В порядке? Я прислушался к внутренним ощущениям. Что-то было не так. Даже когда ветер вроде немного стихал, в ушах шумело. Похоже, меня немного контузило.
— Тебя контузило, — громко заверил меня Имкус (и что он, мысли мои читает?). — Потому и орешь. Но это ничего. Пройдет.
— Ребят, — подала голос Лиа и показала рукой куда-то вбок. — Берег там. Плывем.
Определившись с направлением, мы ожесточенно забили по воде руками и ногами.
Вскоре далекий берег увидел и я. До него было не менее тридцати метров. Но ничего, силы в теле еще оставались.
Двадцать метров до берега. Спортсменом я никогда не был. Мышцы начали затекать. Бороться с волнами и диким течением становилось все сложнее.
Десять метров до берега. Настало время подумать о вечном. Ибо сил двигаться вперед, больше нет. Так что — Финита Ля Комедия?
Пять метров. Твою ж мать тело больше не слушается. Может на спинке?
Три метра. Да ну его. Здесь тоже не плохо. Плывешь себе, да плывешь. Как какое-нибудь г…
Два метра. Поспать что ли?
Когда до берега остался всего метр, я вдруг осознал, что уже буквально ползу по дну. Глубина здесь была не больше полуметра.
Покачиваясь из стороны в сторону, я поднялся на ноги и практически выкинул свое тело на берег. Рядом со мной плюхнулись Имкус и Лиа. Тяжело дыша, все трое подставили свои лица проливному дождю, наслаждаясь ощущением твердой почвы под спинами и кое-какой безопасности.
Первым неладное заметил я.
— Вы, ничего не слышите? — через силу спросил я, поднявшись на локте.
Девушка и зверолов прислушались и отрицательно помотали головами.
— Вот и я… ничего не слышу.
Действительно, вокруг стояла звонкая тишина. Ветер утих и даже перезвон дождевых капель, казалось, не играет свою трель по лужам. Лишь абсолютная, всепоглощающая ти-ши-на.
И все бы ничего, но меня это затишье напугало до смерти. В глубине души проснулись какие-то доисторические страхи, волна ужаса захлестнула мозг, выбрасывая в сознание образы темных силуэтов воздушных башен.
Вспышка молнии осветила все вокруг. Незамедлительно за ней последовала еще молния и еще.
Вот тут-то я и понял, что подсознание не играет со мной шутки. Оно было абсолютно право в образе страхов — на нас, неспешно спускаясь вниз по реке, двигался бешено крутящийся столб воды, воздуха и пара.
Смерч свечкой возносился к небесам, упираясь в темные облака. Ширина воздушного вихря не поддавалась описанию, хватит лишь того, что он полностью занимал собой всю ширину разлившейся реки и солидные куски берегов. Вид у торнадо был более чем внушительным и даже шокирующим. Мы не могли отвести от него взгляд, а он будто издеваясь, медленно подползал к нам, демонстрируя всю свою убийственную мощь. Хорошо, что мои штаны уже были мокрыми после купания, а то мало ли что…
И тут я вдруг взял да во все горло захохотал.
Видимо это было настолько удивительным, что мои друзья даже оторвались от гипнотизирующего вихря и вперили не менее удивленные глаза в меня.
А я все пялился на смерч и… смеялся. Ржал долго и заливисто. А затем пояснил:
— Она издевается. Ха-ха. Это забавно. Ирония… Большую часть жизни я смеялся над судьбами целых миров, прописывал жизненные пути героев своих книг. Всячески издевался над ними, загоняя в безвыходные ситуации. И вот теперь все бумерангом вернулось ко мне — судьба издевается надо мной, а не я над ней. Ха-ха. Злиноглаз, цунами, и вот теперь смерч… что она сделает со мной в следующий раз?
— До следующего раза надо еще дожить, — буркнула Лиа, показывая нам зад. Она единственная из нас догадалась по мере сил отползать от эпицентра будущего катаклизма. Хотя мне это казалось бессмысленным — торнадо двигался намного быстрее и… постоянно корректировал движение по отношению ко мне. Так что…
— Крепитесь друзья… будет страшно, но интересно.
И действительно, как только я понял, что от судьбы (хе-хе) не уйти, страх покинул меня, зато зародилось любопытство.
А смерч будто почувствовал перемену моих чувств и стал яриться еще сильнее. Закручивание столба стало быстрее, кромки почернели, тишина сменилась диким воем взбешенной стихии.
Как и предполагалось — ни я, ни Имкус, и даже Лиа не смогли уйти (отползти) от «возмездия». Для начала нас просто прибило к земле неистовым ветром, ну а затем приподняло над землей и медленно, так сказать со вкусом, втянуло в общий поток. Где уже кружились сотни тонн воды, сучья, и целые деревья.
Больно не было, зато мутило страшно! Земля скрылась где-то далеко внизу, нас крутило, будто в стиральной машине. Внутренности так и просились наружу.
Стараясь не потерять друг друга из вида, мы сцепились руками и постарались плотнее «слипнуться» (прямо как пельмени). Это помогло, но не сильно — нас все еще возносило вверх, дальше от спасительной тверди земли.
Нарезая уже наверно семидесятый круг, мы несколько раз довольно удачно увернулись от пролетающих мимо исполинских стволов и один раз смачно зацепили телами сучковатую корягу. Однако в адреналиновом угаре никто не почувствовал ушибов (а может и переломов). Ощущение отбитого мяса придет позже. Если это «позже», конечно, настанет.