Читаем Мир Лема: словарь и путеводитель полностью

Леонид Ашкинази

МИР ЛЕМА: СЛОВАРЬ И ПУТЕВОДИТЕЛЬ

Каждый век выражает по-своему

В каждой отдельной стране

Зависть к чужому будущему

И страх перед тьмой загробной.

Михаил Щербаков

Ты говоришь, что нет любви,

Есть только пряник и плеть.

Я говорю, что цветы цветут

Потому, что не верят в смерть.

Наутилус Помпилиус

Это — комментарий к произведениям Станислава Лема. Он состоит из двух частей — словаря и путеводителя. Путеводитель — это обзор основных проблем, рассматриваемых Лемом, с цитатами и некоторым анализом. В словаре комментируются прежде всего слова, имеющие социальные аллюзии и коннотации, то есть слова, для понимания смысла употребления которых полезно знать социальные параллели — исторические, политические, культурные. Неологизмы, архаизмы, научные, исторические, технические идеи и термины комментируются, если их смысл не очевиден из текста и если знание их смысла необходимо для понимания произведения. При таком подходе очевидно фантастический термин может быть оставлен без комментария, равно как и непонятный читателю научный термин — если он означает лишь то, что персонажи говорят о математике, физике и т. д. А «промежуточный» термин, вызывающий при чтении у читателя подозрение, должен быть прокомментирован. Из личных сентиментальных побуждений сделано одно исключение — статья «Шорох…» В словаре комментируются художественные, литературоведческие и философские работы Лема, причем для работ двух последних групп порог комментирования выбран более высокий, то есть составитель комментария исходил из того, что их читает более подготовленный читатель. Подбор цитат в словаре производился так, чтобы всесторонне представить использование данного термина Лемом.

Деление материала между словарем и путеводителем не очевидно. У Лема есть явно не безразличные ему слова, тезисы и темы. Однако за этими словами и понятиями у Лема не стоит вопрос, проблема, и поэтому они в путеводитель не выносились, а посмотреть, как Лем их использовал, можно в словаре. Вот эти слова и конструкции: вероятность; выращивание из яиц или семян (всякого рода устройств); восемнадцать; горы; другая физика; желе (как субстрат иного, в том числе — иного разума); зеркало; знание можно будет получить прямо в аптеке (как метод обучения); личность; множество частиц малого размера; насекомые; осчастливливание или раификация (делание полностью счастливым); применение силы бесполезно; стать Вселенной-мозгом (путь эволюции); существо, которое разделяется в случае необходимости (приспособительный признак).

Термины, имеющиеся в одном переводе, могут отсутствовать в других; в некоторых случаях это отмечается. Автор данного комментария пользовался в основном текстами Библиотеки Мошкова www.lib.ru, издательства «Текст» 1992-96 годов, издательства АСТ 2002-04 годов. Если в имеющемся тексте употреблено не самое распространенное написание, указано и нормативное. Выражение «местный» означает, что термин относится к описываемому миру (указание сделано только там, где это не очевидно). Выражение «этот век» означает — XXI, «прошлый век» — XX (в надлежащее время прошу внести коррективы — можно без согласования с автором). Словарные статьи расположены в порядке, соответствующем компьютерному коду cyrillic MS-DOS. Во избежание возникновения некорректностей при конвертировании все числа типа «десять в энной степени» записаны (в том числе и в цитатах) в виде «десять в энной степени», без использования надстрочного шрифта.

Вселенная, которая находится в мозгу человека, этот мир тысяч смыслов и миллионов связей, не может быть представлена в виде линейного текста. Не только в силу своей структурной сложности, но и в силу одновременности протекания многих процессов. Классическая литература откупалась фразой «а тем временем графиня N…», новое время изобрело гипертекст. Лем написал несколько десятков художественных текстов, и многие вопросы он рассматривает более, чем в одном произведении. Его тексты — не сериал, это Гипертекст, отражение его мышления. Для свободного путешествия по этому миру надо прочесть все, написанное Лемом, и уложить это в память так, чтобы видеть все эти десять тысяч страниц одновременно, «как сквозь прозрачный кристалл». Путеводитель предназначен для тех, кто, не занимаясь творчеством Лема профессионально, захочет ощутить мысль Лема во многих ее аспектах. «Мысль, трепещущую и с трудом сдерживаемую, мудрец направляет в цель, как лучник стрелу» (дзэн). А может быть, кто-то пойдет и дальше, и добавит что-то свое. «Цепь культуры не должна прерываться. Иначе люди будут опять добывать огонь трением двух хорошо высушенных деревяшек» (Л.Хатуль).

Перейти на страницу:

Похожие книги

Основание Рима
Основание Рима

Настоящая книга является существенной переработкой первого издания. Она продолжает книгу авторов «Царь Славян», в которой была вычислена датировка Рождества Христова 1152 годом н. э. и реконструированы события XII века. В данной книге реконструируются последующие события конца XII–XIII века. Книга очень важна для понимания истории в целом. Обнаруженная ранее авторами тесная связь между историей христианства и историей Руси еще более углубляется. Оказывается, русская история тесно переплеталась с историей Крестовых Походов и «античной» Троянской войны. Становятся понятными утверждения русских историков XVII века (например, князя М.М. Щербатова), что русские участвовали в «античных» событиях эпохи Троянской войны.Рассказывается, в частности, о знаменитых героях древней истории, живших, как оказывается, в XII–XIII веках н. э. Великий князь Святослав. Великая княгиня Ольга. «Античный» Ахиллес — герой Троянской войны. Апостол Павел, имеющий, как оказалось, прямое отношение к Крестовым Походам XII–XIII веков. Герои германо-скандинавского эпоса — Зигфрид и валькирия Брюнхильда. Бог Один, Нибелунги. «Античный» Эней, основывающий Римское царство, и его потомки — Ромул и Рем. Варяг Рюрик, он же Эней, призванный княжить на Русь, и основавший Российское царство. Авторы объясняют знаменитую легенду о призвании Варягов.Книга рассчитана на широкие круги читателей, интересующихся новой хронологией и восстановлением правильной истории.

Анатолий Тимофеевич Фоменко , Глеб Владимирович Носовский

Публицистика / Альтернативные науки и научные теории / История / Образование и наука / Документальное
Революция 1917-го в России — как серия заговоров
Революция 1917-го в России — как серия заговоров

1917 год стал роковым для Российской империи. Левые радикалы (большевики) на практике реализовали идеи Маркса. «Белогвардейское подполье» попыталось отобрать власть у Временного правительства. Лондон, Париж и Нью-Йорк, используя различные средства из арсенала «тайной дипломатии», смогли принудить Петроград вести войну с Тройственным союзом на выгодных для них условиях. А ведь еще были мусульманский, польский, крестьянский и другие заговоры…Обо всем этом российские власти прекрасно знали, но почему-то бездействовали. А ведь это тоже могло быть заговором…Из-за того, что все заговоры наложились друг на друга, возник синергетический эффект, и Российская империя была обречена.Авторы книги распутали клубок заговоров и рассказали о том, чего не написано в учебниках истории.

Василий Жанович Цветков , Константин Анатольевич Черемных , Лаврентий Константинович Гурджиев , Сергей Геннадьевич Коростелев , Сергей Георгиевич Кара-Мурза

Публицистика / История / Образование и наука
Россия между революцией и контрреволюцией. Холодный восточный ветер 4
Россия между революцией и контрреволюцией. Холодный восточный ветер 4

Четвертое, расширенное и дополненное издание культовой книги выдающегося русского историка Андрея Фурсова — взгляд на Россию сквозь призму тех катаклизмов 2020–2021 годов, что происходит в мире, и, в то же время — русский взгляд на мир. «Холодный восточный ветер» — это символ здоровой силы, необходимой для уничтожения грязи и гнили, скопившейся, как в мире, так и в России и в мире за последние годы. Нет никаких сомнений, что этот ветер может придти только с Востока — больше ему взяться неоткуда.Нарастающие массовые протесты на постсоветском пространстве — от Хабаровска до Беларуси, обусловленные экономическими, социо-демографическими, культурно-психологическими и иными факторами, требуют серьёзной модификации алгоритма поведения властных элит. Новая эпоха потребует новую элиту — не факт, что она будет лучше; факт, однако, в том, что постсоветика своё отработала. Сможет ли она нырнуть в котёл исторических возможностей и вынырнуть «добрым молодцем» или произойдёт «бух в котёл, и там сварился» — вопрос открытый. Любой ответ на него принесёт всем нам много-много непокою. Ответ во многом зависит от нас, от того, насколько народ и власть будут едины и готовы в едином порыве рвануть вперёд, «гремя огнём, сверкая блеском стали».

Андрей Ильич Фурсов

Публицистика