Читаем Мой шейх полностью

После всего произошедшего со мной я считала себя смелой. А тогда не могла поднять глаза. Голос сбивался. Я больше всего опасалась увидеть во взгляде брата ненависть и ярость. Остерегалась, что Висам навсегда разорвет наши родственные узы и покроет мое имя несмываемым позором.

Далиль, по-прежнему мой верный друг и наставник в мире науки — пусть мы теперь не делили постель и считались супругами лишь формально, взял основной удар на себя. Эти несколько дней были самыми тяжелыми для нас. Брат явно опешил от такого заявления. Даже неизвестно, от которого больше: что Далиль любит мужчин или что он с такой лёгкостью меня отпускает навстречу новому счастью.

Я не учла одного. Висам взял от нашего отца решимость и несгибаемость, но не жестокость. И принял, без громких эпитетов, настоящее соломоново решение.

Без осуждения. Без огласки. Без презрения в чью бы то ни было сторону. Усмехнулся мне как-то понимающе, будто был в подобной ситуации не раз… да так оно и было на самом деле.

А ведь все могло быть по-другому, если бы мы однажды не полетели в Москву, где мой брат встретил свою шейху и потерял голову настолько, что увез ее в эмират силой. Их любовь прошла испытания, которые не снились даже мне. Могла ли я сомневаться в понимании мужчины, которому мои чувства были знакомы не понаслышке?..

Конечно же, он не принял решение сиюминутно. Напомнил о том, что я сама вольна выбирать свою судьбу, но поспешил убедиться в том, что мои чувства к Кемалю Аль Мактуму — истинные.

Что я не стала жертвой небезызвестного стокгольмского синдрома. Что мною не движет чувство вины за то, что сдалась на милость своего похитителя, не попытавшись защищаться. Что шейх чужого эмирата не заставил меня быть с ним путем угроз либо шантажа.

Такая предосторожность Висама тоже была ценна для меня. Брат так сильно хотел меня видеть счастливой, что спешил исключить любую угрозу моему счастью.

Развели нас с Далилем быстро. Всего лишь формальность: мы сохранили дружеские отношения и сотрудничество в науке. Какой шок для европейцев, что после развода делят совместно нажитое и остаются заклятыми врагами!

Что же касается Кемаля… тоска достигла апогея. Настолько сильного, что однажды, скрывшись ото всех, мы сбежали на частный остров, где провели незабываемый уик-энд и окончательно убедились, что не можем друг без друга.

С этого дня все было решено.

…Солнце клонится к горизонту, превращая барханы в потоки расплавленного золота.

Сколь сильно я не любила цивилизацию с ее комфортом, магистралями, уходящими за облака небоскребами, в сердце дикой пустыни для меня всегда будет особый уголок рая… уже в моем собственном сердце.

Отгремели торжества в столице, насытив роскошью настолько, что третий праздник никяха, согласно традициям эмирата, я сама изъявила желание отпраздновать именно здесь.

Там, где началась история нашей любви, такой непохожей на истории из сказок.

Золотое платье невесты — под цвет песков на закате — богато расшито бриллиантовыми россыпями, подчеркивая основное направление деятельности эмирата. Такая же богато декорированная диадема держит покрывало на моих волосах. Я смотрю вдаль, стараясь не плакать от переполняющих эмоций, вращая крупный перстень вокруг пальца.

Два дня назад я официально стала женой Кемаля. Шейхой Газаль Аль Мактум.

— Я положу к твоим ногам весь мир, моя Роза Пустыни, — шепчет на ухо мой муж, и огонь внутри может посоперничать с яркостью красок заходящего солнца.

— Не нужен мир. Мой мир там, где мы вместе, — от счастья кружится голова.

Смотрю на красоту заката и стараюсь не думать ни о чем, кроме того, сколько прекрасных дней и ночей с любимым мужем у нас впереди. Как сильно я хочу родить ему сына, такого же сильного духом и несгибаемого, как его отец.

Скоро нас заберет вертолет, увозя туда, где мы будем слушать рокот волн, предаваться любви и не расставаться ни днем, ни ночью. И никакая сила в мире больше не разлучит нас.

— Не хочу отпускать тебя, — поцеловав страстно в губы, хрипло говорит Кемаль. — Даже на минуту.

— Иди, — улыбаюсь в ответ, — ты же знаешь поверья. Танцуй с мечом и огнём ради нашего счастья.

Туареги увлекли Кемаля в традиционный для племен танец силы, больше похожий на поединок на мечах. Такова традиция. У меня каждый раз при виде этого первобытного танца замирает сердце, и я решаю сосредоточиться на закате, которого мне так не хватало в столице.

Солнце скрывается за горизонтом стремительно, подарив мне золотой отблеск на коже. Тотчас же на пустыню опускается прохлада, порыв ветра охлаждает пылающую кожу. А я понимаю, что прошло совсем немного времени, а я успела истосковаться по своему супругу столь же сильно, как во время нашей вынужденной разлуки.

Поворачиваюсь, и замечаю у линии горизонта искру, похожую на падающую звезду. Загадать желание не успеваю: она приближается, как и темная фигура всадника. Всадника с факелом в руке.

Перейти на страницу:

Все книги серии Тьма Востока

Похожие книги