— Твой Змей не сравнится с Койотом, — с твердой ноткой произнесла, заставив прошипеть наемника.
— Койот не властвует над нами!
— Зато он властвует надо мной! — в тон ему ответила.
Впереди показались горы. Черные и угрюмые, пустынные и опасные. А ведь когда-то там цвели долины, на которых пасся скот, жили кочующие кланы орков. Теперь же все выгорело, оставив пустую горячую землю и камень.
Там впереди был Трехглавый Пик, место, где меня ждал Дух Воздуха.
— Куда ты меня ведешь? — с подозрением посмотрела.
— В горы.
— Зачем?
— Скоро узнаешь, — усмехнулся змей.
— Нет, — упрямо затормозила, чем вызвала раздражение на желтоватом лице убийцы.
Тонкий, как игла, кинжал уперся между ребер, предупреждающе.
— Этот яд способен убить вас, полубогов. Нам дал его Змей, против вас, — тихо заговорил он. — Так что, если хочешь умереть как простой смертный, давай. Я ведь веду тебя к более гуманной смерти, которой заслуживает любой проводник, да, ш-шаман?..
Великая смерть у алтаря. Последний день настоящего шамана. Откуда он это знает?..
Дальше я шла молча. Что мне стоило взять и отдать ключ? Интерес. Какую тайну он скрывал, и почему за него такая борьба, что даже представитель другой фракции с другого материка явился сюда по нашу душу. Поэтому так просто отдать ключ и не узнать…
Уверенно прошептала про себя то, что донес до меня Койот.
— Я могу помочь вам с поиском и собиранием ключей, — твердо, уверено и строго произнесла. — Вы ведь два раза пожалеете, если откажете мне. Единственному существу на планете, которое умеет воскрешать.
Змей застыл. Он с недоверием посмотрел в глаза, ища там так привычное для него коварство и подвох. Но я абсолютно серьезна.
— Воскрешать?
— Видимо, вы не все знаете обо мне. Духи даровали мне способность возвращать ушедших в их мир. Я могу вернуть к жизни любое существо.
— Даже Змея?..
Ой. Кажется, я нарвалась.
— Змей — дух, живущий изначально не в нашем мире.
— Змей когда-то был человеком, могущественным колдуном. Но после смерти стал сильнейш-шим духом. Я знаю, где хранятся его останки, как и любой последователь ордена Длани. Ты поможеш-шь вернуть нам его к жизни. Пробудить наш-шего Бога.
Вот же…
— Наша сделка совершится, если вы расскажите, какие цели преследуете. И после того, как я закончу поиски, моя часть свершится, — пытаясь сохранить лицо, я еле сдерживалась, чтобы не выдать свое отношение к ситуации крайне невоспитанным образом. Она вышла из-под контроля!
— Сделка соверш-шилась! — одним резким движением он надрезал мне кисть, и себе, скрепляя договор кровью.
Алая легкая вспышка, и неизвестная печать оказалась на месте пореза. Она сильно жгла, заставляя чесать ее, но змей отстранил мою руку.
— Ты вступила в наш-ш орден, и мы будем видеть каждый твой ш-шаг, сестра. И смерть ждет тебя за ложь, — он отпустил кисть. — А теперь я расскажу тебе, чем так важен ключ…
***
Мир встретил меня восходом. Далеко, за самой границей вечной ночи, хорошо различались теплые утренние лучи. Надежда. Что придет новый день. Что проблемы решатся. И что все плохое останется позади. Так же, как и этот мир. Мир, который несет за собой боль, отравляет сознание, сеет коварство и хитрость. Мир, у которого еще нет своих правил и законов, и где нам представилась возможность их писать. Мир, где можно все, главное успей схватить.
Трехглавый Пик. Я не знала, почему эту ровную площадку почти под самым небом так назвали. Но к ней вела тонкая лестница из тысяч узких ступенек, выбитых в самой горе. К вершине, усыпанной снегом, но холод совсем не ощущался. Ветер легко поднимал крошки, взвивая вверх и ударяя по телу. Так свежо и хорошо. Легко и беззаботно. Все осталось внизу. Где-то там, под ногами…
Высокая каменная арка стояла в центре площадки. Рисунок и письмена на ней давно побились, и что-то разгадать не представляло возможности. Суровый ветер сделал свое дело за сотни лет. Я легко провела пальцами по шершавой поверхности, ощущая отголоски древней запечатанной в ней силы, дикой и непостижимой, ровеснице самой духовной энергии.
Подошла почти к самому краю и прикрыла глаза, вдохнув прохладный воздух. Присутствие духа ощущалось слабым прикосновением на коже, заставляющим покрываться ее мурашками. Земля внизу была покрыта облаком пепла, серым и тяжелым, закрывающим звездное небо, алеющее на востоке. Так и хотелось направить ветер вниз, чтобы он развеял черноту и подарил защитникам этой земли надежду чистого неба.
Казалось, что я держала весь мир в руках. Что он мой. Только мой… И даже хитрый смех на краю сознания никак не гасил мысли.
— И вот ты познала нас. Познакомилась с каждым… — тихий шепот у самого уха, и ветер обвил в плотное, но ласковое одеяло. Обнял.
Я улыбнулась.