Чтобы прочитать остальные «добрые» латинские фразы, мне пришлось вертеть графа Румынского на… нет, просто юлой: «Quo usque tandem abutere patentia nostra?» — "Ну и долго ты собираешься испытывать наше терпение?", «Semper in excremento, sole profundum qui variat» — "Всё время в дерьме, только глубина меняется" и так далее и тому подобное.
— То есть, ты серьезно думаешь, что ты один такой подкованный и кроме тебя там не будет ни одного человека, который поймет латинский? — я не знала плакать мне или смеяться.
— Договор мной выполнен, я по цвету уложился в озвученные тобой ограничения. А то, что мой костюм с изюминкой, так это побочный эффект — у меня не было слов от такой наглости, он просто невозможен.
— И, кстати, я не собираюсь давать тебе поблажку и отлынивать от платья, которое будет под стать моему костюму. Я тебе кинул ссылку на сайт с подходящими нарядами, выбери, оплата с меня, раз уж выбор такой специфичный.
С этими словами, наглец выпроводил меня за дверь своей квартиры. Он не дал мне возможности прийти в себя, и отказать ему я просто не успела.
Открывая дверь своей квартиры, я думала лишь о том, что наконец-то этот бесконечный день закончился, сил у меня просто не осталось. Валяясь на кровати, я поставила будильник на восемь утра. Раз уж меня наградили амуницией для Нико, пойдем завтра гулять, надо подышать свежим воздухом, главное не превращать это в привычку.
Глава 20
Я проснулась минут за пятнадцать до звонка будильника, ненавижу просыпаться по требованию, отменив ненужную побудку и потягиваясь, направилась в ванну.
Умываясь, я смотрела в свое отражение, волосы слишком быстро отрастают, нужно добраться до парикмахерской. Может волосы покрасить? А что?! Если быть под стать Вампирышу, то огненно-рыжая ведьма как раз подойдет. Пусть я только на пути становления, но цель моя не за горами. Тем более, что у меня теперь есть на примете подходящая жуткая наставница. Моральных сил выбирать платье у меня пока нет, но времени остается все меньше, поэтому надо с этим что-то делать.
На кухне я разогрела себе остатки вчерашней каши, вскипятив чайник, налила себе в кружку кофе, добавила сгущенки и села завтракать. Одной рукой черпая полезные злаки, другой листала видео о том, как надевать шлейку на жако.
Сбруя для Нико представляла из себя два кожаных кольца, в которые продевают крылья и крепятся между собой кольцом, от которого идет поводок. Конечно, если птиц решит полетать, никакая шлейка его не удержит, ведь крылья ему не подрезали. Вопрос в том, насколько мне доверяет мой питомец. Если он не подпустит меня к себе, то я никак не смогу его снарядить для похода на улицу. Рисковать тем, что он улетит от меня без шлейки, я не собираюсь, поэтому или под моим присмотром или никак.
Поставив опустевшую тарелку в посудомойку, я подъехала к клетке, сняла навесной замок и открыла дверцу. Руку тянуть к нему не стала, наоборот зажав в руке ложку с остывшей кашей, жду пока Нико заинтересуется и сам подойдет посмотреть на вкусняшку. Птиц моему поведению удивился, рассматривал меня то одним, то вторым глазом, поворачивая голову.
В какой-то момент начал медленно приближаться, потом слегка хлопнув крыльями, то ли прыгнул, то ли коротким перелетом оказался в нескольких сантиметрах от моей руки. При этом его голова свешивалась вниз, а жопка с красноватым хвостом вверх. Осторожно приблизив клюв к ложке, птиц сделал краткое движение шеей и упорхнул обратно на жердочку. Посидев там и оценив проглоченное угощение, Нико явно остался доволен, поэтому опять оказался рядом со мной. Но при этом он одной лапкой хватался за мой указательный палец, державший ложку, а другой подвигал к клюву наиболее аппетитные кусочки. Ложка опустела слишком быстро, о чем мне и сообщил птиц:
— Мяу! — это стало для меня полной неожиданностью, он же только «Карамба» и «полундра» освоил, мяуканья я от него еще не слышала.
Откатившись назад к с толу, где я заранее оставила еще небольшую чашку с кашей специально для этого проглота, стала ждать, пока он высунется наружу.
— Каррррамммбаааа…пооооллллуууундраааа… — вопил мой попугай, находясь на внешней стороне клетки, при этом он раскачивался так, будто выпил бочку пресловутого пиратского рома.
Ф-р-р-р-р — так звучат крылья пронесшегося над моей головой птица. Приземлился он прямо на кухонный стол, и нисколько не смущаясь, начал по нему расхаживать. Благо, что на нем ничего лишнего не было, только заготовленная приманка и, конечно, шлейка, на которую Нико не обратил никакого внимания. Я специально расположила ее так, чтобы он прошел через нее, так он и сделал, после чего склонив голову к чашке, принялся завтракать. Дотянувшись до него рукой, я погладила попугая по основанию крыльев, провела пальцами по спине и почесала снующую в кашу голову. Я уже мысленно праздновала свою победу, вешала себе на грудь орден главной приручительницы птиц, когда мой питомец, разобравшись с угощением, вернулся к ранее проигнорированной шлейке.