– Еда вам дороже свободы, неверные! – начал он, понимая, что обычные увещевания сейчас не помогут, потому что пламя гасится не каплями, а потоком воды. – Стыдитесь! Господь не оставит вас, если вы не будете гневить Его! Если захочет он, то накормит вас и накормит досыта раньше, чем вы того ожидаете! Будьте достойны тех благ, что вы желаете получить!
Толпа немного притихла – таким уж свойством обладал Аарон: когда он говорил, к его словам нельзя было не прислушаться, но вот кто-то крикнул:
– В Египте мы жили лучше, чем здесь! Дай нам вволю еды или веди нас обратно!
Толпа зашумела пуще прежнего.
– Вы привыкли быть рабами, вы привыкли, что хозяин проявляет о вас заботу! – ответил Аарон, повышая голос, насколько возможно, чтобы его услышало как можно больше людей. – Но разве не роптали вы, что египтяне держат вас в черном теле, плохо кормят и совсем о вас не заботятся?! Вы говорите: «дай нам еды», а сами не желаете поискать себе пропитания!
– В Египте мы жили лучше, чем здесь! – повторил кто-то.
«Сколько это будет длиться? – обреченно подумал Моисей. – Какой смысл уходить из Египта, унося его в сердцах своих? Как можно идти в Землю Обетованную и постоянно кричать притом: «давайте вернемся в Египет»? Смогут ли люди, некрепкие в вере и нестойкие духом, противостоять врагам? Амалекитяне нападут со дня на день…»
Всякий раз Моисей надеялся на то, что люди наконец образумятся, устыдятся своего недостойного поведения, наберутся стойкости, укрепятся в вере своей… Проходило совсем немного времени, и он с горечью убеждался, что надежды его не сбылись. Сбудутся они когда-нибудь? Хотелось бы в это верить, но, глядя на беснующуюся толпу, верить в хорошее трудно.
– Когда вы ели досыта мяса в Египте?! – спрашивал Аарон. – Один раз в год, когда забивали овцу?! Или два?! Чьи котлы были полны – ваши или ваших надсмотрщиков-египтян?! Кому вы лжете, люди?! Мне ли не знать вашей жизни, если я такой же, как и вы, и жил среди вас?! Да, были дни, когда вы ели досыта, но дней, в которые вы недоедали, было гораздо больше! Вы трудились, а плоды трудов ваших пожинали египтяне, и лучшее они забирали себе! Кто-то из вас соскучился по ударам бича?! Кто-то забыл, что со скотом обращались лучше, чем с вами?!
– Мы терпим лишения! – не унимались люди.
– Терпим! – согласился Аарон. – Все мы терпим лишения, но мы терпели их и прежде! Только прежде будущее наше было беспросветным, ибо завтрашний день раба ничуть не лучше сегодняшнего или вчерашнего, а сейчас мы смотрим в будущее с надеждой, потому что ждет нас благословенная земля, Земля Обетованная, в которой заживем мы свободно и счастливо! Неужели счастье это не достойно тех лишений, которые надо претерпеть ради него?! Стыдитесь! Опомнитесь! Успокойтесь и просите Господа простить вам ваше неверие! Давайте помолимся все вместе, ибо нет лучшего дня для молитвы, чем суббота! Восхвалим же Господа и попросим его не оставлять нас заботами своими!
Призыв Аарона прозвучал так громко, словно он доносился с неба, а не с земли. Раскаты громового голоса возымели свое действие. Толпа мгновенно утихла, лица людей разгладились, и они опустились на колени. Кто-то стал на колени сразу же, кто-то чуть помедлил, но не осталось среди толпы никого, не пожелавшего принять участия в молитве. Преклонили колена и Моисей с теми, кто стоял подле него, только Аарон остался на ногах, чтобы его было хорошо видно отовсюду.
– Господи! – воззвал он, поднимая руки вверх. – Благословенно славное имя Твое!
– Благословенно славное имя Твое! – повторила толпа…
Закончив молитву, Аарон постоял недолго с поднятыми руками, а затем призвал:
– Расходитесь по своим шатрам и отдыхайте!
Люди начали неторопливо расходиться.
Аарон подошел к Моисею и сказал:
– Скоро Господь пошлет нам новое чудо, и сомневающиеся будут посрамлены. Чувствую – это случится сегодня же.
– Одно чудо мы только что видели, – ответил Моисей, восхищенно глядя на брата. – Люди готовы были взбунтоваться и учинить непоправимое, но ты начал говорить – и успокоил их. Я завидую тебе, Аарон, завидую твоему умению говорить с людьми! Если бы я мог так…
– У каждого свой талант и свое предназначение, – ответил Аарон, явно польщенный похвалой брата. – Мне дано воздействовать на людей словом, а тебе дано вести их за собой…
– Я справляюсь не лучшим образом, – сказал Моисей, не давая Аарону закончить ответную похвалу. – Веду, но они то и дело хотят повернуть обратно. Плохой из меня предводитель!
– Тебя избрал Господь! – напомнил Аарон. – А Он выбирает лучших и никогда не одарит своим доверием недостойного! Ты не хочешь пройтись по нашему стану, чтобы люди смотрели на тебя и говорили бы: «Моисей весел и бодр – значит, все у нас будет хорошо»?