Читаем Момент Макиавелли. Политическая мысль Флоренции и атлантическая республиканская традиция полностью

За последние двадцать лет интерес к республиканской теории заметно возрос и в академической среде в России – как среди историков, так и среди политических философов. Возникли научные школы, специализирующиеся на разысканиях о ключевых принципах республиканской доктрины, прежде всего центр «Res Publica» под руководством О. В. Хархордина в Европейском университете в Санкт-Петербурге. На русский язык переводятся ключевые тексты современной республиканской традиции, например «Республиканизм» Петтита, изданный благодаря усилиям А. В. Павлова1468, или тексты под редакцией Хархордина и Е. Н. Рощина, увидевшие свет в рамках книжной серии «Res Publica», выпускаемой одноименным центром в Европейском университете1469. Формируется целая группа исследователей, занятых изучением отечественной республиканской мысли (В. Л. Каплун1470, К. Д. Бугров1471 и многие другие).

Вместе с тем республиканизм актуализируется и как часть политической повестки1472. Его сторонники выступают за максимально возможную вовлеченность граждан в управление государством на самых разных уровнях. Общественная деятельность основывается на целом ряде ценностей, которыми руководствуется республиканец, прежде всего любви к отечеству или местному сообществу, предполагающей ответственность перед коллективным политическим телом, частью которого является человек. Перевод на русский язык «Момента Макиавелли», книги о том, как республиканская идиома обретала свое влияние в разные времена, в разных странах, но в сходных политических обстоятельствах, в этой перспективе особенно актуален. Как отмечает Покок, книгу можно читать как историю диалектики (и неизбежного в таких случаях взаимопроникновения) между классической республиканской идеологией и ее значимыми альтернативами. После тридцати лет не самого успешного опыта демократизации, показавшего хрупкость и неустойчивость Res Publica, граждане современной России, убежденные в ценности политического участия и свободы, переживают свой «момент Макиавелли».

Перейти на страницу:

Все книги серии Интеллектуальная история

Поэзия и полиция. Сеть коммуникаций в Париже XVIII века
Поэзия и полиция. Сеть коммуникаций в Париже XVIII века

Книга профессора Гарвардского университета Роберта Дарнтона «Поэзия и полиция» сочетает в себе приемы детективного расследования, исторического изыскания и теоретической рефлексии. Ее сюжет связан с вторичным распутыванием обстоятельств одного дела, однажды уже раскрытого парижской полицией. Речь идет о распространении весной 1749 года крамольных стихов, направленных против королевского двора и лично Людовика XV. Пытаясь выйти на автора, полиция отправила в Бастилию четырнадцать представителей образованного сословия – студентов, молодых священников и адвокатов. Реконструируя культурный контекст, стоящий за этими стихами, Роберт Дарнтон описывает злободневную, низовую и придворную, поэзию в качестве важного политического медиа, во многом определявшего то, что впоследствии станет называться «общественным мнением». Пытаясь – вслед за французскими сыщиками XVIII века – распутать цепочку распространения такого рода стихов, американский историк вскрывает роль устных коммуникаций и социальных сетей в эпоху, когда Старый режим уже изживал себя, а Интернет еще не был изобретен.

Роберт Дарнтон

Документальная литература
Под сводами Дворца правосудия. Семь юридических коллизий во Франции XVI века
Под сводами Дворца правосудия. Семь юридических коллизий во Франции XVI века

Французские адвокаты, судьи и университетские магистры оказались участниками семи рассматриваемых в книге конфликтов. Помимо восстановления их исторических и биографических обстоятельств на основе архивных источников, эти конфликты рассмотрены и как юридические коллизии, то есть как противоречия между компетенциями различных органов власти или между разными правовыми актами, регулирующими смежные отношения, и как казусы — запутанные случаи, требующие применения микроисторических методов исследования. Избранный ракурс позволяет взглянуть изнутри на важные исторические процессы: формирование абсолютистской идеологии, стремление унифицировать французское право, функционирование королевского правосудия и проведение судебно-административных реформ, распространение реформационных идей и вызванные этим религиозные войны, укрепление института продажи королевских должностей. Большое внимание уделено проблемам истории повседневности и истории семьи. Но главными остаются базовые вопросы обновленной социальной истории: социальные иерархии и социальная мобильность, степени свободы индивида и группы в определении своей судьбы, представления о том, как было устроено французское общество XVI века.

Павел Юрьевич Уваров

Юриспруденция / Образование и наука

Похожие книги

Холодный мир
Холодный мир

На основании архивных документов в книге изучается система высшей власти в СССР в послевоенные годы, в период так называемого «позднего сталинизма». Укрепляя личную диктатуру, Сталин создавал узкие руководящие группы в Политбюро, приближая или подвергая опале своих ближайших соратников. В книге исследуются такие события, как опала Маленкова и Молотова, «ленинградское дело», чистки в МГБ, «мингрельское дело» и реорганизация высшей власти накануне смерти Сталина. В работе показано, как в недрах диктатуры постепенно складывались предпосылки ее отрицания. Под давлением нараставших противоречий социально-экономического развития уже при жизни Сталина осознавалась необходимость проведения реформ. Сразу же после смерти Сталина начался быстрый демонтаж важнейших опор диктатуры.Первоначальный вариант книги под названием «Cold Peace. Stalin and the Soviet Ruling Circle, 1945–1953» был опубликован на английском языке в 2004 г. Новое переработанное издание публикуется по соглашению с издательством «Oxford University Press».

А. Дж. Риддл , Йорам Горлицкий , Олег Витальевич Хлевнюк

Фантастика / История / Политика / Фантастика / Зарубежная фантастика / Образование и наука / Триллер