В Евангелии от Луки молодой человек, увиденный женщинами, превратился в двух мужчин, одетых в сверкающие одежды. Женщины приняли их за ангелов. Послание, переданное молодым человеком, претерпело значительные изменения, и в нем нет упоминания о встрече учеников с Иисусом в Галилее. Ученики Иисуса, которые все еще находятся в Иерусалиме, отказываются верить рассказу женщин об увиденном. Иисус неузнанным сопровождает двух учеников, которые идут в Эммау, и открывается им, разделив с ними хлеб. Они сразу же возвращаются в Иерусалим, чтобы сообщить об этом всем ученикам, и застают их собравшимися вместе и обсуждающими известие о том, что Иисус воскрес и явился Петру, хотя ни в одном из Евангелий нет описания явления самого Христа. В этот момент Иисус сам появляется среди своих учеников и с трудом убеждает их в своей реальности. Затем, как говорит Лука, в тот же вечер Иисус ведет учеников в Бетан, воздевает руки к небу, чтобы благословить их, и в момент благословения расстается с ними и возносится на небо. Слова «и он был вознесен на небо» в некоторых изданиях опускаются, однако чаще всего они остаются в тексте. Но в Евангелии от Луки есть еще один вариант этого же события, помещенный в Деяниях святых апостолов. Согласно этому варианту, ученики видели Иисуса в течение сорока дней после его воскрешения. В конце этих сорока дней «Он поднялся в глазах их, и облако взяло Его из вида их» (Деяния, 1: 9). Из контекста ясно, что произошло все это на горе Олив. Затем проходит еще десять дней, наступает Пятидесятница, и далее следует описание сошествия Духа. Совершенно очевидно, что хронология событий здесь скорректирована, чтобы воскрешение, вознесение и нисхождение Духа совпадали по времени с иудейским календарем, где между Пасхой и Пятидесятницей проходит пятьдесят дней. В момент вознесения Лука вводит двух мужчин в белых одеждах, которые говорят ученикам, что Иисус вернется точно так же, как и вознесся на небо. Здесь он, очевидно, проводит параллель с двумя людьми в сверкающих одеждах, которых женщины видели у могилы Иисуса. Это та степень, до которой Лука или его источник (устный или письменный) позволил себе использование мифологического элемента в рассказе о воскрешении Иисуса.
Мифологизация того же самого эпизода у Матфея куда значительнее. Согласно его рассказу, женщины приходят на могилу Иисуса не для того, чтобы омыть его тело, а для того, чтобы просто посмотреть на нее. Они видят, как с неба опускается ангел, похожий на вспышку молнии, а одежда его бела как снег. При виде его стражи дрожат от страха и становятся «как мертвые». Ангел убирает могильный камень с могилы и садится на него. Затем он передает испуганным женщинам сообщение, которое является вариантом послания молодого человека из Евангелия от Марка. Марк говорил, что женщины в страхе бежали от могилы и ничего никому не сказали. А вот Матфей говорит, что они хотя и бежали в страхе, но тем не менее испытывали огромную радость и стремились сообщить радостную весть ученикам. По дороге их встретил Иисус и приветствовал их. Они коснулись его ног и поклонились ему. Он сказал, что они не должны бояться, и повелел им передать ученикам, чтобы они шли в Галилею, где они и увидят его. Матфей заканчивает свой рассказ сообщением, что одиннадцать учеников отправились к горе в Галилее, «которую им указал Иисус». И он тоже пришел туда. Некоторые из них сомневались, увидев его, но остальные склонились перед ним. Он сказал, что ему дана власть небесная и земная, и повелел им передать Евангелия всем людям на земле и крестить их от имени Отца, Сына и Святого Духа.
В четвертом Евангелии нет повествования о рождении Иисуса или его крещении, а повествования о страстях Господних и его воскрешении во многом отличаются от рассказов, содержащихся в синоптических Евангелиях. Однако сам характер четвертого Евангелия ставит скорее теологические, нежели исторические вопросы, поэтому мы не станем разрабатывать здесь проблему христианского использования мифов в нем. Однако достаточно нескольких слов, чтобы показать, что вокруг двух основных моментов – вхождения Иисуса в мир и его ухода из него – с самого раннего времени начали концентрироваться мифологические элементы.