Казалось, что за столом больше никого не было.
— Что думаете о решении дочери, Джалкин? — медленно произнес Вэль, не сводя с Фэй взгляда. Хоть бы она улыбнулась, хоть бы сказала, что это дурацкая шутка. Слишком жестокая, но сейчас Вэль обрадовался бы и этому известию. Обрадовался бы, разозлился, но тем не менее с души бы свалился огромный такой камень.
— Я на стороне Фэй. В любом случае, — князь Тэлонис не обманул представления Вэля о нем. Он ожидал, когда Вэлькор и Фэй выяснят свои отношения. От него поддержки ждать не стоило. Наверняка он мог даже сцепиться с Вэлем в очередной магической драке, обороняя дочь. Пожри все темные духи это проклятое семейство. Что ж за манера такая, чуть что, старательно потрошить заживо.
— Ты серьезно думаешь, что я тебя отпущу? — устало уточнил Вэль, переходя на телепатию.
Фэй подняла глаза. Твердо взглянула Вэлю в лицо. Лишний раз, напоминая и ему, и себе, кажется, тоже, что у нее на диво несгибаемый характер.
— А что вы сделаете, милорд? — ровно произнесла девущка. — Подчините? Вы поклялись, что больше этого не сделаете. Обесцените свое слово? Это, разумеется, не запятнает вашу честь, да?
Вэль раздраженно скрипнул зубами. Да, было слово. Да и не хотел он сейчас снова ее принуждать, снова превращать ее в послушную его воле игрушку. Но… Отпустить ее… Проще позволить духам Хоора высосать всю его магию, чем разрешить Фэй уйти из жизни Вэля.
— Для того чтобы тебя удержать, подчинение не обязательно, — заметил Вэль. — В конце концов, я тоже смогу обеспечить тебе пристойную жизнь в пределах Вэрштайра. Тебе не обязательно вести светскую жизнь. Достаточно лишь меня.
— Какая прелесть, — Фэй разочарованно скривила губы, и это разочарование будто наотмашь полоснуло по и так-то истерзанной душе Вэля. — Не думала я, что влюбилась в еще одного Эвора, готового запереть меня при любом удобном поводе.
— Не сравнивай, — тихо произнес Вэль.
— Отчего же? — с нескрываемым ехидством удивилась Фэй. — Разве он не потому меня запирал, лишь бы держать подальше от Запечатления? От моей судьбы, от любви всей моей жизни? А ведь я ужасно боялась сделать вам больно, милорд. Кажется, зря боялась. Не так уж сильно вы меня и любите.
Если бы слова Фэй были кулаками — сейчас у Вэля бы не осталось ни единого живого места на теле. Она, не ведая пощады, хлестала его, кажется, всяким произнесенным звуком.
— Я никогда бы не стал поступать с тобой подобным образом, Фэй, — Вэль прикрыл глаза. Душа наливалась пустотой. Герольды вовсю трубили о явлении неизбежности.
— Поступаете, — резко бросила девушка, по-прежнему поддерживая телепатический диалог. — Что ж, пожалуйста. Сомневаюсь, что я очень долго продержусь и не впаду в Спячку. И если раньше мне было ради кого пытаться жить, то сейчас я сделаю все, чтобы переродиться. Раз уж такова ваша воля, милорд. Раз вам проще дать мне умереть…
Это было подло с ее стороны. Но, наверное, угрожать запереть ее тоже было неправильно. И все равно у Вэля засосало под ложечкой. Дать Фэй умереть? Нет. Ни в коем случае. Он уже едва ее не потерял. Лучше пусть живет где-то и с кем-то, чем уйдет в Спячку по вине Вэля. Простить себе это он уже не сможет.
— Ты была со мной, и часа не прошло, — тихо произнес Вэлькор. — Если тогда все решила, зачем пошла на это?
Не нужна была никакая эмпатия, чтобы заметить, как проступают на щеках Фэй красные пятна смущения. Кажется, даже думать о произошедшей супружеской близости ей было стыдно.
— Если бы у меня был выбор, — мысленным шепотом произнесла Фэй. — Я бы тысячу жизней провела с вами, милорд. Правда! Но магия… Магия мне выбора не оставила. Я не знаю, что за мужчину она мне предназначила. Он может быть женат. Ему вообще может быть не до меня, но это важно. Я будто схожу с ума. Я постоянно думаю о нем. Я пытаюсь не думать, я пыталась думать только о вас, простите мне этот шаг, я совершенно отчаялась, пыталась забыться. Но… У меня не получается. Простите меня, если можете, милорд… Я — дракон. Магия решает за меня абсолютно все. И плевать ей на то, что я чувствую.
Красивые слова. Красивые вероломные слова. Если бы можно было убивать красиво — Фэй была бы богиней этого жестокого действа.
— Кто он? — тихо спросил Вэль. — Он точно тебя не обидит?
— Я… Не знаю, — Фэй передернула плечами, ежась, будто от холода. — Наверное, Рэй меня не обидит… Рэй Эрхос, вы помните?
Конечно, Вэль помнил улыбчивого лорда Эрхоса, уговаривавшего Совет на казнь Дэлрея. А он чувствовал ли это Запечатление, когда говорил с Вэлем? Улыбался ли в лицо, а сам хотел чужую жену? У Эрхоса была крепкая эмпатическая граница, ничего, кроме расположения, Вэль не ощутил тогда. Но в зале собраний Совета Драконов было слишком много драконов, и Вэлю было не до этого, он был захвачен вкусом влечения Фэй, и… Даже она созналась, что начала чувствовать это не сразу.
— Вроде бы он неплохой … дракон, — вымученно выдавил Вэль, фокусируя зрение на солонке. Ну да, неплохой. Среди драконьего племени водились экземпляры и похуже. Эрхос хотя бы подавал надежды.