыла немецкое командование пошло на создание в Сарнах Окружной команды украинской милиции и её подстаршинской (унтер-офицерской) школы. В нескольких селах и городках были созданы гарнизоны, на начало августа 1941 г. их общая численность насчитывала почти 3000 человек[139]. Одним из подразделений этой «армии» и была Полесская сечь Боровца. Сам Боровец скромно упоминает о 10 000 бойцов, подчиненных только ему, что, несомненно, является художественным преувеличением.

Основной задачей ПС была борьба против остатков Красной армии, находившихся в так называемой «Полесской котловине». Это болотистая и лесистая территория, идеально подходящая для партизанской борьбы, расположенная к северо-западу от Киева и северу от Ровно на границе Белоруссии и Украины. ПС вместе с другими украинскими и белорусскими коллаборационистами в течение трех месяцев частично уничтожили, а частично нейтрализовали партизан на данной территории.

Со стороны новой власти вскоре последовали ультимативные требования о полном подчинении ПС немцам, ее передислокации в Черниговскую область, поэтому 16 ноября 1941 г. Полесская сечь приказом № 21 самого Боровца была распущена.

Часть бойцов, а также ее командир перешли на нелегальное положение.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Былое и думы
Былое и думы

Писатель, мыслитель, революционер, ученый, публицист, основатель русского бесцензурного книгопечатания, родоначальник политической эмиграции в России Александр Иванович Герцен (Искандер) почти шестнадцать лет работал над своим главным произведением – автобиографическим романом «Былое и думы». Сам автор называл эту книгу исповедью, «по поводу которой собрались… там-сям остановленные мысли из дум». Но в действительности, Герцен, проявив художественное дарование, глубину мысли, тонкий психологический анализ, создал настоящую энциклопедию, отражающую быт, нравы, общественную, литературную и политическую жизнь России середины ХIХ века.Роман «Былое и думы» – зеркало жизни человека и общества, – признан шедевром мировой мемуарной литературы.В книгу вошли избранные главы из романа.

Александр Иванович Герцен , Владимир Львович Гопман

Биографии и Мемуары / Публицистика / Проза / Классическая проза ХIX века / Русская классическая проза
13 отставок Лужкова
13 отставок Лужкова

За 18 лет 3 месяца и 22 дня в должности московского мэра Юрий Лужков пережил двух президентов и с десяток премьер-министров, сам был кандидатом в президенты и премьеры, поучаствовал в создании двух партий. И, надо отдать ему должное, всегда имел собственное мнение, а поэтому конфликтовал со всеми политическими тяжеловесами – от Коржакова и Чубайса до Путина и Медведева. Трижды обещал уйти в отставку – и не ушел. Его грозились уволить гораздо чаще – и не смогли. Наконец президент Медведев отрешил Лужкова от должности с самой жесткой формулировкой из возможных – «в связи с утратой доверия».Почему до сентября 2010 года Лужкова никому не удавалось свергнуть? Как этот неуемный строитель, писатель, пчеловод и изобретатель столько раз выходил сухим из воды, оставив в истории Москвы целую эпоху своего имени? И что переполнило чашу кремлевского терпения, положив этой эпохе конец? Об этом книга «13 отставок Лужкова».

Александр Соловьев , Валерия Т Башкирова , Валерия Т. Башкирова

Публицистика / Политика / Образование и наука / Документальное