- Появится. Когда блуднем быть перестанешь.
- Да и не блудень я! Знала бы ты, как мои сверстники живут! Мы же современные люди!
- Да нигде в цивилизованных странах нет такого безответственного блуда между равными себе! Эта чертовые семидесятилетние последствия революции совсем разложили народ! Но ты-то!
- Нигде нет? А улицы красных фонарей?!
- Это совсем другое дело. Да и пользуются ими вполне определенные люди, чаще иностранцы из любопытства. Тут никто ни кому не пудрит мозги, не смущает ни сердца, ни душу. А что делают у нас - чуть что мелькнуло сходятся; чуть что не так - расходятся. Тратят свою жизнь впустую. А как опустошают душу! И никто не несет за это опустошение никакой ответственности! В Европе люди годами приглядываются друг к другу, прежде чем начать жить вместе, потому что уважают и себя и партнера. Да и брачные контракты там - ой-е-ей! Посмотрела бы я, как ты бы поблудил после такого брачного контракта. Оно и правильно - за все надо уметь отвечать.
- А твой любимый Тайланд! А тайки, как временные жены?!
- Но это же Митя от нищеты! Безграмотности! Да и то - с иностранцами, же! Не со своими! Они деньги зарабатывают, а душу не тратят. И все понимают это, и никто их за это не укоряет. Но во взаимоотношениях со своими, равными им, они бережно относятся к своим душам, к своими судьбам!.. Там тоже нет такого - чтоб раз два и сошелся. Начать жить вместе, это взять на себя большую ответственность и можно это делать лишь с человеком своей судьбы.
- Но мама! Если сказать честно, вообще со всеми своими девушками, по большему счету, жить не хотел. Так получается!
- Так получается!.. Как говориться в Дхаммападе: "Плохие и вредные для себя дела делать легко. То же, что хорошо и полезно - делать в высшей степени трудно". Поставь себе запрет на легкий соблазн и тогда все у тебя будет, но истинно твое, а значит, настоящее.
- Я чувствую, ты тоже поставила себе запрет. Но так и не нашла себе своего мужчину.
- А я и не ищу. Я руководствуюсь простой русской поговоркой: что наше, то к нам придет, а что нам не дается, то и не наше.
ГЛАВА 41.
Якоб сам заявился к Виктории. Его повинный вид говорил о том, что он без неё не справляется.
- Нанял себе по объявлению девчонку секретаршу, - честно признавался Якоб, - Ничего - смазливая. С первых дней начала мне готовить второй завтрак, обед, полдник. Я даже порадовался, как она все успевает - и звонить по магазинам и на завод, водителям заказы объявлять, а ещё по кухне справляться. Но уже через неделю понял - не фига она не справляется. Мало того, что все путает, так ещё у неё психологизма вести разговоры не хватает. Магазинные тетки ведь как - из-за одной прорванной коробки сметаны скандал устроить могут. Или водитель, к примеру, с товаром припозднился... У нас же есть и такие маршруты, когда они после закрытия приезжают. Директрис уговаривать надо, чтобы подождали. Опять же скандал постоянный. А она его не гасит. На скандал идет. Разговаривает надменно. Огрызается. Уже два магазина нас к черту послали. Да и водители совсем расхлябанными стали. Тоже пререкаются. А меня же ещё заводу долг висит. Я, конечно, половину отдал, по мелочевке у приятелей занял, но завод срочной отдачи требует. У тебя с ними разговор получается - у меня и у неё нет. Ты их как усыпляешь, что ли, своим голосом. Что ты им там такое внушаешь?
- Да ничего. Кроме одного, что все мы люди.
- В общем, давай снова поработаем. Мне надо хоть как-то этот долг отдать, пока они на меня в суд не подали. Я у тебя в долг, видишь, не прошу, прошу поддержки. На любые условия согласен. Ты же вон, на квартиру потратилась. Деньги, что привезла, быстро улетят. Тебе, ведь, тоже бизнес нужен, чтобы дальше не в нищете жить. - Мурлыкал Якоб
Виктории вовсе не хотелось, соответствуя поговорке, наступать дважды на одни и те же грабли. К тому же ремонт требовал её неусыпного внимания. Но дело, начатое ею, напоминало о себе болью, потому, что могло бы быть, и не удалось. Виктория решилась на вторую попытку. Она жестко обговорила свое требование: пятьдесят процентов от дохода. И доход подсчитывать каждый месяц - никаких "в конце года". И выплачивать в конце каждого месяца ей её половину. И пусть Якоб из своей половины разбирается со своими долгами.
Якоб был согласен.
Она вышла на работу в то утро, когда народ в шоковом онемении сидел перед телеэкранами. Чеченские террористы взорвали многоэтажный дом с мирно спавшими людьми.
Ничего не хотелось делать, но работать было надо. Директора магазинов, несмотря на свои переживания и проклятия Чечне, не забыли в несколько раз увеличить заказы на сметану, кефир и молоко.
К вечеру в душах москвичей закипел праведный гнев. Все искали какие-то мешки с сахаром, в которых, оказывается, тоннами завозили взрывчатку в столицу. На дверях подъездов были повешены объявления о том, что собираются экстренные собрания жильцов. Но на экстренное собрание дома Виктория пришли лишь две женщины. Третьей была Виктория. Говорить было не о чем - никому не верилось, что такое может повториться.