Читаем Москва архитектора Щусева полностью

Большая и дружная семья Щусевых проживала в Кишиневе в собственном доме на Леовской улице (ныне в здании – мемориальный дом-музей архитектора). В 1881 году Алексей Щусев поступает во 2-ю Кишиневскую мужскую гимназию. Уже в первом классе он проявляет неординарные способности к рисованию, выгодно отличаясь среди сверстников. Алексей усердно и заинтересованно занимается в изостудии при гимназии, удостоившись похвального листа. Был и еще один важный подарок – первые в его жизни краски, акварельные. Мальчик мечтал стать живописцем… А большой набор с красками ныне хранится в доме-музее.

Жизнь тем временем готовила семье тяжелые испытания. В феврале 1889 года почти день в день дети остались круглыми сиротами. Сначала от многочисленных хворей умер отец, Виктор Петрович, а затем, через сутки – мать, Мария Корнеевна, не пережившая кончины любимого супруга. Жизнь в доме Щусевых остановилась в один миг. Все, что занимало мысли пятнадцатилетнего Алексея, его надежды на будущую, такую прекрасную жизнь, все это рухнуло в глубокую, зияющую свой пустотой пропасть отчаяния. Но он проявляет несвойственную обычно в таком возрасте стойкость и мужественность, ведь на его плечи ложится ответственность за младшего брата Павла. Алексей, не желая сидеть на шее у родственников, решает зарабатывать на жизнь репетиторством, подтягивая в учебе младших гимназистов.

Наконец в июне 1891 года Алексей Щусев оканчивает 2-ю Кишиневскую гимназию, получив возможность реализовать свою главную цель, которую он поставил перед собой еще в старших классах, – поступить в Императорскую Академию художеств. С аттестатом в кармане, небольшой суммой денег на первое время, Алексей отправился к своей мечте. Путь предстоял неблизкий – ехать в Петербург надо было через Киев и Москву, древние русские города, богатые памятниками русского зодчества…

«Никакие академии, никакие гениальные художники-учителя не в состоянии не только создать, но и правильно развить талант», – писал Илья Репин. Удивительный факт: поступая в Императорскую Академию художеств, Щусев еще не решил окончательно, кем хочет стать – художником или архитектором. Но эта неопределенность нисколько не смущала Алексея, увидевшего наконец Петербург, так манивший его с детских лет. На стенах его кишиневского дома висели многочисленные старые литографии с видами Северной Пальмиры. Более всего запомнилось ему изображение знаменитого Банковского моста с крылатыми львами – одним из символов города на Неве.

Впоследствии Щусев признавался одному из своих коллег, что на всю жизнь так и остался петербуржцем-ленинградцем, а в Москве чувствовал себя лишь гостем: «Щусев как-то сказал, что он считает себя ленинградцем, лишь временно выехавшим в Москву для того, чтобы строить Казанский вокзал. Он очень любил наш город (Ленинград. – А. В.), любил Академию художеств, которая его воспитала, воспитала в нем архитектора и художника».

26 августа 1891 года Алексей Щусев стал студентом первого курса архитектурного отделения «особой трех знатнейших художеств академии», как выразился один из инициаторов ее создания граф Иван Шувалов. Восемнадцатилетний юноша из провинциального Кишинева попал не просто в высшее учебное заведение, а в храм трех искусств. За многие прошедшие со дня основания академии годы неусыпное императорское внимание превратило ее в главную художественную школу Российской империи, воспитавшую немало выдающихся учеников – живописцев, скульпторов и архитекторов. Здесь преподавали крупнейшие мастера.

В академии Щусев попал в профессиональные руки, тем более что первоначально он не выбрал архитектуру своим главным призванием. Живопись привлекала его не меньше. Свою роль сыграло и частое посещение мастерской Архипа Ивановича Куинджи, привившего Щусеву любовь к рисунку. А Владимир Александрович Беклемишев, профессор и руководитель скульптурной мастерской академии, серьезно повлиял на профессиональный выбор Щусева. Он посоветовал Алексею ни в коем случае не отказываться от архитектуры, ссылаясь на то обстоятельство, что наделенный талантом зодчий сможет добиться успеха куда большего, нежели одаренный живописец.

Перейти на страницу:

Похожие книги

1941. Пропущенный удар
1941. Пропущенный удар

Хотя о катастрофе 1941 года написаны целые библиотеки, тайна величайшей трагедии XX века не разгадана до сих пор. Почему Красная Армия так и не была приведена в боевую готовность, хотя все разведданные буквально кричали, что нападения следует ждать со дня надень? Почему руководство СССР игнорировало все предупреждения о надвигающейся войне? По чьей вине управление войсками было потеряно в первые же часы боевых действий, а Западный фронт разгромлен за считаные дни? Некоторые вопиющие факты просто не укладываются в голове. Так, вечером 21 июня, когда руководство Западного Особого военного округа находилось на концерте в Минске, к командующему подошел начальник разведотдела и доложил, что на границе очень неспокойно. «Этого не может быть, чепуха какая-то, разведка сообщает, что немецкие войска приведены в полную боевую готовность и даже начали обстрел отдельных участков нашей границы», — сказал своим соседям ген. Павлов и, приложив палец к губам, показал на сцену; никто и не подумал покинуть спектакль! Мало того, накануне войны поступил прямой запрет на рассредоточение авиации округа, а 21 июня — приказ на просушку топливных баков; войскам было запрещено открывать огонь даже по большим группам немецких самолетов, пересекающим границу; с пограничных застав изымалось (якобы «для осмотра») автоматическое оружие, а боекомплекты дотов, танков, самолетов приказано было сдать на склад! Что это — преступная некомпетентность, нераспорядительность, откровенный идиотизм? Или нечто большее?.. НОВАЯ КНИГА ведущего военного историка не только дает ответ на самые горькие вопросы, но и подробно, день за днем, восстанавливает ход первых сражений Великой Отечественной.

Руслан Сергеевич Иринархов

История / Образование и наука
100 великих кладов
100 великих кладов

С глубокой древности тысячи людей мечтали найти настоящий клад, потрясающий воображение своей ценностью или общественной значимостью. В последние два столетия всё больше кладов попадает в руки профессиональных археологов, но среди нашедших клады есть и авантюристы, и просто случайные люди. Для одних находка крупного клада является выдающимся научным открытием, для других — обретением национальной или религиозной реликвии, а кому-то важна лишь рыночная стоимость обнаруженных сокровищ. Кто знает, сколько ещё нераскрытых загадок хранят недра земли, глубины морей и океанов? В историях о кладах подчас невозможно отличить правду от выдумки, а за отдельными ещё не найденными сокровищами тянется длинный кровавый след…Эта книга рассказывает о ста великих кладах всех времён и народов — реальных, легендарных и фантастических — от сокровищ Ура и Трои, золота скифов и фракийцев до призрачных богатств ордена тамплиеров, пиратов Карибского моря и запорожских казаков.

Андрей Юрьевич Низовский , Николай Николаевич Непомнящий

История / Энциклопедии / Образование и наука / Словари и Энциклопедии