Читаем Миссия в Китае полностью

Для захвата Малайского полуострова и крепости Сингапур японское командование выделило около 70 тыс. сухопутных войск во главе с генералом Ямасита, 9 крейсеров, 16 эсминцев, 16 подводных лодок, а также около 600 самолетов армии и флота. В ночь на 8 декабря японцы высадили десант в Британской Малайе, в районе Кота-Бару. Одновременно вторжение осуществлялось через территорию Таиланда. Подавив на аэродромах и в воздухе английскую авиацию и потопив главные боевые корабли Восточного флота англичан, японские войска начали быстро продвигаться к Сингапуру. Английские сухопутные войска, имея слабое прикрытие с воздуха и с моря, морально были обезоружены и, неся большие потери, отходили на юг. В конце декабря японцы подошли к Джохорскому проливу, отделявшему крепость Сингапур от материка. 8 февраля 1942 г. они форсировали Джохорский пролив и 15 февраля полностью овладели крепостью Сингапур и важнейшей английской базой на Дальнем Востоке. Защитники крепости имели большие запасы боеприпасов, продовольствия и амуниции, но у английского командования не хватило воли и упорства, и оно капитулировало. Японцы захватили в плен около 100 тыс. солдат и офицеров, в том числе 28 генералов во главе с командующим английскими войсками в Малайе генералом Персинвалем.

В декабре 1941 г., в период боевых действий на Филиппинах и в Малайе, японцы овладели Сянганом (Гонконгом) и американскими базами на острове Гуам.

После поражения английских вооруженных сил в Малайе в руки японцев попали богатейшие источники стратегического сырья, а также создались благоприятные условия для дальнейшего развития наступления на Бирму и острова Голландской Индии.

Операция японских войск в Бирме непосредственно затрагивала жизненно важные интересы Китая. Целью это и операции был разгром англо-индийских войск и захват этой богатой природными ресурсами английской колонии, где японцы планировали создать плацдарм для нанесения удара по Индии совместно с германскими войсками, которые должны были пробиться туда через Кавказ и Иран. Кроме того, захват Бирмы давал возможность Японии изолировать Китай от США и Великобритании и усилить давление на Чан Кайши, чтобы принудить его к капитуляции.

Англичане имели в Бирме две дивизии общей численностью 35 тыс. человек под командованием генерала Т. Хаттона и около 60 самолетов. Японцы по численности войск преимущества не имели, но моральный фактор был на их стороне; кроме того, они имели превосходство в воздухе (200 самолетов против 60).

В середине января 1942 г. 15-я японская армия под командованием генерала Иида перешла бирманскую границу и начала наступление на Рангун, оттесняя англоиндийские части к бирманской столице. В этих условиях под сильным нажимом со стороны США англичане были вынуждены согласиться на ввод китайских войск в Бирму. Начиная с января 1942 г. сюда последовательно были переброшены одни из лучших гоминьдановских армий — 5, 6 и 66-я (свыше 50 тыс. человек), которые до этого не участвовали в боях с японцами в самом Китае.

С вводом гоминьдановских армий в Бирму союзное командование назначило Чан Кайши командующим войсками на китайско-бирманском театре военных действий. Американский генерал Дж. Стилуэлл, направленный в начале 1942 г. из США в Китай, стал его главным военным советником, начальником штаба и командующим китайскими экспедиционными войсками в Бирме. Это не спасло положения: 8 марта японцы овладели Рангуном. Дорога Рангун — Куньмин, по которой союзники доставляли в Китай оружие и снаряжение, оказалась, таким образом, захвачена противником.

После падения Рангуна японское командование ввело в действие новые части и начало продвижение через северные районы Бирмы к китайской границе. Китайское командование потеряло управление войсками и не сумело организовать оборону. В конце апреля 1942 г. японцы овладели конечным пунктом на Бирманской железной дороге, а затем вступили на территорию Китая, в провинцию Юньнань. Китайцы сумели остановить их лишь на реке Салуин.

Таким образом, первые месяцы войны на Тихом океане и в Юго-Восточной Азии протекали под знаком военного превосходства милитаристской Японии над силами США и Англии. За это время японцам удалось достигнуть своих ближайших целей: к маю 1942 г. агрессор овладел Сянганом (Гонконгом), Малайей, Филиппинами, Голландской Индией, Бирмой, рядом островов на Тихом океане и вышел на подступы к Австралии и Индии. Японцы захватили огромные территории с богатейшими запасами стратегического сырья и с населением более 150 млн. человек. Однако расчеты японской военщины, что после таких успехов ей удастся сломить волю союзников к сопротивлению, не оправдались. Япония оказалась втянутой в затяжную войну с коалицией государств, чей военный и экономический потенциал во много раз превосходил ее собственный.

Перейти на страницу:

Все книги серии Военные мемуары

На ратных дорогах
На ратных дорогах

Без малого три тысячи дней провел Василий Леонтьевич Абрамов на фронтах. Он участвовал в трех войнах — империалистической, гражданской и Великой Отечественной. Его воспоминания — правдивый рассказ о виденном и пережитом. Значительная часть книги посвящена рассказам о малоизвестных событиях 1941–1943 годов. В начале Великой Отечественной войны командир 184-й дивизии В. Л. Абрамов принимал участие в боях за Крым, а потом по горным дорогам пробивался в Севастополь. С интересом читаются рассказы о встречах с фашистскими егерями на Кавказе, в частности о бое за Марухский перевал. Последние главы переносят читателя на Воронежский фронт. Там автор, командир корпуса, участвует в Курской битве. Свои воспоминания он доводит до дней выхода советских войск на правый берег Днепра.

Василий Леонтьевич Абрамов

Биографии и Мемуары / Документальное
Крылатые танки
Крылатые танки

Наши воины горделиво называли самолёт Ил-2 «крылатым танком». Враги, испытывавшие ужас при появлении советских штурмовиков, окрестили их «чёрной смертью». Вот на этих грозных машинах и сражались с немецко-фашистскими захватчиками авиаторы 335-й Витебской орденов Ленина, Красного Знамени и Суворова 2-й степени штурмовой авиационной дивизии. Об их ярких подвигах рассказывает в своих воспоминаниях командир прославленного соединения генерал-лейтенант авиации С. С. Александров. Воскрешая суровые будни минувшей войны, показывая истоки массового героизма лётчиков, воздушных стрелков, инженеров, техников и младших авиаспециалистов, автор всюду на первый план выдвигает патриотизм советских людей, их беззаветную верность Родине, Коммунистической партии. Его книга рассчитана на широкий круг читателей; особый интерес представляет она для молодёжи.// Лит. запись Ю. П. Грачёва.

Сергей Сергеевич Александров

Биографии и Мемуары / Проза / Проза о войне / Военная проза / Документальное

Похожие книги

Образы Италии
Образы Италии

Павел Павлович Муратов (1881 – 1950) – писатель, историк, хранитель отдела изящных искусств и классических древностей Румянцевского музея, тонкий знаток европейской культуры. Над книгой «Образы Италии» писатель работал много лет, вплоть до 1924 года, когда в Берлине была опубликована окончательная редакция. С тех пор все новые поколения читателей открывают для себя муратовскую Италию: "не театр трагический или сентиментальный, не книга воспоминаний, не источник экзотических ощущений, но родной дом нашей души". Изобразительный ряд в настоящем издании составляют произведения петербургского художника Нади Кузнецовой, работающей на стыке двух техник – фотографии и графики. В нее работах замечательно переданы тот особый свет, «итальянская пыль», которой по сей день напоен воздух страны, которая была для Павла Муратова духовной родиной.

Павел Павлович Муратов

Биографии и Мемуары / Искусство и Дизайн / История / Историческая проза / Прочее
Третий звонок
Третий звонок

В этой книге Михаил Козаков рассказывает о крутом повороте судьбы – своем переезде в Тель-Авив, о работе и жизни там, о возвращении в Россию…Израиль подарил незабываемый творческий опыт – играть на сцене и ставить спектакли на иврите. Там же актер преподавал в театральной студии Нисона Натива, создал «Русскую антрепризу Михаила Козакова» и, конечно, вел дневники.«Работа – это лекарство от всех бед. Я отдыхать не очень умею, не знаю, как это делается, но я сам выбрал себе такой путь». Когда он вернулся на родину, сбылись мечты сыграть шекспировских Шейлока и Лира, снять новые телефильмы, поставить театральные и музыкально-поэтические спектакли.Книга «Третий звонок» не подведение итогов: «После третьего звонка для меня начинается момент истины: я выхожу на сцену…»В 2011 году Михаила Козакова не стало. Но его размышления и воспоминания всегда будут жить на страницах автобиографической книги.

Карина Саркисьянц , Михаил Михайлович Козаков

Биографии и Мемуары / Театр / Психология / Образование и наука / Документальное