— А жить спокойно, не нарываясь, мы не можем, да? — шепнула ему на ухо, на миг прижавшись всем телом, отчего флер желания стал ощутимее.
— Я стараюсь, госпожа верховная, — пробормотал он хрипло.
— Но не получается… Я так и поняла. Так почему ты не спал этой ночью? Снова на что-то нарвался? — поинтересовалась вкрадчиво, продолжая выводить невидимые узоры на его коже, и проказливо подула ему в затылок, послав табун мурашек.
По его эмоциям вихрем пронесся всепоглощающий стыд, возмущение и ощущение собственного бессилия.
— Госпожа верховная, зачем меня забрали в Инферно? Да и не только меня. Не все ведь хотели покидать родной мир, — выдавил он вдруг едва слышно, не оборачиваясь.
— Он вам не родной и никогда им не был. Лично я была за то, чтобы несогласных идиотов убить, чтобы не мучились, — признала честно, отступив на шаг.
Крис тут же резко развернулся, полыхнув недоверием, и пораженно уставился на меня, словно сомневался, верно ли услышал. Но я лишь безразлично пожала плечами.
— Умереть, пребывая в своих иллюзиях и не снимая розовые очки, гораздо гуманнее, чем когда жизнь жестоко растаптывает их, безжалостно бросая в реальность, к которой ты не готов… Но Маркус не оценил, сказал, что у вас должен быть шанс, — и усмехнулась, отметив несогласие с моими словами, четко отпечатавшееся на его лице. — Инферно не для слабых.
— Я не слабый, госпожа верховная! — тут же поддался на подначку, сверкнув решительностью во взгляде.
— В чем же тогда проблема? Если не слабый — найдешь свое место рано или поздно.
Звезды на небе постепенно исчезали, да и на горизонте уже посветлело. Пожалуй, через час максимум уже появятся первые рассветные лучи… А я все еще торчала на полигоне с ершистым персиком. Но меня в самом деле забавлял разговор с ним, не говоря уж о его эмоциях. И уже предвкушала, насколько он развеселит Маркуса, когда переброшу ему мыслескан — просто рассказать будет явно недостаточно, это надо именно видеть!
— Только в том случае, если ты демонесса! Демонам же уготована роль рабов, госпожа верховная, — язвительно процедил Крис, заставив меня расхохотаться.
— Скажи об этом Маркусу. Или Рамишу. Или Фрэнку. Или… Да знаешь, любому демону скажи — рожу начистят только так, и скажут, что так и было, — выдохнула я, вытирая невольно проступившие слезы, и добавила уже серьезнее. — Хочешь сказать, в нашем прежнем мире тебе было хорошо? Откуда Элис тебя притащила? Из какого-то леса, где ты жил один? Захудалой деревеньки, где тебя прятали родственники? Да даже мелкого городка, где ты влачил жалкое существование, делая все, чтобы никто не узнал, кто ты на самом деле?
— Нормально я жил! Если не обращаться к своей демонической сущности, я такой же человек, как и другие. Многие парни так и жили. Да и девушки, которые не попали в гарнизон, тоже. А кто попал — чем плохо? Вы же были в гарнизоне, госпожа верховная, вас там учили сражаться...
Подозреваю, у Криса было еще много, чего сказать, но я не дала, одним мощным толчком, совершив частичный оборот, толкнула его к стене и чуть сжала когтистой бронированной рукой шею. Сила тут же заклубилась у моих ног, ласковой кошкой обвив парня, причиняя приличный дискомфорт.
— Такой большой, а в сказки веришь? — почти нежно промурлыкала я, практически ожидая от него отвращения или страха от вида моей частичной трансформации, раз он так ненавидит демонов, но его эмоции ни на каплю не изменились.
— Я просто не понимаю, госпожа верховная, почему не оставить тех, кто хотел, там, а самим, если уж так хотелось, просто тихо уйти? — прохрипел он почти спокойно, словно в его артерию не упирался остро заточенный коготь разозлившейся верховной, чья сила сейчас также давила на него. Нет, я теперь даже в чем-то могла понять Кея — инстинкт самосохранения у этого придурка отсутствовал напрочь!
— Чтобы ни с одним демоном больше не сделали то, что делали с нами. Мы — не рабы, и не должны скрывать свою суть, — процедила и, холодно улыбнувшись, переслала ему несколько мыслесканов-воспоминаний и из лабораторий Давроса, и из гарнизона, и даже последний разговор с покойным императором.
Глава 39. Тайра
Отступила на шаг, избавившись от боевой формы, и бросила задумчивый взгляд на порозовевший край неба, напомнивший мне по цвету персик. В животе тут же заурчало, вызвав мою улыбку. С нежностью погладила его, думая о своих проголодавшихся девочках. Похоже, планы немного меняются. Договорю тут с одним дурным «персиком», позавтракаю и только тогда спать, тем более что, судя по всему, Маркус и так вскоре проснется. Заодно успею с ним за завтраком поделиться впечатлениями… А после стребую с Эльфа законную сказку, точно!
Рядом натужно закашлялся Крис, падая на колени от переизбытка впечатлений. Теперь от него волнами исходили недоверие, омерзение и злость, направленная уже в другое русло. Все это было щедро сдобрено растерянностью, а в синих глазах плескалось неподдельное изумление и растерянность.