Всегда думала, что это я невезучая. Единственная дрэо без магии, самая младшая в семье, самая мелкая в классе, что для воительницы очень большой минус. Меня дразнили, даже сестры, хотя они и делали это любя, но постоянно меня чем-то задевали. Но этот ушастый… Он, кажется, побил все рекорды по невезучести. Я еле сдержала смех. Это же надо было: среди всего поселения дрэо перенести для открытия шкатулки единственную полукровку без магии! Это надо очень постараться, чтобы такое случилось.
И все же он довольно милый. Это если не брать в расчет того, что он эльф. Будь он стофки… Ладно, что об этом думать, когда это не так?..
***
С моей помощью скрипя зубами и кряхтя, словно древний дед, эльф поднялся на ноги. По его лицу катились крупные капли пота, когда он двигался. Каждый шаг давался нам с трудом. Ему — из-за ран и общей слабости, а мне — потому что ушастый опирался на меня. Но все же мы двигались, пускай и черепашьим шагом.
— Давай отдохнем, — тихо попросил мой спутник примерно через полчаса, за которые мы преодолели ничтожно малое расстояние.
Я недовольно зыркнула на него и поджала губы.
— Идем дальше. Терпи.
Он только вдохнул глубже, как будто собирался нырнуть под воду, и сделал очередной шаг… Еще один, еще и еще.
— До поселения еще далеко, но я вижу что-то…
Не успела договорить, потому что мужчина завалился на меня всем весом и обмяк.
— Да карабра ж тебя раздери на мелки кусочки! — не выдержала я, аккуратно, насколько смогла, положила остроухого на землю, он опять был без сознания.
Мне хотелось выть и топать ногами от досады. Я разогнула натруженную спину и, вытирая испарину со лба, обернулась. Здесь было очень живописно. Если бы не обстоятельства, с удовольствием отдохнула бы у ручья, окруженного скалами. Вернее, в этом месте ручеек напоминал уже скорее неглубокую реку.
Без сил опустилась на камень. Ну вот что с этим эльфом делать? Я его не дотащу до поселения, а ему, по всей видимости, становится все хуже и хуже. За поворотом небольшой тропинки я все еще что-то видела. Это напоминало хижину. Однако я уже отсюда понимала, что разглядеть это не смогу, потому что не отойду от раненого так далеко. Вздохнула и осмотрелась в поисках чего-нибудь, что поможет мне тянуть бессознательное тело. Пить хотелось невероятно.
Я поднялась и подошла к самой воде. Опустилась на корточки и запустила руки в реку. Здесь, дальше от источника, вода уже не была теплой. Она текла холодная и прозрачная. Манящая. Я сделала ладони лодочкой и зачерпнула несколько раз, вдоволь напившись. А когда подняла голову, встретилась взглядом с внимательными темно-карими глазами, которые разглядывали меня с противоположного берега. Там стоял олень.
Я замерла, боясь его спугнуть. Не заметила, как он подошел. Животное внимательно разглядывало меня, словно решая, представляю ли я для него опасность.
— Пей, — усмехнулась я. — Ты ведь для этого сюда пришел? Я друг. Пей.
Чтобы он видел, что я не собираюсь причинять ему вред, снова зачерпнула воду и сделала несколько глотков.
Рогатый склонил голову и, не отрывая от меня глаз, принялся лакать.
Вопрос с эльфом оставался открытым. Я не знала, что с ним делать. Подползла к нему и попыталась привести в чувства, даже водичкой побрызгала на лицо, но все без толку. Пока занималась этим горе-вором, олень ушел.
Попыталась приподнять мужчину за корпус и тащить вверх по тропинке к тому месту, где я предположительно заметила хижину, но поняла, что сил не хватает. Тем более я была очень голодна. В глазах темнело.
Я опустилась рядом с эльфом на колени и захныкала, глядя в ясное небо.
— Ну за что, а? Что я сделала не та-а-а-ак?
— Тебе нужна помощь, — вдруг услышала сбоку от себя.
Испуганно повернула голову на звук. На меня смотрел длинноволосый мужчина средних лет. По довольно резким чертам лица и смугловатой коже я узнала в нем стофки. Он не показался мне знаком. Но вот глаза… Внимательные карие глаза я как будто уже видела. Одет он был в какой-то серый балахон, тот доходил до его голых лодыжек и ступней. Ничего особо примечательного в его образе не было, кроме глаз. За огромными радужками я почти не видела белков.
— Нужна, — не стала спорить с очевидным я. — Этот эльф умирает.
Стофки подошел ближе и склонился над раненым.
— Что тебе до него? — посмотрел на меня загадочный собеседник. — Он враг твой.
— Он… — не хотела говорить, как мы оказались в такой ситуации, поэтому сказала только половину правды: — Он спас меня.
Да, конечно, из-за него я и попала в опасность. Но уже не будем придираться. Главное сейчас, чтобы стофки помог.
— И ты готова отплатить ему добром за добро? — кареглазый склонил голову, внимательно меня разглядывая. — Или не желаешь оставаться должной врагу?
Я не задумываясь выбрала бы второй вариант, но стофки так смотрел на меня, как будто ему важно было узнать правду. И тогда я заглянула внутрь себя. Что я чувствовала по отношению к этому вору? Раздражение, злость? Да, пожалуй, они присутствовали, но каким-то незначительным фоном. Реальность же была такова, что я хотела спасти его… Просто. Просто чтобы он жил.