— Пока не получается. В будущее ТЭСТИВ заглядывать не даёт. В прошлом не даёт возможности читать мысли человека, чтобы предвидеть поступки. Остаётся терпеливо ждать, когда наша медицина и учённые научаться делать нас умнее и по прошествии нескольких поколений мыслей совершить преступление просто не появится даже в самой глупой из существующих в то время голов. А пока только так. Установление точных границ не дозволенного поведения и отслеживание последующих действий, то есть реально совершённых поступков.
— Ох и тяжко нам придётся, — вздохнул Илья.
— Тебе то чего?
— Да я тоже уже работаю. И после отбытия фиктивного заключения, продолжу работать с вашими коллегами из другого ведомства.
— Что товарищ майор подсуетился?
— Ну вообще-то уже полковник. А так да. Тебе ли этого не знать.
— Да-да. Ну а на счёт тяжело это вопрос спорный. Как говорит мой дипломный руководитель: «
— Ну вам с Дарьей здравости мышления не занимать.
— А вообще, общество меняется очень стремительно. Дипломатические переговоры полностью изменили международные отношения. А открывшиеся возможности при обучении и изменения школьных программ! А общение с дельфинами, — Дробот всплеснула руками. — Вот выйдешь отсюда, обязательно договорюсь с Канашиным, сводим тебя в этот мозговитый институт пообщаешься. Это так интересно.
— Ты каждый раз так восхищённо об этом всём рассказываешь, что точно пообщаемся, — поцеловав Аню, Илья продолжил: — Я вот всё думаю, а точно этого призрака убили?
— Взорвался он. Если до этого не раздавило в покорёженной машине. А потом ещё и сгорел.
— Ты труп видела?
— Предполагается, что после такого не выживают.
— Как говорилось в одном старом фильме. «Предположение мать провалов».
— Не. Точно погиб.
— Я вот всё думаю. Что первично материя или сознание? Ведь именно наше сознание дало название столу — стол, квадратному — квадрат и это накладывает для нас определённые ограничения в восприятии с самого рождения и как бы закрепляет характеристики на всё, что нас окружает.
— Ооо! Тебя срочно надо выпускать из тюрьмы. У тебя слишком много свободного времени. Вон до чего додумался. А-а-а! Я поняла. Тебе опять хочется секса и ты не знаешь как намекнуть.
Они переглянулись и засмеялись. Затем Илья вдруг посерьёзнел:
— Иногда мне становится страшно. Какие ещё возможности откроет эта техника? Какие ещё есть параллельно не параллельные измерения? И какие ещё возможности таят в себе некоторые люди?
Глава 21
Вернувшись из отдельных фрагментов воспоминаний, Дробот решилась:
— В связи с вновь открывшимися обстоятельствами, суд переносит рассмотрение дела на завтра.
Завершив таким образом свой рабочий день, уже переодевшись она связалась с Ильёй:
— Привет. Я тебе здесь скину материальчик посмотри по-быстрому и скажи, что думаешь. Я думаю это ваш профиль. Я думаю надо подключать кураторов или даже хранителей.
— Привет. Ну, давай. Поручу кому-нибудь из своих, — ответил тот.
— Нет. Илья, посмотри сам. Я понимаю, что ты теперь крутой начальник. И всё же. Я там сделала пометки. И кстати, где Алекс?
— Поехал к Ивану. Тоже за консультацией.
— У меня не совсем консультация. Это скорее информация к размышлению или сообщение. Я тоже туда. До связи.
Разъединившись Анна связалась с Алексом.
— Привет мам.
— Привет, Алекс. У меня твой интерес нарисовался.
— Это какой?
— Призрак.
— Не понял…? Тот, о котором ты мне рассказывала?
— Да, и он проходит по судебному делу.
— Вот так так.
— Я так понимаю ты у Ивана?
— Ага.
— Сейчас я к вам приеду.
Пока Дробот направлялась к Кустову с ней связался Илья, и сразу озадачил вопросом:
— И что собираешься делать?
— Это ты мне скажи, что делать, — растерялась Анна.
На том конце некоторое время помолчали.
— А ты не хотела бы прожить жизнь заново. Прожить жизнь, осознавая совершенно другие ценности. Ведь было бы гораздо больше любви и секса. Другие цели и мотивы. Было бы меньше ложных ориентиров и больше положительных переживаний и эмоций. Конечно, это всё только «может быть», но всё же.
— Дедушкин ты уже действительно дедушка, а всё о сексе. Лучше скажи, что делать?
— Ты к Ивану.
— Да.
— Ладно. Ждите.
Приехав к Кустову, они вместе посмотрели записи и некоторое время обсуждали увиденное. В отличие от Ильи, Иван был уже на пенсии по состоянию здоровья. Активная оперативная работа и многочисленные ранения, полученные в её процессе, не позволяли занимать даже начальственные должности. Но это не мешало ему быть очень востребованным консультантом, помнящим времена, когда уголовные дела расследовались, как выражалась молодёжь «почти на ощупь».