Читаем Мягкая посадка. Год Лемминга. Менуэт святого Витта полностью

Незапертые помещения — входи, пользуйся. Пыль на полу, и нет следов на пыли. И нечем пользоваться, если честно. Жилая зона — шестьдесят кают, салон. Игровая для самых маленьких — куклы какие-то давным-давно сломанные, ни одна говорить не умеет… Служебные ходы, коридоры, аварийные лазы. Лестницы, шахты лифтов. Старая-престарая, вырезанная ножом на переборке, многократно закрашенная, но все еще читаемая надпись: «Людвиг + Паула». Трехлепестковый знак радиационной опасности при входе в реакторный зал с давно и надежно заглушенным реактором — зона номинальной ответственности Питера. Трудно придумать большую синекуру, вот его и носит по экспедициям, и Маргарет права: это опасно. А только хорошо, что его сейчас нет…

Зашлифованные сварные швы — был ремонт после аварии. Похабщина, пристыкованная к фамилии Лоренц, — опять…

Доискаться кто и наказать виновного.

Стихи. Стефан остановился, поскреб пальцем. Уголь древесный. Танка не танка, но напоминает. Значит, танкетка.

От любви до ненависти Лишь шаг один.Сорок тысяч шагов Можно пройти,Делая в день по шагу.

Занятно, подумал Стефан. Зоя? Фукуда? Либо у писавшего нелады с арифметикой, либо он надеется прожить до ста с гаком. Стало быть, поощрить за оптимизм и наказать за пачкотню на переборке.

Еще рисунок на стене: усатая кошка. У Питера была собака, фокстерьер, забыл, как его звали, все равно он умер, а у Веры была кошка — трехцветная, у нее должны были родиться котята, но так и не родились, и она долго мучилась и мяукала. И умерла первой из всех. Странно: почти никого из взрослых с «Декарта» я не помню, а мяуканье помню…

Сауна, солярий.

В молельне Стефан тщательно запер за собой дверь. Здесь стены окутывал полумрак, однако не такой густой, как в коридорах, а в нишах был настоящий мрак, и из мрака в полумрак выступали символы мировых религий. У каждого символа была своя ниша. Символам не было тесно.

Бесшумный гирокомпас указывал мусульманам направление на условный восток. Бронзовое распятие обозначало христианскую зону. Католики довольствовались скромной статуэткой девы Марии. Православный Спас строго смотрел на неугасимый светодиод в узорчатой лампаде.

Всепонимающе улыбался лакированный Будда.

Священные книги различных конфессий покоились в строгом порядке, каждая в особом ящичке, выдвигаемом из стены. Никто не жаловался, никто не имел преимущества перед другими.

Медвежий череп. Деревянный толстый кит с выпученными в изумлении глазами. Тотемы.

За иконой Спаса открывался аварийный лаз, недостаточно просторный для взрослого человека, но пригодный для ремонтного червя. Стефан провел пальцами по окладу иконы, нашел контрольный волосок и убедился, что тайник остался необнаруженным. Конечно, этот лаз был отмечен на схеме коммуникационных ходов и теоретически в него мог бы проникнуть особо тощий мальчишка — но кому это нужно, когда в корабельных потрохах сотни и сотни подобных лазов? И все же страховка не мешала: противоположный выход лаза Стефан давно забил хламом.

Стефан вставил ключ, сдвинул икону. Рука наткнулась на твердое, цилиндрическое. А вот и еще одно, и еще… Весь лаз был перегорожен консервными банками, остатками старых запасов и корабельного НЗ. Против воли рука ощупывала, ласкала богатство. Банки не вздулись за сорок лет, в прохладе лаза они пребывали в полной сохранности, их было не так уж много для всех, но много, очень много для одного человека… Стефан сглотнул слюну, ощущая дрожь, понятную лишь тому, кто изо дня в день давится пищевой пастой. Который раз он боролся с искушением вскрыть хотя бы одну банку. Это же так легко! И кто узнает? Никто, никогда…

Он резко отдернул ладонь. Если бы он вытащил банку, если бы увидел дразнящую этикетку, то не смог бы совладать с собой и знал это. Терпеть! Как терпят другие. И главное — он пришел сюда не за этим…

«Махер» лег в руку стволом. Сегодня пальцы были непослушными, и пришлось повозиться, на ощупь подсоединяя к рукоятке потайной разъем. Машинально оглянувшись и обругав себя за это — кто мог его видеть! — Стефан двумя осторожными прикосновениями ввел оружие в режим подзарядки.

Перейти на страницу:

Все книги серии Звездный лабиринт: коллекция

Цветы на нашем пепле. Звездный табор, серебряный клинок
Цветы на нашем пепле. Звездный табор, серебряный клинок

В эту книгу вошли романы:«Цветы на нашем пепле»Могут ли быть бабочки теплокровными? Может ли разум быть достоянием насекомого? Канувшие в небытие люди нашли разгадку на этот вопрос и вот через миллионы лет на Земле расцвели новые ростки разума, раскинув в полете разноцветные крылья. Но не все так просто в мире бабочек, идет война за выживание вида, необходимость толкает маленький отряд на поиски легендарной пещеры Хелоу, способной дать ответы на многие вопросы.«Звездный табор, серебряный клинок».Разухабистая и чуть наивная история простого парня, сначала украденного пришельцами из будущего, потом звёздными цыганами, потом…. а потом такое началось!..В книжке есть всё — и любовь к прекрасной девушке, и борьба за свободу родины, и злые инопланетяне, и героические поступки, и самопожертвование.

Юлий Сергеевич Буркин

Научная Фантастика

Похожие книги