Костяшки моих пальцев, стискивающих указку, уже побелели. Я представляю, как Квинт спотыкается о ножку стола или, поскользнувшись на разлитых лабораторных химикатах, подворачивает лодыжку. Или нет – еще лучше, – собираясь в спешке, он схватил не ту папку и только что раздал тридцать две копии страстного любовного послания, которое написал нашей директрисе, миссис Дженкинс. Даже
Ничего такого, конечно, не происходит. Моим мечтам о вселенской справедливости не суждено сбыться. Зато к тому времени, как Квинт добирается до первых рядов и, наконец, снисходит до того, чтобы взглянуть на меня, нервы немного успокаиваются. Перемена в нем мгновенна – он занимает оборону: подбородок вздергивается, взгляд темнеет, словно перед битвой. Полагаю, он готовился к этому моменту с тех пор, как вошел в класс. Неудивительно, что он не спешил раздавать бумаги.
Я пытаюсь улыбнуться, но получается похоже на оскал.
– Очень рада, что ты смог к нам присоединиться.
Он сжимает зубы.
– Как я мог пропустить такое, напарник. – Он смотрит на макет, и на мгновение на его лице появляется намек на удивление. Похоже, он даже впечатлен.
Так и должно быть. Впечатлен и в то же время стыдится того, что видит макет впервые.
– Классно сделано, – бормочет он, занимая свое место на противоположной стороне миниатюрной Мейн-стрит. – Я вижу, ты забыла о реабилитационном центре, который я предложил, но…
– Будь у меня больше помощников, возможно, я бы удовлетворила их необоснованные притязания.
Он тихо стонет.
– Забота о животных, травмированных в результате туризма и потребительского отношения, не является…
Мистер Чавес громко кашляет в кулак, прерывая перебранку, и обводит нас усталым взглядом.
– Всего два дня, ребята. Вам придется потерпеть общество друг друга буквально пару дней. Мы можем закончить доклад без кровопролития?
– Конечно, мистер Чавес, – говорю я одновременно с Квинтом, который отвечает:
– Извините, мистер Ч.
Я бросаю на него взгляд.
– Мне продолжать, или хочешь что-то добавить?
Квинт отвешивает мне поклон.
– Сцена в твоем распоряжении, – говорит он и добавляет еле слышно:
– Не то чтобы ты собиралась с кем-то ее делить.
Несколько ребят в первом ряду слышат его и хихикают. О да, он тот еще хохмач. В следующий раз попробуйте
Я снова пытаюсь улыбнуться.
Но, когда поворачиваюсь к презентационной доске, в голове совершенно пусто.
На чем я остановилась?
О, нет.
Вот оно. Мой худший кошмар. Я знала, что когда-нибудь это случится. Знала, что все забуду.
И я уверена, что во всем виноват Квинт.
Паника захлестывает меня, и свободной рукой я начинаю лихорадочно перебирать карточки.
Квинт наклоняется и поднимает упавшие карточки. Я выхватываю их у него, сердце бешено колотится. Я чувствую, как весь класс сверлит меня глазами.
Я ненавижу Квинта. Его полное пренебрежение ко всем, кроме самого себя. Его упорное нежелание являться вовремя. Его неспособность сделать хоть что-нибудь полезное.
– Я тоже могу кое-что рассказать, – говорит Квинт.
– Я уже это делаю! – огрызаюсь я.
– Ладно, хорошо. – Он поднимает руки в защитном жесте. – Просто уточнил. Это ведь и моя презентация, знаешь ли.
Действительно. Он же
– Что же все-таки сделает Фортуна-Бич уникальным местом? – шепчет Джуд. Я замираю и смотрю на него с благодарностью, сравнимой со злостью на Квинта. Джуд снова сигналит мне поднятыми вверх большими пальцами, и, возможно, сегодня телепатия близнецов работает, потому что я уверена, что слышу его ободряющие слова:
–
Тревога отпускает. В миллионный раз я спрашиваю себя, зачем мистеру Чавесу понадобилось мучить нас вынужденным партнерством, если мы с Джудом могли бы составить потрясающую команду. Десятый класс мог бы стать приятным времяпрепровождением, если бы не морская биология и Квинт Эриксон.
Два
–
– Как я уже говорила, что действительно привлечет совершенно новое поколение эко-сознательных туристов, так это предлагаемая нами уникальная программа мероприятий и приключений. Наши гости смогут погрузиться на дно океана на борту частной субмарины. Принять участие в организованных турах на каяках на остров Аделай, где каждый сможет пометить, отследить своего собственного тюленя и даже дать ему имя. И, что мне особенно нравится, мы будем каждую неделю устраивать зажигательные пляжные вечеринки.