– Ну... чувства – дело личное, вот почему. Теперь, пожалуйста, отведи меня в кино. Я хочу выбраться отсюда. Ты можешь присматривать за мной с задних рядов, а я посижу впереди. Подальше от тебя.
– Я никуда тебя не поведу, пока не расскажешь, из-за чего злишься.
– Прекрасно. Хочешь знать? Я не указываю на твои оборотневые недостатки. Я слышала твой разговор по телефону и поняла, насколько ты невысокого мнения о людях. Однако ты не слишком возражал, на сей счет, когда был во мне. Меня выводит из себя твой пунктик из-за невозможности заняться со мной сексом в обращенном виде.
Грэйди нахмурился.
– Я не говорил этого и ничем тебя не оскорблял. Я о тебе даже не упоминал.
Она выгнула бровь.
– Хорошо. Как бы ты себя почувствовал, подслушав мой разговор с парнем, с которым я собиралась провести выходные, и услышав мои сожаления о том, что я не с ним и не занимаюсь штучками, которые с тобой попросту невозможны.
Рот Грэйди напрягся, глаза потемнели.
– Я в состоянии дать тебе все, что может человек. – Грэйди подошел на шаг ближе, потом еще на один. – Даже больше и лучше.
– Тогда поклянись, что можешь заняться со мной сексом без презерватива и не испытывать желания укусить. Что можешь трахнуть меня, и твои зубы не вырастут, а глаза не потемнеют? С человеческими парнями мне не придётся беспокоиться о подобном дерьме.
Лицо Грэйди напряглось от гнева.
Мика изучила его, понимая, что он разозлился, и зная, насколько это опасно. Оборотни в моменты злости неважно себя контролировали.
– Не хочу ругаться. Ты ясно дал понять, что занимаешься со мной сексом исключительно по необходимости.
Грэйди придвинулся еще ближе.
– Думаешь, я тебя не хочу? Посмотри на меня. Черт, почувствуй меня. Я тверд от желания.
– Если бы не приказ охранять меня, тебя бы здесь не было. Я хотела тебя, но ты ко мне не притронулся, пока не пришлось укусить. Если бы не было того укуса, а дядя вдруг сегодня сказал бы, что твои обязанности охранника закончены, то тебя бы уже здесь след простыл. Ты не отменил бы планы на выходные и гонялся бы по лесу за хвостом.
Грэйди сжал челюсть и ничего не ответил. Он отвел взгляд в сторону, на лице отразилась вина, и Мику пронзила резкая боль.
– Я так и думала. Хотя твое символическое отрицание было милым. Пошли. Я ухожу, с тобой или без тебя.
Глава 7
Днем бар Грэйди переполнен не был. За стойкой стояла женщина лет тридцати с черными, короткими волосами, удивительно зелёными глазами и четырьмя пирсингами на носу, губе и бровях.
Пока Грэйди представлял их с Микой друг другу, барменша с любопытством разглядывала незнакомку.
– Присмотри за ней, Тина. Она племянница Омара и знает, кто мы такие.
Тина выгнула бровь и сморщила нос.
– Понятно, откуда ветер дует. А я думала, ты...
– Достаточно, – прервал Грэйди. – Я на несколько минут зайду к себе в кабинет, потом вернусь.
Он пригвоздил Мику взглядом.
– Не смей отрывать свою задницу с этого места. Я не желаю повторения прошлой ночи. Если захочешь потанцевать, дождись меня, я с тобой потанцую. Мне просто нужно позаботиться о кое-каких вещах, пока мы в городе.
Грэйди ушёл, оставив Мику с барменшей, продолжавшей сверлить её внимательным, задумчивым взглядом. Женщина наклонилась ближе и встретилась с Микой глазами.
– Он не общается с людьми. Ты, наверное, нечто в постели, раз он тебя отметил.
Мика проигнорировала комментарий.
– Можно мне, пожалуйста, ром с колой и льдом?
Женщина отошла и через минуту поставила перед Микой напиток.
– Ты его не удержишь, – Тина окинула Мику холодным взглядом. – Не сможешь долго им вертеть. Он очень быстро устанет от хрупкого человека. Грэйди нравится грубый секс. Нравится частично изменяться, не сдерживаться и отбрасывать контроль. – Тина ухмыльнулась. – Он сломает тебе кости, просто сжав в объятиях, если не порвёт внутри грубыми движениями.
Мика глотнула напиток и оглядела барменшу, пытаясь скрыть гнев и вызванную её словами боль.
– Вряд ли твои глаза зелёные от рождения. Сейчас брачный период, и ты надеялась, что он тебя поймает? Могу поспорить, тебя весьма задевает, что он в моей постели, а не в твоей.
Из горла Тины вырвался рык, между губ показались острые зубы. Мика отпрянула.
– Спокойнее, Тина. Я племянница Омара, и он сильно расстроится, если ты положишь на меня… лапу. Дядя меня очень опекает, а ты, как мы знаем, намного сильнее, поэтому бой между нами не будет справедливым.
Женщина, зарычав, резко отвернулась и отошла в другой конец бара. Мика знала, что ведёт себя, как стерва, но она злилась. Новость, что Грэйди хочет другую, и так была достаточно плоха, а напоминание об этом с графическими деталями от грубой барменши попросту переполнило чашу терпения.
Почувствовав на себе чей-то взгляд, Мика повернулась к залу и увидела около пятнадцати мужчин. Кроме неё и Тины, других женщин здесь не было.
Один из мужчин встал и направился к ней, прихватив своё пиво. Не дойдя шагов пять, он повёл носом и замер. Принюхался снова, нахмурился, не отрывая от Мики пристального взгляда, и заметно смутился.
– Ты правильно унюхал, Джо, – окликнула Тина. – Он отметил её, и она знает, кто мы.