Читаем Мир розовых пони полностью

Всё. Достаточно. Если бы я была Франсуазой Саган, я бы полетела в Барселону к Тому Брайну. Никто и никогда не знал, когда она, Франсуаза, писала свои книги, всё свободное время Франсуаза проводила на модных французских курортах.

В двадцать три и я вела такую жизнь. И обожала её книги. Вот читаешь, всё захватывает: сюжет, герои, солнце, шезлонг, Лазурный Берег и Маша с книгой Ф. Саган. Такой робот Маша и её 23 года, Маша ест, Маша думает, Маша делает почти всё то же, что сейчас в соцсетях многие девушки. Маша – человек? Как лучше стол накрыть, какой формы чайную ложку в чашку опустить. Как подобрать к юбке шарфик, лучше от Burberry, а ещё лучше от Hermes. Я знаю много слов, обращайтесь! Том Брайн навёл на воспоминания… Надеюсь, я не дрогну и никуда не полечу. Маша перестала быть роботом, закончила носиться по городам и весям. Ещё воспоминание – Франция, кафешка на старой мельнице, я и жена Коли Перова. Это про него песню поют – В Милане есть я, пока в России есть нефть. Я Колиной жене – здесь так хорошо, по-семейному. Колина жена – и у нас по-семейному, мы семьи побросали и шастаем по Европам (о той Маше по большому секрету. А нынешняя – кондуктор трамвая).

Исключение – Греция, там живёт такой народ, что можно и правилам изменить.

Том Брайн пусть пишет, может ему скучно. Я бы его в Москву пригласила, пусть Красную Площадь обойдёт и своим в Испании расскажет. Посоветовалась с Альбиной и Аркадием. Альбине Петровне он не понравился, сказала: жук. Золотой, добавил Аркадий Петрович и посоветовал Эдгара По перечитать. Я перечитала. Наверное, супруги Хованские имели в виду дедуктивный метод По. Несколько рассказов я прямо проглотила. Вот чего мне всегда не хватало в оценке людей, так это дедуктивного метода.

Жену Коли Перова я уважала и любила. Пока не случилось. Страниц через 50 напишу, если интересно. Я вообще не считаю, что читать то, что я пишу интересно. Ладно, пусть это будет дневник о настоящем с забегами в прошлые годы.

Хочу рассказать, как очистилась моя правая венечная артерия. Вы знакомы со строением сердца? Сердце – это мышечно-фиброзный орган, находящийся в полости грудной клетки. Он постоянно сокращается. У здорового человека частота сокращений 55-85 ударов в минуту. У меня давно произошёл сбой. Мышечный орган стал плясать под чужую дудку. Я ненавидела собак. Даже слово такое страшно употреблять: ненавидела. В 23 я их обожала, это были воспитанные (карманные) пёсики, которых я возила по Европам. В России меня укусила большая собака, я сделала прививки, купила газовый баллончик, электрошокер и, продав очередную пару сапог, собиралась приобрести пневматический пистолет. Один мужик писал: развелось собак, стаями бродят между многоэтажками, я купил пельменей, сварил, напихал внутрь битого стекла. Всё, собак больше нет. Я бы так не смогла и под дулом пневматического оружия. Но собаки стали врагами – баллончик, электрошокер и ненависть за пазухой. Когда они лаяли в четыре утра, я сочиняла во сне законы «О сокращении численности собак в России». Конечно, в России, Китай бы заплакал, если бы им зачитали. Правая венечная артерия, таким образом, забивалась шлаками (продуктами ненависти) и забилась окончательно. Чуть-чуть просвет остался. Он всегда есть, иначе, как бы я жила, да ещё работала в издательстве? Там такие побегушки, что с полным закрытием правой венечной артерии, тебя спишут на берег.

Однажды бегу в Нарышкинском парке, впереди асфальт вздыбился, споткнулась, заглянула, ничего не видно. На противоположной стороне – пёсик. За пять лет первая дворняжка не оскалилась, а дружелюбно завиляла хвостом. Я даже оглянулась, проверить – мне? Да, это же мама, в расщелине – щенки, маленькие, упитанные существа. Венечная артерия – сосуд, несущий кровь, непосредственно впадает в сердце. Кровь – своеобразная ткань организма. Она жидкая, состоит из двух частей, плазмы и форменных элементов (эритроцитов, лейкоцитов и тромбоцитов). Это у нормальных людей. А у кого в составе ненависть, у того кровь густая и неповоротливая. Состав человека я имею в виду. Человек состоит из скелета, мышц, но не только, ненависть тоже состав. Я впервые за пять лет погладила щенков, всех троих, взяла на руки, а мама-пёсик облизала мне руки. У Маши внутри всё заскрипело, посыпалась штукатурка (как при покраске коридора). Правая венечная артерия сбрасывала шлаки. Этот процесс продолжался три дня. Я носила собакам еду. Когда приближалась, мама гавкала на детей, приказывая оставаться на местах. Она права. Я же не одна такая с забитой венечной артерией.

Послушайте, все сосуды образуют два замкнутых круга кровообращения: большой и малый. Ключевое слово: замкнутых! Представьте забитую ненавистью артерию и замкнутые круги? Это же смерть! Ещё при жизни мне удалось помочь ей очиститься.  Я перестала ненавидеть (собак). Пустое, скажет кто-то. Вы просто не знали силу ненависти. Ко мне вернулся мир. А сердце забилось по графику – 60 ударов в минуту.

Не знаю, что больше отказаться от 58 тысяч долларов или перестать кого-то ненавидеть…

Перейти на страницу:

Похожие книги

Адриан Моул и оружие массового поражения
Адриан Моул и оружие массового поражения

Адриан Моул возвращается! Фаны знаменитого недотепы по всему миру ликуют – Сью Таунсенд решилась-таки написать еще одну книгу "Дневников Адриана Моула".Адриану уже 34, он вполне взрослый и солидный человек, отец двух детей и владелец пентхауса в модном районе на берегу канала. Но жизнь его по-прежнему полна невыносимых мук. Новенький пентхаус не радует, поскольку в карманах Адриана зияет огромная брешь, пробитая кредитом. За дверью квартиры подкарауливает семейство лебедей с явным намерением откусить Адриану руку. А по городу рыскает кошмарное создание по имени Маргаритка с одной-единственной целью – надеть на палец Адриана обручальное кольцо. Не радует Адриана и общественная жизнь. Его кумир Тони Блэр на пару с приятелем Бушем развязал войну в Ираке, а Адриан так хотел понежиться на ласковом ближневосточном солнышке. Адриан и в новой книге – все тот же романтик, тоскующий по лучшему, совершенному миру, а Сью Таунсенд остается самым душевным и ироничным писателем в современной английской литературе. Можно с абсолютной уверенностью говорить, что Адриан Моул – самый успешный комический герой последней четверти века, и что самое поразительное – свой пьедестал он не собирается никому уступать.

Сьюзан Таунсенд , Сью Таунсенд

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Проза прочее / Современная проза
Год Дракона
Год Дракона

«Год Дракона» Вадима Давыдова – интригующий сплав политического памфлета с элементами фантастики и детектива, и любовного романа, не оставляющий никого равнодушным. Гневные инвективы героев и автора способны вызвать нешуточные споры и спровоцировать все мыслимые обвинения, кроме одного – обвинения в неискренности. Очередная «альтернатива»? Нет, не только! Обнаженный нерв повествования, страстные диалоги и стремительно разворачивающаяся развязка со счастливым – или почти счастливым – финалом не дадут скучать, заставят ненавидеть – и любить. Да-да, вы не ослышались. «Год Дракона» – книга о Любви. А Любовь, если она настоящая, всегда похожа на Сказку.

Андрей Грязнов , Вадим Давыдов , Валентина Михайловна Пахомова , Ли Леви , Мария Нил , Юлия Радошкевич

Фантастика / Детективы / Проза / Современная русская и зарубежная проза / Научная Фантастика / Современная проза