Читаем Мятежный Новгород. Очерки истории государственности, социальной и политической борьбы конца IX — начала XIII столетия полностью

В. И. Ленин в лекции «О государстве» подчеркивал, что до деления общества на классы «не существовало и государства. Но по мере того, как возникает и упрочивается общественное разделение на классы, по мере того, как возникает общество классовое, по мере этого возникает и упрочивается государство»{19}. Определяя функциональное назначение государства, В. И. Ленин говорил: «Государство — это есть машина для поддержания господства одного класса над другим».{20} Нельзя забывать, что эти мысли В. И. Ленин формулировал в лекции перед аудиторией Коммунистического университета им. Я. М. Свердлова. Лекционное выступление требовало предельной четкости, ясности, заостренности и сосредоточенности прежде всего на насильственных функциях государства как аппарата подавления угнетенных классов. Это было тем более необходимо, что уровень подготовленности слушателей к восприятию подобного материала являлся невысоким. В. И. Ленин говорил: «Я не знаю, насколько знакомы вы уже с этим вопросом. Если я не ошибаюсь, курсы ваши только что открыты, и вам приходится в первый раз систематически к этому вопросу подходить. Если это так, то очень может быть, что в первой лекции об этом трудном вопросе мне не удастся достигнуть достаточной ясности изложения и понимания для многих из слушателей»{21}. В. И. Ленин раскрыл тайные пружины классового государства, снял покров с одного «из самых сложных, трудных и едва не более всего запутанных буржуазными учеными, писателями и философами» вопросов. Что касается проблемы возникновения государства, то здесь она в меньшей мере была обозначена, что, собственно, и невозможно было сделать в одной лекции. Справедливость нашего предположения подтверждают высказывания Ф. Энгельса о государстве. Он обращал внимание на классовую сущность государства, являвшегося, «по общему правилу… государством самого могущественного, экономически господствующего класса, который при помощи государства становится также политически господствующим классом и приобретает таким образом новые средства для подавления и эксплуатации угнетенного класса»{22}. Государство, будучи машиной «для подавления угнетенного эксплуатируемого класса», в качестве таковой действует «во все типичные периоды»{23}.

Оговорки Ф. Энгельса «по общему правилу», «во все типичные периоды» нельзя считать случайными. В них скрыт определенный подход к проблеме. В самом деле, Ф. Энгельс прекрасно понимал, что «процесс классообразования и возникновения государства происходил хотя и под влиянием общих причин, но не по единому шаблону, что он отличался существенным своеобразием у разных народов»{24}. Огромную научную ценность представляют содержащиеся в «Анти-Дюринге» наблюдения Ф. Энгельса относительно того, что стихийно сложившиеся группы одноплеменных общин в ходе собственного развития создают государство «сначала только в целях удовлетворения своих общих интересов (например, на Востоке — орошение) и для защиты от внешних врагов…»{25}. И лишь потом, с появлением классов, это государство становится классовым, превращаясь в институт, призванный «посредством насилия охранять условия существования и господства правящего класса против класса угнетенного».{26} Значит, государство может появляться раньше, чем общество разделится на классы. В таком же смысле Ф. Энгельс высказывается в другой своей работе «Людвиг Фейербах и конец классической немецкой философии», где читаем: «В лице государства перед нами выступает первая идеологическая сила над человеком. Общество создает себе орган для защиты своих общих интересов от внутренних и внешних нападений. Этот орган есть государственная власть. Едва возникнув, он приобретает самостоятельность по отношению к обществу и тем более успевает в этом, чем более он становится органом одного определенного класса и чем более явно он осуществляет господство этого класса». Как явствует из этих слов Ф. Энгельса, государство не сразу с момента своего возникновения выступает как орган господства одного класса над другим, а становится таковым по истечении времени.

Именно с учетом приведенных мыслей Ф. Энгельса советским историком М. А. Виткиным был сделан вывод, согласна которому на Древнем Востоке государство существовало, тогда как классы еще не сформировались.{27} По мнению М. А. Виткина, «азиатские общества типа шумерийского принадлежат к новейшему этапу архаической формации. Это общества доклассовой государственности».{28}

Перейти на страницу:

Похожие книги

Адмирал Ее Величества России
Адмирал Ее Величества России

Что есть величие – закономерность или случайность? Вряд ли на этот вопрос можно ответить однозначно. Но разве большинство великих судеб делает не случайный поворот? Какая-нибудь ничего не значащая встреча, мимолетная удача, без которой великий путь так бы и остался просто биографией.И все же есть судьбы, которым путь к величию, кажется, предначертан с рождения. Павел Степанович Нахимов (1802—1855) – из их числа. Конечно, у него были учителя, был великий М. П. Лазарев, под началом которого Нахимов сначала отправился в кругосветное плавание, а затем геройски сражался в битве при Наварине.Но Нахимов шел к своей славе, невзирая на подарки судьбы и ее удары. Например, когда тот же Лазарев охладел к нему и настоял на назначении на пост начальника штаба (а фактически – командующего) Черноморского флота другого, пусть и не менее достойного кандидата – Корнилова. Тогда Нахимов не просто стоически воспринял эту ситуацию, но до последней своей минуты хранил искреннее уважение к памяти Лазарева и Корнилова.Крымская война 1853—1856 гг. была последней «благородной» войной в истории человечества, «войной джентльменов». Во-первых, потому, что враги хоть и оставались врагами, но уважали друг друга. А во-вторых – это была война «идеальных» командиров. Иерархия, звания, прошлые заслуги – все это ничего не значило для Нахимова, когда речь о шла о деле. А делом всей жизни адмирала была защита Отечества…От юности, учебы в Морском корпусе, первых плаваний – до гениальной победы при Синопе и героической обороны Севастополя: о большом пути великого флотоводца рассказывают уникальные документы самого П. С. Нахимова. Дополняют их мемуары соратников Павла Степановича, воспоминания современников знаменитого российского адмирала, фрагменты трудов классиков военной истории – Е. В. Тарле, А. М. Зайончковского, М. И. Богдановича, А. А. Керсновского.Нахимов был фаталистом. Он всегда знал, что придет его время. Что, даже если понадобится сражаться с превосходящим флотом противника,– он будет сражаться и победит. Знал, что именно он должен защищать Севастополь, руководить его обороной, даже не имея поначалу соответствующих на то полномочий. А когда погиб Корнилов и положение Севастополя становилось все более тяжелым, «окружающие Нахимова стали замечать в нем твердое, безмолвное решение, смысл которого был им понятен. С каждым месяцем им становилось все яснее, что этот человек не может и не хочет пережить Севастополь».Так и вышло… В этом – высшая форма величия полководца, которую невозможно изъяснить… Перед ней можно только преклоняться…Электронная публикация материалов жизни и деятельности П. С. Нахимова включает полный текст бумажной книги и избранную часть иллюстративного документального материала. А для истинных ценителей подарочных изданий мы предлагаем классическую книгу. Как и все издания серии «Великие полководцы» книга снабжена подробными историческими и биографическими комментариями; текст сопровождают сотни иллюстраций из российских и зарубежных периодических изданий описываемого времени, с многими из которых современный читатель познакомится впервые. Прекрасная печать, оригинальное оформление, лучшая офсетная бумага – все это делает книги подарочной серии «Великие полководцы» лучшим подарком мужчине на все случаи жизни.

Павел Степанович Нахимов

Биографии и Мемуары / Военное дело / Военная история / История / Военное дело: прочее / Образование и наука
1941. «Сталинские соколы» против Люфтваффе
1941. «Сталинские соколы» против Люфтваффе

Что произошло на приграничных аэродромах 22 июня 1941 года — подробно, по часам и минутам? Была ли наша авиация застигнута врасплох? Какие потери понесла? Почему Люфтваффе удалось так быстро завоевать господство в воздухе? В чем главные причины неудач ВВС РККА на первом этапе войны?Эта книга отвечает на самые сложные и спорные вопросы советской истории. Это исследование не замалчивает наши поражения — но и не смакует неудачи, катастрофы и потери. Это — первая попытка беспристрастно разобраться, что же на самом деле происходило над советско-германским фронтом летом и осенью 1941 года, оценить масштабы и результаты грандиозной битвы за небо, развернувшейся от Финляндии до Черного моря.Первое издание книги выходило под заглавием «1941. Борьба за господство в воздухе»

Дмитрий Борисович Хазанов

История / Образование и наука
Отцы-основатели
Отцы-основатели

Третий том приключенческой саги «Прогрессоры». Осень ледникового периода с ее дождями и холодными ветрами предвещает еще более суровую зиму, а племя Огня только-только готовится приступить к строительству основного жилья. Но все с ног на голову переворачивают нежданные гости, объявившиеся прямо на пороге. Сумеют ли вожди племени перевоспитать чужаков, или основанное ими общество падет под натиском мультикультурной какофонии? Но все, что нас не убивает, делает сильнее, вот и племя Огня после каждой стремительной перипетии только увеличивает свои возможности в противостоянии этому жестокому миру…

Айзек Азимов , Александр Борисович Михайловский , Мария Павловна Згурская , Роберт Альберт Блох , Юлия Викторовна Маркова

Фантастика / Биографии и Мемуары / История / Научная Фантастика / Попаданцы / Образование и наука