Читаем Может — да, может — нет полностью

— Мел, познакомься с Майлсом Лобеллой, педиатром… Майлс, это Мел. Она пришла ко мне помочь по работе. — Слоуну был неприятен оценивающий взгляд Эль Лобо, устремленный на обнаженные ноги Мелани. — По работе, Майлс, — твердо повторил он сквозь пересохшие губы.

— Ну-ну, — согласился Майлс недоверчивым гоном, засовывая Слоуну в рот градусник. Затем он исчез в коридоре, чтобы проведать Даниэлу, но вскоре вернулся вынуть градусник. Он кинул на Слоуна быстрый взгляд. — У тебя, старик, высокая температура. Я… не помешал чему-то такому, что могло вызвать лихорадку, а?

У Слоуна разболелась голова; он вдруг без видимой причины разозлился и двинулся было в сторону друга, но тут маленькая прохладная рука дотронулась до его щеки. Эль Лобо с интересом уставился на него. Рука нежно погладила его, и Слоун взглянул в голубые глаза Мелани. Стоя между двумя высокими мужчинами, она спокойно сказала:

— Отстань, Эль Лобо, не приставай к Слоуну. Он плохо себя чувствует. Мы с ним работали над проектом, который должен быть готов к завтрашнему дню.

На загорелом лице Эль Лобо засияла белозубая улыбка.

— А как же иначе. Он бы и мертвый встал на ноги.

— Слоун все делает отлично, даже когда на пределе. Но сейчас ему нужна моя помощь, правда, Слоун?

— Вот что, прими-ка это, — сказал Майлс, кладя таблетки Слоуну в ладонь. Вслед за этим он приклеил ко лбу Слоуна ярлычок с надписью «я — хороший мальчик» и быстро испарился из квартиры.

Слоун со стоном рухнул в свое любимое кресло. В поисках подушки он наткнулся на маленькую куколку и уперся в нее подбородком.

— В таком состоянии мне ни за что не составить пакет для Итти к сегодняшнему вечеру.

Мелани забрала у Слоуна таблетки и приказала:

— Открывай рот. — Она положила две таблетки ему на язык и дала воды запить. — Слоун, не паникуй. Тебе всего-навсего надо подписать эту бумагу, а с остальным я справлюсь сама.

— Какую бумагу? — тряхнул головой Слоун и сморщился: ему было больно глотать.

Раздался шелест страниц, напоминавший режущий звук электродрели.

— Подпиши маленький контракт, который я набросала в качестве нашего личного делового соглашения… У тебя останется копия. Тут говорится, что договор Итти целиком переходит ко мне, а взамен я помогу тебе со всем этим справиться.

— Это же шантаж. Итти никогда не согласится, чтобы женщина вела его дела.

— Ты поможешь мне собрать для него приличный пакет, поработаешь со мной… поддержишь меня, если захочешь, в конце концов, замолвишь словечко. Потому что Итти мой — понимаешь ты это? — мой клиент.

— Ты рискуешь… Итти съест тебя с потрохами. Чтобы работать с ним, надо иметь ангельское терпение и… держать ухо востро. Ты не можешь себе представить, насколько непредсказуемы его идеи о купле-продаже… — Слоун приоткрыл один глаз и стал пристально вглядываться в бумагу, которой размахивала перед ним Мелани.

— Сомневаюсь. Тем более что за моей спиной будешь ты. Начнем с того, что просмотрим все записи, которые ты сделал на салфетках, бумажных пакетах и в блокнотах, и проверим, правильно ли я их подобрала. И, конечно, я берусь присматривать за Даниэлой, пока ты не поправишься. Как я понимаю, у тебя некоторые проблемы с няней.

— Шантаж.

— Знаю. Но ведь это здорово? — спросила Мелани, потом аккуратно сняла золотой ярлычок «я — хороший мальчик» со лба Слоуна, и он снова застонал.

— Даниэла будет здесь жить еще два месяца, — сказал он упрямо, не желая сдаваться под натиском Мелани. — Ее родителям необходимо отдохнуть, к тому же они строят новый дом. Так что на них можно рассчитывать не раньше ноября, если не возникнет что-то срочное. Моя мать отправилась на автобусе в западном направлении; родственники мужа Джессики, моей сестры, отказались взять внучку. Остался я один.

У Слоуна возникло странное предчувствие, что стоит ему только прижать к себе Мелани, сплести ее прохладные, стройные ноги со своими, ноющими и горячими, как в его жизни сразу же наступит благословенный порядок.

— Я хочу заключить еще один договор, — прошептала Мелани после небольшой паузы, во время которой Слоун разглядывал изящное родимое пятнышко на ее шее, напоминающее по форме крохотную клубничку.

— Двойной шантаж, — проворчал он, напомнив себе, что Мелани была жадной до работы, деловой женщиной.

— Мне ведь предстоит целых два месяца помогать тебе с Даниэлой, — настаивала она. — Только подумай, Слоун… два месяца. Или я уйду прямо сейчас, и тебе придется справляться с Итти и Даниэлой одному.

<p>ГЛАВА ТРЕТЬЯ</p>

Мелани сидела на огромной кровати Слоуна. Была пятница, шесть часов утра. Подоткнув под себя подушки и разложив вокруг кипу документов и блокнотов, она бросала нетерпеливые взгляды на Слоуна, который подремывал возле нее с мокрым полотенцем на голове. Мелани легонько толкнула его локтем, и он проснулся, урча, как медведь, очнувшийся от зимней спячки.

— Ммм… В чем дело?

Перейти на страницу:

Похожие книги