Читаем Мои дневники полностью

Для меня Ты всегда была, есть и будешь самым дорогим Человеком! Тебе посвящаются все мои стремления, желания преуспеть и, конечно, быть лучшей! Твое тяжелое детство, прошедшая на глазах война, смерть любимых братьев закалили и сделали тебя сильнее. В большой семье, из 14 человек, ты была самой маленькой и доставалось тебе от старших не мало. Но ты терпела! И этому учила меня, повторяя: «нельзя жалеть себя». Они так обижали меня, твои слова, но в них скрывалась боль той жизни, о которой мне было неизвестно. Моя любимая строгая мамочка, я знаю о твоей любви, ты дарила ее, как только могла…я знаю, как ты желала мне счастья!

Наступил 1985 год. В нашей стране, под названием СССР, произошли серьезные изменения. Мы на себе ощутили смену государственной идеологии. Тогда нелегко было всем. Наши разговоры с мамой о жизненных принципах, об изменении политического строя, о разрушении всего, что было так дорого и ценно ей, заканчивались полным разочарованием. Она, как будто, видела свое отражение и возмущалась: «Как же с тобой трудно!» А мне нужны были эти разговоры! Нужна была ее сила, уверенность в будущем и ее ответы на все мои детские и такие наивные вопросы.

Мой трудный возраст.

«Что у тебя за характер?!» – восклицала мама в очередной раз. Я и не знала, что ответить. Прямолинейная, дерзкая, требовательная, с тяжелым взглядом я часто отталкивала людей, разубедившись предварительно в их честности. Идеализируя, я ждала от них совершенства. Начитавшись великих гениев и проживая интересную жизнь их героев, не признавала реальности. А самой удобной реакцией выступала обида. Понимаешь это только сейчас. А тогда она заполняла всю картину мира и не давала дышать.

Не случайно, моим любимым сказочным персонажем был Маленький Мук. Возможно, мне нужны были страдания, которые, как будто, окрашивали мою тихую, спокойную жизнь. «Счастье надо заслужить» – стучало в моей голове. Тяжелые мысли удовлетворяли потребность оставаться маленькой и беззащитной – так я быстрее добьюсь поддержки родителей и они, наконец, похвалят и оценят меня. «Повесть о Зое и Шуре», уникальное произведение, написанное матерью героев войны, стала настольной книгой, когда мне исполнилось 7. Главу «Как это было» я перечитывала много раз. Вчитываясь в каждую строчку, я поражалась мужеству юной и бесстрашной Зои. Понимая, что хочу того же! Но не столько подвига, сколько – погибели, смерти! Чтобы тебя оценили, чтобы помнили! И любили! А герой рассказа Максима Горького «Старуха Изергиль», Данко, впечатлил и увлек меня той внутренней светлой гармонией, которая уравновешивала его добрый ум и доброе сердце, это и позволило ему сотворить чудо! Мятежные души! Они стали для меня теми идеалами, за которыми следуешь, не отступая и не сворачивая. Но причина моего идеализма не в книгах, в самом взгляде. Как часто говорят порой художники: «Я так вижу».

Свобода.

Закончив, 9 класс школы, так и не добившись расположения нового классного руководителя, не влившись в атмосферу кажущегося мне лицемерия учащихся и не получив недостающей мне поддержки мамы в связи со множеством школьных конфликтов, я решила уехать. Как бы говоря родителям: «услышьте меня, это я – Ваша дочь и я не смогу быть другой».

Перейти на страницу:

Похожие книги

Раковый корпус
Раковый корпус

В третьем томе 30-томного Собрания сочинений печатается повесть «Раковый корпус». Сосланный «навечно» в казахский аул после отбытия 8-летнего заключения, больной раком Солженицын получает разрешение пройти курс лечения в онкологическом диспансере Ташкента. Там, летом 1954 года, и задумана повесть. Замысел лежал без движения почти 10 лет. Начав писать в 1963 году, автор вплотную работал над повестью с осени 1965 до осени 1967 года. Попытки «Нового мира» Твардовского напечатать «Раковый корпус» были твердо пресечены властями, но текст распространился в Самиздате и в 1968 году был опубликован по-русски за границей. Переведен практически на все европейские языки и на ряд азиатских. На родине впервые напечатан в 1990.В основе повести – личный опыт и наблюдения автора. Больные «ракового корпуса» – люди со всех концов огромной страны, изо всех социальных слоев. Читатель становится свидетелем борения с болезнью, попыток осмысления жизни и смерти; с волнением следит за робкой сменой общественной обстановки после смерти Сталина, когда страна будто начала обретать сознание после страшной болезни. В героях повести, населяющих одну больничную палату, воплощены боль и надежды России.

Александр Исаевич Солженицын

Проза / Классическая проза / Классическая проза ХX века