И сжимаю тонкую ладонь своей жены, не умея передать словами все, что сейчас внутри бурлит.
Это не описать, нет просто таких слов.
— Спасибо, родная, — шепчу я, наконец.
— Я люблю тебя, зайчик.
— Люблю тебя, Морковка.
Эти прозвища навсегда с нами теперь, потому что именно они свели нас когда-то, и именно с ними связаны чудесные воспоминания нашей необычной, немного запутанной, но такой прекрасной встречи. Наш маленький Лев сопит, подпитываясь, а мы целуемся.