Прежде чем дать дорогу наемникам, Коул критическим взглядом окинул Эрли. Между шортами – короче, чем следует, и гольфами, длиннее нормы, – белесые, лишенные растительности ноги. Он походил на модель, рекламирующую лучший в мире мужской эпилятор. Только в каких целях – косметических? Жирный лоб Эрли не покидали белые и черные угри.
«Тюлень» щелкнул замком и открыл дверь, выпуская боевиков. Они попали под яркий свет прожектора и вскоре скрылись в темноте.
– Тимур, Чижик, – проверьте остальные помещения, – Джеб придвинул к столу свободный стул и сел, не выпуская из рук пистолет-пулемет. Неотрывно глядя в глаза лейтенанта, он спросил: – Тебе нравится твой капитан?
– Шон Накамура?
– Не прикидывайся придурком. Ты умный парень. Был бы дураком, валялся бы сейчас в луже крови.
– Да, он мне нравится.
– Значит, тебе нравится дерьмо. – Джеб прочитал фамилию лейтенанта на табличке, пришитой к клапану правого нагрудного кармана выше пуговицы. – Как тебя зовут?
– Стив. Лейтенант.
– Я не слепой. Я показал тебе, как надо проникать на режимный объект. Я ничего не делаю так просто, Стив. Что мне помешает убить тебя, а потом твоего капитана?
На этом этапе Блинков взял на вооружение все средства и возможности, по полной программе используя человеческий фактор: противник уже играет на его стороне. Это была полноценная диверсионная работа. И при определенных обстоятельствах она носила бы законченный характер: штаб – мозговой центр военной базы – под контролем, все планы противника в руках диверсантов.
– Расставим акценты, – предложил Джеб. – Я работаю за деньги. Как говорят герои ваших фильмов: «Смерть – не самый хороший способ заработать на жизнь». Мне лишние жертвы не нужны. Ты недосчитаешься нескольких человек – считай, я уложился в норму. Я не собираюсь захватывать вашу базу. Мне нужен Шон Накамура, которого уже четыре года безуспешно разыскивают все спецслужбы Юго-Восточной Азии. Ты слышал о диверсионном катере «Си Интерцептор»?
– Да. – Лейтенант только сейчас поднял глаза на Блинкова и тихо сказал: – Я догадывался…
– Это значит, мне не придется убеждать тебя. Не поднимай шума, Стив, и тебя, может быть, не отдадут под суд как соучастника разбойных нападений и убийств. Твое дело остаться в стороне сейчас и молчать – дальше. То же самое касается и твоих подчиненных.
Этот диверсант умеет убеждать, подумал Гордон. Он не сказал ни одного лишнего слова и знает свое дело.
– Как охраняется дом Накамуры?
– По системе «Иннофенс»[6]
.Блинков покачал головой:
– Это насторожит его.
«Накамура на взводе, – рассуждал Джеб, – у него часто перемыкает в голове. Он, словами Николь, слепнет от ярости и пойдет на крайние меры. Он убьет Ёси, зная, что и его ждет смерть. После него хоть потоп».
Слепая ярость. Она была частью плана Джеба, она же была в нем и самым слабым звеном.
– С тобой на связь выходил Коул, кажется, он назвал имя Ксавье. Он француз?
– Да.
– Когда Ксавье вернется из рейда, что предпримет Коул?
– Он выйдет на связь со мной и запросит разрешение на пропуск в зону. Дальше он предупредит телохранителя Накамуры о возвращении Ксавье.
– То есть сообщение примет Хорикава?
– Да.
– Этот вариант работает. И когда он сработает, ты, Стив, позаботишься о мальчике. Ты переведешь его на один из патрульных катеров. Там будешь дожидаться людей из Вашингтона, которые уже завтра прилетят на базу. С головы Ёсимото не должен упасть ни один волос.
Джеб принял по рации сообщение от Тимура. Он и Чижик закончили проверку помещений штаба.
– Сколько человек было в штабе?
– Вместе со мной одиннадцать. Остальные несут вахту на своих объектах и отдыхают в жилом боксе.
Джеб вызвал Музаева.
– Ты и Румын остаетесь здесь.